Если вас интересуют не только письма и Дурсли, но и где отдыхала и чем отравилась тётя Мардж, а также какую известную песню напевал дядя Вернон, заколачивая щели в дверях, обязательно прочитайте сегодняшний разбор третьей главы «Гарри Поттера и Философского камня». Детали, которые вы наверняка упустили при чтении, вещи, на которые, возможно, никогда не обращали внимания, абсурды, которые так и льются со страниц этой книги, но мы всё равно её любим.
У нас третий выпуск серии «Гарри Поттер: глава за главой» — очень подробного разбора «Гарри Поттера». Сегодня перед нами глава третья под названием «Письма от невесть от кого», и уверяю вас, в этой главе много всего происходит, и на множество интересных элементов можно здесь обратить внимание.
Глава начинается невинно. Вот Гарри наконец покидает чулан под лестницей. Его наказание закончилось, и в тексте сказано, что за побег удава из зоопарка Гарри получил самую долгую отсидку под лестницей из всех, какие мог припомнить. Он не мог выходить из чулана под лестницей до самых каникул. И тут кто-то может изумиться: «Ну, ладно, но день рождения Дадли был 23 июня, то есть, по сути, накануне, если не во время каникул». А вот и нет, потому что в Великобритании система образования устроена совсем иначе. Она не так централизована, как у нас, и в разных регионах даты каникул могут различаться. Да и сами каникулы короче. Летние каникулы длятся не 3 месяца, даже не 8 недель, как в некоторых других европейских странах, а около 6 недель. И в 1991 году, о котором идёт речь, летние каникулы в Англии начинались примерно 20–26 июля. То есть, как легко подсчитать, Гарри просидел в чулане под лестницей месяц или даже чуть больше.
И теперь вопрос: он ходил в это время в школу, возвращался и его запирали в чулане? Или же Дурсли объявили учителям, что Гарри болен и в последний месяц в школу ходить не будет? Это любопытно. И меня всегда это интересовало, как они эти наказания соблюдали и была ли школа для Гарри тоже формой наказания. Или в тот месяц ему пришлось пережить полное отсутствие школы и лишь это заточение в маленьком карцере?
В любом случае, Гарри провёл около месяца в чулане под лестницей. Дадли за это время успел сломать несколько своих подарков на день рождения и даже врезался на своём новом гоночном велосипеде в миссис Фигг, которая проходила по Тисовой улице на костылях. Итак, вполне в духе Дадлика — его первая поездка на велосипеде закончилась аварией, когда он сбил больную пожилую женщину. Гарри же счастлив, потому что ему больше не нужно ходить в школу. Вопрос: счастлив ли он, потому что не ходил в школу целый месяц, или потому что теперь из-за каникул не будет ходить?
Но главным образом счастлив он потому, что банда Дадли не сможет больше постоянно преследовать его, хотя и это не точно, потому что приятели Дадли приходят к нему домой. А значит, в жизни Гарри даже в каникулы снова будут маячить Пирс, Деннис, Малкольм и Гордон — большие и глупые, как охарактеризовала их Роулинг, но Дадли самый большой и самый глупый из них. Они иногда гонялись за Гарри, а Гарри просто удирал от них, выходя из дома и болтаясь где-то, слоняясь по округе. Но в жизни Гарри в этот момент затеплилась одна искорка надежды, потому что в сентябре впервые он должен был пойти в другую школу, где не будет Дадли.
Дадли, конечно, поступил в частную школу Смелтинг, в которую раньше ходил дядя Вернон, и теперь примеряет довольно абсурдную, гротескную школьную форму, что вызывает неописуемый восторг и даже слёзы умиления у родителей. Гарри же записали в государственную среднюю школу Стоунволл. Школу с дурной репутацией, как видно из текста, потому что Дадли объясняет Гарри: «В этой школе старшекурсники в первый же день засовывают новичков головой в унитаз. Хочешь подняться наверх и попробовать?», на что Гарри парировал: «Нет, спасибо. В многострадальный унитаз никогда не засовывали ничего страшнее твоей головы — его, бедняжку, может и стошнить». Кстати, это, по-моему, одна из лучших остроумных реплик Гарри во всём цикле. Конечно, она не может побить знаменитый диалог со Снеггом: «Совсем не обязательно называть меня сэром, профессор». Но мне очень нравится, как Гарри поддел в этот момент Дадли, да и сам факт, что Дадли не сразу понял, о чём речь.
