Посмотрел ТВ-беседу двух знаменитых блогеров: прелестной американской журналистски Кэндис Оуэнс + могущественного «бесогона» Никиты Михалкова.
Ждал развития темы, с которой очаровательная американка прогремела на прошедшем ПМЭФ: дерзкая расследовательница в очередной раз напомнила недоверчивым, что президент Франции Эммануэль Макрон женат на своём бывшем учителе, «тайном трансгендере».
Однако эти скандальные заявления в беседе (ну, во всяком случае, в эфирной версии) были фактически проигнорированы .
По словам Оуэнс, Брижит рождена была под именем Жан-Мишель Тронье. Обозревательница рассказала Михалкову, что встречалась с представителями французского посольства, которые пытались заставить ее прекратить публичные заявления на эту тему:
«Были звонки, были, соответственно, корпоративные подходы на корпоративные деньги, чтобы заставить меня молчать, и были предложения от СМИ с суммами, значительно превышающими пять миллионов [долларов], за определенные углы освещения событий»
Но в целом про эту интригующую историю было упомянуто мимоходом.
Тем не менее про «французский след» я всё же вспомнил, когда Никита Сергеевич процитировал своей собеседнице Тургенева: «Поскреби русского — найдёшь татарина». На самом деле, Иван Сергеевич такого никогда никому не говорил. И к нам, в Россию афоризм пришёл как раз из Франции: Grattez, lе russе еt vouz vеrrеz lе tartаrе. Ну да, в тургеневскую эпоху, здесь маэстро прав.
Достоевский в своём «Дневнике писателя» объяснял нашим скудоумным (всегда такими были) либералам природу европейского высокомерия и презрения к России: «Не хотели европейцы нас почесть за своих ни за что, ни за какие жертвы и ни в каком случае: Grattez, дескать, lе russе еt vouz vеrrеz lе tartаrе, и так и доселе. Мы у них в пословицу вошли».
В разные периоды авторство этой фразы приписывали разным социально-значимым французам: Астольфу де Кюстину, Жозефу де Местру и даже Наполеону Первому. Важен контекст. Слово «татарин» во французском дискурсе того времени было синонимом «варвара», человека с Востока, носителя чуждой европейскому просвещению культуры. Вспомнилось, как основатель «Звуков Му» Пётр Мамонов уточнял у французского дипломата, ценителя + знатока нашей культуры Жоэля Бастенэра: «А мы для них ведь как негры, правда?»
Ну да ладно. Я не об этом. Год назад оставил в соцсети фрагмент более чем аргументированных обвинений Оуэнс в адрес «первой леди Франции». И ознакомился с массой комментов в духе «А какое нам дело замужем французский президент или женат, зачем нам в принципе эта теория заговоров, значения не имеет».
«Не имеет?» Правда? Ну ничего себе! Франция = страна НАТО, с которой мы де факто (хотя и не де юре) ведём войну на Украине. И в этом контексте имеет значение, кто принимает решения.
Французская пресса признает, что ни одно важное решение не принимается без участия Брижитт Макрон, кем бы он/она ни была. А у этого человека нет ни официальной верифицированной биографии (что подтвердила в своих расследованиях Оуэнс), ни публично озвученной политической платформы. За вывеской жены скрывается непонятно кто, но по факту именно этот персонаж и рулит политикой Франции. А ведь президентом её/его никто не выбирал.
Во Франции очень строгие нормы, ограничивающее вмешательство газетчиков в личное пространство. Поэтому там политики свободно ходят в рестораны со своими любовниками и/или любовницами, зная, что никто не посмеет об этом рассказать в прессе: за это тюрьма, это вам не Америка, Грузия или Япония, здесь не забалуешь. Это закреплено в статьях 9 Гражданского кодекса и 226-1 Уголовного кодекса: вмешательство в личную жизнь, в том числе распространение сведений об интимных отношениях без согласия человека, грозит крупными штрафами и/или тюремным сроком.
