Вопрос Никиты задел меня за живое гораздо сильнее, чем его предыдущие обиды о той же мокрице. Глупости?! То есть, все мое обучение, бессонные ночи перед экзаменами, когда глаза уже вылезали из орбит от тех учебников по праву и экономике, и мой честно заработанный красный диплом — это для него просто глупости, которые я выдумываю ради того, чтобы побесить его?!
Внутри меня снова поднялась горячая волна возмущения. Подумаешь, великий повелитель судеб! Если он привык все покупать за деньги, то это не значит, что все вокруг такие же, как он!
Я с ненавистью посмотрела на высокомерного босса и сказала, стараясь сдерживать гнев, который так и распирал меня изнутри:
- Вообще-то, Никита Григорьевич, знание нормативно-правовой базы и технических регламентов является основой основ для любого квалифицированного экономиста. И это не инструмент, чтобы раздражать боссов. Нормальные начальники, которые хотят, чтобы их фирмы действительно процветали, как раз и набирают на работу людей, ориентирующихся в их отрасли. Я училась четыре года на бакалавриате и два года в магистратуре, сдавала все сессии исключительно на самые высокие баллы и без всякой взятки, потому что у меня, в отличие от некоторых, не было богатых родителей. И для меня это не ерунда. Это мои знания, благодаря которым я получила эту работу. И я собираюсь выполнять ее качественно, даже если мой непосредственный начальник... э-э-э... против…
У Никиты от моей пламенной речи брови вверх поползли. Он подпер подбородок ладонью, рассматривая меня в тусклом аварийном свете с таким видом, словно впервые в жизни встретил живую инопланетянку, которая вместо человеческой речи разговаривает на какой-то тарабарщине.
- Ого, сколько негодования! - лениво протянул он, и на его красивом лице снова появилась пренебрежительная улыбка. - Ты потратила, считай, шесть лет своей жизни на какие-то книжки!? А когда же ты просто жила? У тебя парень есть? Хотя, о чем я спрашиваю?! - он хохотнул, увидев мой возмущенный взгляд. - Нет, конечно. Кто обратит внимание на такую... умную. Черт, Лиля, ты еще большая зануда, чем я себе представлял!
— Я рациональна, - сухо отрезала я, стараясь игнорировать его насмешки и то, как близко оказались его длинные ноги, которые почти касались моих колен в этом тесном лифте. - Ну, я вам так скажу, Никита Григорьевич, если вы считаете, что образование — это пустая трата времени, то мне искренне жаль нашу компанию. С таким подходом к менеджменту мы далеко не уедем. Собственно говоря, как и этот лифт.
Босс хотел было что-то язвительное сказать, даже воздух в грудь набрал, но вдруг его желудок предательски и очень громко заурчал на всю кабину. Звук получился настолько громким, что Никита мгновенно смутился и замолчал.
Я мысленно злорадно улыбнулась, но внешне не показала, что мне смешно. Покопалась в своей старенькой сумочке и нащупала на самом дне то, что обычно спасало меня во время занятий, обычный овсяный батончик с курагой. Один-единственный. Мой неприкосновенный запас на случай, если захочу есть. Но сегодня утром я хорошо позавтракала, поэтому есть сейчас не хотелось. В отличие от моего босса. Достала батончик и повертела в руках.
Никита проследил за моими движениями мрачным, но очень заинтересованным взглядом голодного человека. Я вздохнула и протянула его боссу.
- Держите, съешьте.
Никита недоуменно глянул сначала на батончик, потом на меня, но не отказался, быстро выхватил батончик из моих рук, содрал обертку и в два укуса сожрал мой неприкосновенный запас.
- Спасибо, - буркнул он. - Я сегодня не завтракал. Только этот кофе твой выпил в кабинете, и всё. Хотя, если честно, твой батончик редкостная гадость, на вкус как прессованные опилки. Ты такое всё время ешь? Теперь понятно, почему ты такая злобная зануда. Тебе срочно надо съесть какой-нибудь нормальный стейк, Лиля, потому что твой мозг окончательно высохнет от овсяных хлопьев. Выберемся из лифта, поедем в ресторан и нормально поедим, - вдруг добавил Никита неожиданно даже для самого себя. Может, то, что девушка подкормила его своим батончиком, немного сгладило его раздражение. А может, и не из-за этого.