В один прекрасный день Дадли едет с матерью в Лондон, чтобы купить там школьную форму. Это тоже предполагает, что Лондон вовсе не так далеко от Тисовой улицы, и это ещё больше нарушает всю концепцию, что Гарри никогда не был в Лондоне, потому что выходит, что тот зоопарк из предыдущей главы как раз должен был быть в Лондоне. Но ладно, он скажет чуть позже, что никогда не был в Лондоне, так что оставим это.
Гарри, пока Петуния с Дадли в Лондоне, находится у миссис Фигг. Только вот миссис Фигг наконец перестала мучить его рассказами и фотографиями своих котиков, потому что именно из-за одного из них она сломала себе ногу. Ну, и Гарри проводит у миссис Фигг довольно приятный день, смотрит телевизор, лакомится очень старым, но всё же шоколадным тортом, и вообще это был совсем неплохой день.
Дадли возвращается домой, и в тот вечер он красовался в мундире и с тростью Смелтинга, которой детишки в этой благородной частной школе охаживают друг друга по головам, когда учителя не видят. Вернон говорит, что это самый прекрасный день в его жизни, Петуния заливается слезами, а Гарри давится от смеха, потому что видит просто свинью в парике. Думаю, это просто типичная сцена типичной жизни на Тисовой улице.
И здесь я хотела бы на минутку остановиться, потому что то, как Дурсли относятся к Гарри и Дадли, должно было как-то привлечь внимание в школе. И я знаю, многие уже поднимали вопрос: как же так? Неужели учителя не видели, что один ребёнок ходит нарядно, всегда ухоженный, хорошо откормленный (даже более чем хорошо), а второй ходит в каких-то лохмотьях, худой, как жердь? Я размышляла над этим и просто считаю, что это одна из ошибок Роулинг. Потому что мне кажется, что дома Гарри мог ходить как оборванец и выглядеть так, как выглядел в этих слишком больших поношенных вещах, но в школе, где он в какой-то степени представляет свой дом, Тисовую улицу, 4, он должен был выглядеть, как положено.
И здесь нет никакого объяснения. Да, Гарри записан под своей фамилией, а Дадли под другой, но наивно же надеяться, что никто не догадается, что у Дурсля есть что-то общее с Поттером, ведь преподаватели должны были знать, кто опекун этого мальчика. Ведь была описана ситуация в предыдущей главе, где директор школы написала именно Дурслям письмо, в котором жаловалась на Гарри из-за его вылазки на крышу школьной кухни.
Так что это, по-моему, просто изъян в их имидже важных, состоятельных людей. Потому что то, как Гарри выглядит, уж точно не делает чести Дурслям. Но, возможно, неприязнь к мальчику была у них сильнее желания выставить на всеобщее обозрение свою образцово-показательную семейку. Но это не вяжется у меня с их постоянными новыми машинами, со всем этим хвастовством, — очень не вяжется. Можно тут много спорить.
Аналогичная ситуация с мороженым из предыдущей главы, где Пирсу и Дадли покупают по большому шоколадному мороженому, а Гарри должен был вообще обойтись без лакомства, но, раз уж продавщица обратила на него внимание, ему достался дешёвый фруктовый лёд со вкусом лимона, — это показывает, что Дурсли даже на людях, вне дома, не выказывали Гарри особого одобрения или симпатии. Тем не менее, в дальнейшем он не производит впечатления настолько запущенного ребёнка, каким кажется в первых главах.
Но переходим теперь к сути этой главы, то есть к письмам. Здесь я вновь должна придраться к датам и дням недели, потому что Роулинг тут сильно напутала. Итак, в течение семи дней подряд, до полуночи восьмого дня, теперь будут приходить письма для Гарри. Конечно, дни недели опять не совпадают с днями недели наших реальных дат, но не будем в это углубляться, потому что к этому пора уже привыкнуть.
Итак, 24 июля (как нам легко вычислить, потому что 31 июля наконец за Гарри приезжает Хагрид) день начинается с того, что Петуния перекрашивает школьную форму Гарри, то есть какие-то старые тряпки после Дадли, в серый цвет, чтобы они подходили. Гарри просто в «неописуемом восторге», что ему придётся носить такие слоновьи шкуры на себе. И что подумают о нём в этой новой школе? Он боится даже думать об этом.