Справедливости ради уточню: французские СМИ не столь «свободны в молчании», как может показаться. Они активно пишут о личной жизни, если информация уже стала достоянием общественности или если получено «добро» от глобалистов, правящих бал на Западе (как в случае с Домиником Стросс-Каном или Франсуа Олландом, у которого связь с Жюли Гайе была подтверждена после утечки). Но действительно, разница с США или Великобританией колоссальная: там публикация фото политика с любовницей в ресторане — обычное таблоидное дело, а во Франции — повод для иска. В январе 2026 года парижский уголовный суд признал виновными десять человек в кибербуллинге за распространение утверждений Оуэнс. Они получили сроки от четырёх до восьми месяцев. Пока условные.
Добавлю, что французское общество традиционно более терпимо к внебрачным связям публичных персон, рассматривая это как вопрос личной морали, а не политической компетенции. Это часть культурного контекста, а не только юридических норм. Так что формально политики могут чувствовать себя абсолютно безнаказанно.
Сейчас Евросоюз начал третий крестовый поход против России. Знаю, знаю, что в XIX веке такого термина не было. Помню свою беседу 10-летней с главой Представительства Европейского Союза в России Вигаудас Ушацкасом: когда я напомнил, что они (Евросоюз) первый раз напали на нас в 1812 году под предводительством корсиканца Бонапарта, а в следующем веке под началом австрияка Гитлера, он как раз насчёт термина и возражал. Но не по существу. Просто уже тогда было ясно, что они попрут в третий раз. И снова огребут возмездие.
Мой визави возражал: на Россию шла армия Французской империи, к которой присоединились контингенты зависимых от Наполеона государств (Австрия, Варшавское герцогство, Пруссия, etc.). В 1941 году — Третий Рейх со своими сателлитами (Венгрия, Италия, Румыния, Словакия, Финляндия, Хорватия). Мол, оба раза это были империи с единым центром принятия решений (Париж, Берлин), а не добровольный союз демократических стран с процедурой консенсуса, как сегодняшний ЕС. Правильнее, дескать, говорить о длительном геополитическом конфликте, где Россия периодически сталкивается с объединёнными силами западноевропейских держав, но каждый раз в разной конфигурации и с разными целями.
Да, моё поколения воспитано в духе интернационализма. Я помню замечательный фильм «Нормандия — Неман» с Николаем Рыбниковым в роли капитана Тарасенко. И да, действительно была французская эскадрильи «Нормандия — Неман», сражавшаяся с нацистами бок о бок с нашими пилотами в годы Великой Отечественной войны на территории Советского Союза (с 1942 года). Одна эскадрилья. Одна. При этом ещё в июле 1941 года из ультраправых коллаборационистов создан «Легион французских добровольцев против большевизма» (LVF). Воевал под Москвой, затем практиковал карательные операции в Белоруссии. А французская штурмовая бригада СС (Französische SS-Freiwilligen-Sturmbrigade)? Дивизия СС «Шарлемань» (33. Waffen-Grenadier-Division der SS Charlemagne)?
Короче, не забудем, не простим.
Франсуа Моро, так звали парижского журналиста, с которым меня ещё в советское время познакомил Юлиан Семёнов. Мы с «Франсуашечкой» даже сделали бестселлер «Les Coulisses du Kremlin» (издан был только во Франции). Следы месье Моро потерялись в 90-е, по-моему, он уехал из славного города Парижска (в котором уличные бистро, напомню, названы в честь наших казаков-«оккупантов», подгонявших официантов – «быстро, быстро»).
Однако я до сих пор временами созваниваюсь с теми коллегами, которые работали над той книгой: фоторепортёром и редактором (она уже на пенсии). Так вот, они не сомневаются, что их Брижит Макрон – мужик, который правит Францией. Но при этом не одобряют активность Оуэнс. И не потому, что их устраивает деятельность президента. Представления о приличиях не совпадают.
«В Швейцарии умирать хорошо, а жить там невозможно» – сказал мне как-то Никита Сергеевич Михалков. А ещё он мне как-то объяснил: «Россия – состояние Души!». И мне кажется, красавица Оуэнс, беседуя со знаменитым режиссёром, это поняла.