- Обычный батончик. Все такие едят. Он очень питательный, - раздраженно ответила я и, открыв свой блокнот, сделала вид, что читаю, чтобы не обращать внимания на бестактного начальника.
Мы просидели в молчании еще несколько минут. Аварийная лампочка под потолком неприятно и едва слышно начала потрескивать, а воздух в кабине становился всё более теплым и душным. Никита вертелся рядом на полу, то вытягивал, то подгибал ноги, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и ослабил галстук. Я чувствовала, что он становится всё более нервным. Почти каждую минуту он проверял телефон, хотя прекрасно знал, что связи здесь нет. А потом я услышала, что его дыхание стало каким-то прерывистым.
- Слушай, зануда, - вдруг тихо позвал он, и в его голосе впервые за день почувствовалась какая-то странная неуверенность, - тебе не кажется, что здесь дышать становится нечем? Они вообще там собираются нас вытаскивать? Почему так долго, я не понимаю?
Я подняла голову от блокнота и заметила, что на его лбу выступили мелкие капли пота, хотя в лифте, в принципе, не было так уж жарко. Вау! Похоже, мой крутой, высокомерный и бесстрашный босс банально паникует из-за замкнутого пространства! Так у него клаустрофобия?
— Никита Григорьевич, с вентиляцией всё в порядке, это просто психологический эффект, - спокойно сказала я, стараясь говорить тихо и размеренно, чтобы не разгонять его панику еще сильнее. - Бригада работает. Нам просто нужно немного подождать.
- Легко тебе говорить, - огрызнулся он, но как-то совсем вяло, прижался затылком к стене лифта и закрыл глаза. - Я просто терпеть не могу лифты. Особенно поломанные. Они меня бесят.
Я удивилась. Директор компании по производству и ремонту лифтов боится лифтов? Ну это просто анекдот! Но насмехаться я не стала, потому что увидела, что мужчине и в самом деле было плохо.
И тут, словно мало нам было приключений на сегодня, аварийная лампочка под потолком неприятно пискнула, мигнула несколько раз и полностью погасла. Лифт снова поглотила кромешная тьма.
- Черт! Какого черта?! - в панике закричал Никита в темноте, и я услышала, как он завозился на полу и громко заорал. - Где свет?!
В темноте паника босса, очевидно, вспыхнула с новой силой. Я решила, что сидеть на полу в абсолютной темноте рядом с непредсказуемым мужчиной как-то немного опасно, поэтому осторожно поднялась на ноги, прижимая к груди свою сумочку и блокнот.
- Когда нас вытащат отсюда?! - орал босс откуда-то снизу, полностью теряя контроль.
А в следующую секунду его руки прикоснулись к моим коленям и он, нащупав и поняв, что это я, неожиданно крепко обхватил мои ноги выше колен! Его руки ощутимо дрожали, а сам он прижался лицом куда-то в районе моего пояса.
Я вздрогнула от неожиданности, ведь это было очередное вторжение в мои личные границы без разрешения. Но на этот раз я не стала возмущаться. Я понимала, что мужчину накрыла действительно сильная паника из-за клаустрофобии.
- Никита Григорьевич, всё хорошо, сейчас нас вытащат. Отпустите мои колени, я никуда не денусь, просто расслабьтесь и дышите глубоко и медленно, — начала я его успокаивать. - Наверное, лампочка просто перегорела, это обычная техническая неисправность...
Я собиралась наклониться, чтобы аккуратно отцепить его руки от своих ног, как вдруг над нашими головами раздался грохот. Хлопнуло так, будто по крыше лифта ударили кувалдой. Никита испугался и еще крепче схватился за меня.
И в этот самый момент под потолком лифта ярко вспыхнул нормальный дневной свет, заставив меня зажмуриться. А вслед за этим створки дверей лифта со скрежетом начали раздвигаться в стороны. Аварийная бригада сработала значительно быстрее, чем обещала диспетчер.
- Готово! Еще немного, Степан! - послышался громкий мужской крик из коридора.
Дверь разъехалась полностью, открывая вид на коридор. И всё бы ничего, если бы при входе у лифта не стояла целая делегация: трое мужчин в спецодежде с ломами в руках и несколько офисных работников, которые сбежались на шум.
И какая же картина предстала перед их глазами? В углу лифта стоит новая секретарша, а перед ней на коленях их новый генеральный директор, который двумя руками обнимает ее за ноги, спрятав лицо за полами ее пиджака!