Вдруг появляется почтальон. Вернон просит Дадли, чтобы тот принёс почту. Дадли говорит, что это должен сделать Гарри. Гарри пытается переложить это опять на Дадлика, на что дядя Вернон говорит: «Дадли, дай ему по голове своей тростью», так что Гарри идёт забирать почту. Он находит три отправления. Одно из них — открытка от тёти Мардж, которая уехала на остров Уайт (находится на юге Англии, в проливе Ла-Манш, отделяющем Великобританию от Франции). Второе отправление выглядит как счёт, а третье — это таинственный конверт, адресованный Гарри. Тот самый знаменитый конверт с надписью зелёными чернилами, на котором указан чулан под лестницей.
И здесь такая маленькая деталь — появляется герб Хогвартса. На нём, конечно, лев, орёл, барсук и змея. Да, меня всегда интересовало, почему орёл является геральдическим животным Когтеврана, хотя даже само название Ravenclaw указывает на ворона, и с другой стороны, ворон — птица более умная, чем орёл. Не знаю, не являются ли вороны самыми умными птицами, так что было бы логично, если бы здесь появился именно ворон. Что касается барсука, тоже интересно, потому что в какой-то момент Роулинг сама сказала, что немного сожалеет, что не использовала свой первый вариант и не сделала медведя геральдическим животным Пуффендуя, потому что тогда, возможно, люди относились бы к Пуффендую с большим уважением. Я считаю, что они не относились бы к Пуффендю с уважением, потому что сама миссис Роулинг не отнеслась к Пуффендю с уважением (в защиту этого факультета я уже писала здесь).
В любом случае, Гарри так замешкался, рассматривая дивное письмо, что уже дядя Вернон кричит: «Ну где ты? Что ты там проверяешь, что ли, есть ли бомбы в этих письмах?» Гарри идёт, отдаёт ему открытку и счёт. Вернон читает сначала, конечно, открытку от тёти Мардж, которая отравилась, потому что съела какого-то подозрительного моллюска.
Дадли обращает внимание отца на то, что Гарри тоже получил письмо. Это, конечно, сначала вызывает замешательство у дяди с тётей, но потом дядя Вернон смотрит на это письмо и начинается настоящий шок. Вернон и Петуния выгоняют мальчишек за дверь, даже Дадли, что, конечно, неслыханно в доме на Тисовой улице, 4. Взрослые закрывают дверь и начинают между собой разговаривать, а мальчики борются за то, кто из них получит доступ к замочной скважине. В итоге выигрывает, конечно, Дадли, а Гарри прикладывает ухо к щели под дверью.
Петуния прежде всего обращает внимание на то, как хорошо отправитель знает местонахождение Гарри. Обращает внимание мужа на этот чулан под лестницей. Неужели за ними следят? И далее тётя восклицает: «Что нам теперь делать? Ответить, что мы не хотим, что мы не заинтересованы?» На что Вернон: «Нет, мы проигнорируем это, мы не будем им отвечать. Мы же решили, когда взяли его под свой кров, что искореним из него всю эту опасную ерунду».
После обеда в чулан под лестницей к Гарри заходит дядя Вернон. Это случается крайне редко, что подчёркивается в тексте. Вернон старается звучать почти дружелюбно. Но Гарри не так легко провести, больше всего ему интересно, что случилось с его письмом. «Этого письма ты не получишь, оно было адресовано тебе по ошибке». — «Нет, никакой ошибки, ведь на нём был мой чулан под лестницей». И вот здесь мы как раз переходим к важному моменту, потому что именно тогда дядя Вернон и тётя Петуния решили, что Гарри уже достаточно взрослый, чтобы переехать во вторую спальню Дадли. Что чулан уже для него слишком мал. Гарри, конечно, предпочёл бы получить письмо. До сих пор он мечтал переехать в эту комнату, но теперь он предпочёл бы сидеть в своём чулане с письмом, ведь кто-то хотел с ним связаться.
Что касается дома Дурслей, то здесь как раз описано, что в нём было четыре спальни. В одной спали Вернон и Петуния, во второй Дадли, третья была гостевая спальня, а четвёртая была ещё одна, альтернативная спальня Дадли, в которой хранились все те вещи, которые не помещались в первой спальне. Дадли вообще в ужасе от идеи переселить Гарри в его спальню. Он будет кричать, воевать, истерить, пытаться поколотить отца. Это тоже показывает динамику семейных отношений в доме на Тисовой улице, 4. Когда мальчик колотит своего отца тростью, требуя, чтобы тот делал всё, что он захочет. Это вполне патологическая семейка непуганых идиотов.
Но в этот раз истерика не помогает Дадлику, и Гарри эту комнату получает. Вообще в этом помещении полно хлама, по всей комнате разбросаны какие-то вещи. Это тоже многое говорит нам о самом Дадли. Гарри, во-первых, переносит все свои вещи за один раз (!) из чулана под лестницей, а во-вторых, наблюдает, что в этой комнате находится. Итак, почти всё там было сломано и испорчено. Даже телевизор, который Дадли разбил пинком, когда перестали показывать его любимую программу. Да-да, сыночек, разбил телевизор — мамочка и папочка купят тебе новый… Есть пустая клетка от попугая, которого Дадли обменял на настоящую пневматическую винтовку. И только книги в этой комнате выглядят так, как будто к ним ни разу не притрагивались. То есть тоже довольно стереотипный образ: Дадли глупый, Дадли злой и Дадли не читает книг. Потому что известно, что только глупые люди не читают книг, как-то так…
Утро следующего дня, завтрак. Для порядка, напомню, 25 июля. Довольно мрачная гнетущая атмосфера, Дадли безутешен, он проиграл битву, не помогло даже подкидывание вверх черепахи и битьё стёкол. Свою спальню он не вернул, он безутешен. В этот момент приходит почтальон, и Вернон, пытаясь выглядеть довольно милым с Гарри, отправляет Дадли. На самом деле мы знаем, что он хотел проверить, не попытается ли тот, кто писал Гарри, ещё раз связаться с ним. Ну, и оказалось, что подозрения Вернона были оправданны, потому что Дадли уже из прихожей кричит, что пришло ещё одно письмо. На что дядя Вернон вскакивает, мчится в прихожую, сбивает с ног своего сына, и они начинают бороться за это письмо. Вырывают его друг у друга. Подоспевший Гарри запрыгивает Вернону на спину, хватает его за шею, а Дадли берёт свою трость и охаживает их обоих. Я уже говорила, что эта семья патологична на 100%, так? Убеждаемся в этом в этот момент ещё больше. В любом случае, Вернон выигрывает поединок и вышвыривает мальчишек.
Тогда у Гарри появляется идея. Он знает, что если кто-то уже дважды пытался связаться с ним, то предпримет попытку выйти на контакт и в третий раз. Тем более что этот кто-то явно наблюдает за домом Дурслей, потому что знает, что Гарри переехал в самую маленькую спальню в этом доме. Гарри разрабатывает «коварный» план. А именно: он планирует встать в 6 утра, тихонько выскользнуть из дома и караулить там почтальона, чтобы напрямую забрать у него письма и иметь возможность открыть своё письмо. Итак, утром он тихо прокрадывается, выходит в коридор и вдруг под дверью наступает на что-то большое и бесформенное.
Оказалось, что это большое бесформенное «что-то» было лицом дяди Вернона, который теперь в ярости, потому что он предвидел, что Гарри может сделать именно то, что хотел сделать. Полчаса он орёт на племянника, после чего велит ему идти на кухню и принести чаю. Когда возвращается, почта уже пришла, и Вернон забирает письма. В том числе три письма, адресованных Гарри.
Здесь у меня вот какое сомнение. Сейчас летние каникулы. Я понимаю, что Вернон работает, но меня интересует, во сколько Дурсли в принципе вставали. Если почтальон приходит где-то около 6:30 утра, а они обычно уже все вместе завтракали, даже Дадли. Такое очень раннее вставание совсем не вяжется с образом Дадли. Он скорее мальчик, который летом спал бы до 10–11. А тут такая ранняя пташка. Нет, нет. Я знаю, 6:30 — это не какое-то безумное время в общем и целом, но для детей в каникулы это просто ненормальное время.
Итак, 26 июля, когда Гарри решил действовать хитростью, но у него не получилось. На этот раз пришло уже три письма. Гарри требует, чтобы ему отдали эти письма, но Вернон, конечно, их не отдал. В этот день Вернон даже не пошёл на работу. Злой, разъярённый, он решил заколотить гвоздями щель в ящике для писем, потому что был уверен, что если те загадочные «они» не смогут доставить эти письма, то отстанут. Петуния не совсем уверена, что это решение хорошее, но Вернон уверен в обратном. Вернон вообще убеждён до какой-то одержимости, что если он сделает невозможным просунуть письма в ящик, то письма просто перестанут приходить.
Пятница, 27 июля. Прибыло около дюжины писем. Они были просунуты в щель под дверью, в щели по бокам двери, а несколько были даже заброшены через окошко в ванной на первом этаже. Дядя Вернон снова не идёт на работу. Он в ярости. Он сжёг все письма, заколотил гвоздями все щели в парадной и в кухонной двери, так что никто не мог выйти из этого дома. Буквально, Вернон запер всех домочадцев в доме. При этом «он что-то напевал себе под нос», как сказано в переводе. В оригинале эта песня называется конкретно: «Tiptoe through the Tulips», и это настоящая песня, написанная в 1929 году Элом Дубином и Джо Бёрком, впервые исполненная Ником Лукасом в мюзикле «Gold Diggers of Broadway». Через 40 лет эта песня получила новое дыхание, в течение 10 недель она держалась на вершине хит-парадов в эксцентричном исполнении Тайни Тима. А ещё она стала знаменита в 2010 году благодаря использованию в фильме ужасов «Астрал» режиссёра Джеймса Вана. Так что это песня, которую вы, возможно, даже знаете.
Переходим к субботе. Это 28 июля, и у нас это действительно другой день недели, но к этому мы уже не придираемся. 24 письма, скатанные в шарики и спрятанные в два десятка яиц, которые молочник передал Петунии через окно гостиной. Вернон в ярости, обзванивает почту, обзванивает магазин, чтобы подать жалобу, пока Петуния мельчит письма в миксере. Дадли же вообще любопытно, кому так сильно нужно связаться с Гарри.
Затем наступает воскресенье. 29 июля. Вернон в восторге. Воскресенье. Письма не приходят. Это чудесный день. Вернон уже настолько одержим, настолько погружён в своё безумие, что даже не замечает, что намазывает джемом газету, которую держит в руке. И когда он находится на пике счастья, вдруг в затылок ему прилетает письмо, которое влетело через камин. И здесь я задаюсь вопросом: работал ли этот камин на этом этапе, или Дурсли позже заменили его на какой-то электрический, потому что ведь в начале «Кубка огня» этот камин не работает. Является ли он каким-то муляжом или не совсем муляжом? Трудно здесь что-то утверждать.
В любом случае, следующие письма вылетают из-под кухонной вытяжки. У нас есть та самая культовая сцена, когда письма начинают заваливать Тисовую улицу. Вернон в ярости, бесится, велит всем собираться. Через пять минут они должны быть готовы уехать из дома. Никаких лишних вещей брать с собой нельзя. Десять минут спустя дяде Вернону пришлось выломать дверь изнутри, чтобы выбраться из дома и запихать всех в машину.
Самый плохой день в жизни Дадли, потому что он уже получил затрещину от отца за то, что пытался упаковать видео, телевизор и компьютер, хотя нужно было брать только самое необходимое. Они едут целый день без остановок. Дадли в отчаянии. Он пропустил пять любимых телепрограмм. К тому же прошло рекордно много времени с тех пор, как он играл в компьютерную игру. Что ж, Роулинг прекрасно показывает уровень испорченности этой семейки. Уровень испорченности Дадли. Хотя бы тот факт, что в этой главе Дадли с отцом постоянно колотят друг друга. Кто-то постоянно применяет насилие. То Дадли охаживает отца тростью, то отец даёт подзатыльник Дадли. Чуть раньше Гарри бросается на Вернона и пытается его душить. Мы говорим об одиннадцатилетних детях, которые дерутся со взрослым, причём с отцом, опекуном. Настолько патологична эта семья на Тисовой улице. И это тот момент, когда эти патологии видны больше всего.
Итак, дорога. Вернон уже настолько погружён в свою одержимость, что в какой-то момент начинает ехать в противоположном направлении, чем раньше, что означает, что он просто пытается сбить потенциальную погоню. Он убеждён, что за ними следят, за ними шпионят, что их могут схватить. Итак, после целого дня они наконец доезжают до какого-то пригорода большого города и останавливаются в исключительно убогом отеле. Гостиница при вокзале в Коукворте.
И мне интересно, говорит ли вам что-то это название, Коукворт. А ведь оно появляется также в «Гарри Поттере и Принце-полукровке», потому что в Коукворте жил Северус Снегг. Коукворт, как оказалось, является также местом, где выросли Лили и Петуния. И любопытно, что Петуния, которая весь день боялась хоть как-то перечить мужу или оспаривать его решения, возвращается в место, где вся эта магия началась. Ведь она выросла в Коукворте. Там Лили стала волшебницей. Получила письмо из Хогвартса, в то время как Петуния — нет. Там они встретили того ужасного мальчика, волшебника Снегга, с которым подружилась Лили.
И это то, что совершенно не укладывается у меня в голове. Если Вернон знал, откуда родом Петуния (а я думаю, что знал наверняка), то он должен был понимать, что они въезжают в место, которое настолько сильно отмечено магией. То есть буквально тем, от чего он пытается сбежать. Конечно, есть логическое объяснение. Роулинг ещё на этом этапе не имела понятия, какую роль Коукворт сыграет в этой истории.
В любом случае, отель исключительно убог. Гарри и Дадли в одной комнате с двумя кроватями и влажными, затхлыми простынями. Петуния и Вернон в другой. Гарри не может уснуть, пока Дадли храпит. На следующее утро они получают холодные тосты с помидорами и просроченные хлопья на завтрак. А после завтрака самое важное: к ним приходит хозяйка отеля и говорит, что пришли письма для некоего Гарри Поттера. Гарри уже собирается забрать письмо, но дядя Вернон опережает его, в то время как хозяйка гостиницы утверждает, что было доставлено около сотни таких писем. Что, конечно, ясно указывает на то, что этот побег был напрасен и нужно бежать дальше.
Петуния пытается повлиять на мужа: «Может, лучше вернуться домой?» Нет, не вариант. Дурсли едут дальше. Останавливаются посреди большого леса. Вернон выходит из машины. Осматривается, качает головой, возвращается. Останавливаются посреди поля. То же самое. Выходит, осматривается, возвращается. На середине длинного моста — то же самое. И я задаюсь вопросом, искал ли здесь Вернон какое-то место, где они могли бы переночевать, или это были просто какие-то точки, откуда у него был лучший обзор, чтобы определить, едет ли кто-то за ними, следит ли кто-то за ними или нет.
В конце концов Дадли в ужасе, потому что «папа сошёл с ума», а Вернон наконец останавливается на пляже и куда-то идёт. Через некоторое время он возвращается, явно довольный, с большой сумкой, и утверждает, что ему удалось найти подходящий ночлег. Показывает: вот скала, там какая-то жалкая хижина. Ночью будет шторм, так что никто писем не доставит, а кроме того, «этот почтенный джентльмен» (как назвал его Вернон), человек, с которым он всё это уладил, одолжит им лодку, на которой они смогут добраться до той хижины. Этим человеком был какой-то беззубый старик, не имеющий значения для истории.
В любом случае, мечты Дадли снова рухнули, потому что он хотел остановиться где-нибудь, где будет телевизор, где он сможет посмотреть свою любимую программу. К сожалению, такого варианта нет. Дядя Вернон раздобыл им такое место для ночлега, куда и муха не долетит. Но здесь есть тоже одна забавная деталь: дядя Вернон также раздобыл провизию: четыре пачки чипсов и четыре банана. Почему я так подробно обращаю внимание на то, что входит в этот провиант? А потому, что мы видим, что каждый член семьи был наделён равной долей. Каждый получает пачку чипсов и по одному банану. По крайней мере, это предполагается. Нет никакого упоминания о том, что Гарри должен был отдать половину своей порции или всю свою порцию Дадли или кому-то ещё. Так что опять же в плане еды на каждый день мы видим равное отношение к детям со стороны Дурслей.
Иное дело, что это было абсурдно по другой причине. Вот почему Вернон купил такую дрянную еду? Неужели он не мог раздобыть чего-то другого? Почему этот ужин должен был быть настолько убогим? Ведь у Дурслей есть деньги, бедными людьми их не назовёшь. Нет такого, что они отправляются в эту поездку с последними 20-30 баксами в кошельке. Никак не узнать, никак не догадаться.
Мы подходим к кульминации всей этой главы, потому что вот Дадли спит на старом диване, укрытый каким-то дырявым одеялом, Вернон и Петуния спят на хромой кровати, а Гарри пришлось найти себе лучший, самый удобный кусок пола. Пока снаружи слышен приближающийся шторм, Гарри лежит и ждёт, и думает, и отсчитывает время до своего дня рождения. Когда бьёт полночь, — бах, кто-то ломится в дверь.
Гарри, конечно, не ожидал, что Дурсли как-то отметят его 11-й день рождения, потому что на прошлый день рождения он получил вешалку и старые носки от дяди Вернона, но он надеется, что эти дни рождения будут выглядеть хоть как-то иначе. Ну, и мечтает, что когда они вернутся домой, писем там будет так много, что он сможет хоть одно утащить и спокойно прочитать. На местах Гарри и на грохоте в дверь глава заканчивается.
Но на этом не заканчивается наше обсуждение. Самое сомнительное во всей этой истории — кто доставлял письма для Гарри? Они никак не могли приходить почтой, потому что почта не доставляет письма за один день. Тем более что мы даже не можем предположить в этом случае, что те, кто отправлял письма из Хогвартса, предполагали, что Гарри их не получит, потому что адреса ведь всё время обновлялись в соответствии с местом, где находился Гарри. Будь то чулан под лестницей, самая маленькая спальня на Тисовой улице или комната номер 17 в гостинице при вокзале в Коукворте. Каждый раз отправитель знал, где именно находится Гарри.
Если отправитель знал, где находится Гарри, почему этот отправитель не вручил письмо лично ему? Почему я считаю, что там был какой-то отправитель, который наблюдал? А потому, что исключается и возможность доставки этих писем совами. Во-первых, этих сов должно было быть очень много, что, кстати, фильмы и показали, но если эти письма доставляли совы, то у нас проблема, потому что от Хогвартса до Тисовой улицы в пригороде Лондона всё-таки есть некоторое расстояние. Когда Гарри будет пользоваться совиной почтой, ему нужно будет дольше ждать доставки письма и получения ответа. Так что сова за один день из Шотландии в Англию вряд ли смогла бы долететь (а мы знаем от самой Роулинг, что Хогвартс должен находиться где-то в Шотландии).
Так что снова задаёмся вопросом: кто? Кто-то всё время докладывал Дамблдору, что письма не доходят, что нужно усилить воздействие? Но если этот кто-то пытался доставить письма, почему он никогда не использовал какую-то хитрость? Почему он никогда не подумал о том, чтобы доставить эти письма Гарри лично? И здесь снова вспоминается тот самый чулан под лестницей, в который практически никто никогда не заглядывал. Почему Гарри не получил письмо, которое просто попало бы прямо в то место, где был бы наибольший шанс, что Гарри его действительно возьмёт, распечатает и прочитает?
Разве что принять во внимание то, что Дурсли непременно должны были быть осведомлены, что Гарри получил это письмо, что Дурсли должны были быть осведомлены, что их жизнь меняется, потому что племянника нужно отправить в Школу чародейства и волшебства Хогвартс. Тем не менее, здесь абсурд порождает абсурд, нелогичность порождает нелогичность, и мы можем задавать себе очень много вопросов, почему никто, кто взялся за такое рискованное предприятие, как доставка сотен писем, не соблазнился тем, чтобы доставить одно единственное письмо, но доставить эффективно, передать лично в руки мальчику, через окно спальни, например. Если этот кто-то был волшебником (а был наверняка), он мог сделать это без малейших проблем. Вингардиум Левиоса, постучать в окно, добрый день, это письмо для вас.
Единственное мало-мальски логичное объяснение, которое я вижу здесь (о чём я уже говорила в этом материале), — вакханалия с письмами была устроена Хагридом, которому Дамблдор и поручил миссию связаться с Гарри и Дурслями. В следующей главе лесничий, которому нельзя колдовать, скажет, что для этого особого случая ему разрешили. Да, Хагриду нельзя колдовать, но когда всё-таки можно, выходит примерно так, как получилось здесь, с сотнями писем, атаковавших дом на Тисовой улице. Я понимаю, что и это предположение не снимает всех вопросов. Например, почему на такое вопиющее нарушение так спокойно отреагировало Министерство магии (сказать проще, не отреагировало никак)? А впрочем, это же происходило тогда, когда Дамблдор был на коне и Фадж ежедневно посылал ему сову, спрашивая советов…
Ну, и другое дело, почему Гарри не поднял ни одного письма с пола, но это вопрос скорее к создателям фильмов. На этом я заканчиваю. Мне интересно, как вам понравился разбор этой третьей главы и ждёте ли вы следующих. Буду благодарна за поддержку канала и ваши комментарии.