Отречение Николая II в марте 1917 года стало одним из самых судьбоносных событий в российской истории. Именно этот документ поставил точку в более чем трехсотлетнем правлении династии Романовых и открыл путь к стремительным политическим переменам, которые вскоре привели страну к гражданской войне.
Однако спустя более века споры вокруг этого акта не утихают. Одни исследователи считают отречение полностью законным и соответствующим действовавшему законодательству Российской империи.
Другие утверждают, что император вообще не имел права отказаться от престола, а потому сам документ якобы не обладал юридической силой.
Третьи заявляют, что Николая II заставили отречься, стало быть, «не считается».
Насколько обоснованы подобные утверждения?
Отречение под давлением или сознательный выбор?
Среди современников событий практически не возникало сомнений в том, что Николай II подписал акт об отречении добровольно. Все находившиеся в Ставке Верховного главнокомандующего отмечали, что император прекрасно понимал происходящее и принимал решение осознанно.
Безусловно, ситуация была чрезвычайно тяжелой. Страна переживала политический кризис, в столице начались беспорядки, а значительная часть высшего военного командования считала смену власти необходимой для продолжения войны.
Тем не менее свидетельства участников событий показывают, что прямого физического принуждения к подписанию акта не было (хотя мы можем говорить об отсутствии поддержки и даже фронде, тем не менее, это не уровень Павла I — «отрекись или табакеркой получишь»).
Сам Николай II исходил из того, что его уход позволит сохранить единство армии и предотвратить дальнейшее развитие внутреннего конфликта. Поэтому вопрос о добровольности отречения у большинства историков серьезных сомнений не вызывает.
Мог ли император отказаться от престола?
Гораздо больше споров вызывает юридическая сторона вопроса.
Противники законности отречения обычно ссылаются на статью 37 Основных государственных законов Российской империи. В ней говорилось:
«При действии правил, выше изображенных о порядке наследия Престола, лицу, имеющему на оный право, предоставляется свобода отрещись от сего права в таких обстоятельствах, когда за сим не предстоит никакого затруднения в дальнейшем наследовании Престола».
На первый взгляд формулировка действительно допускает различные толкования. Некоторые исследователи считают, что речь шла исключительно о наследниках престола.
Следовательно, по их мнению, уже царствующий монарх не мог воспользоваться таким правом.
Однако подобная трактовка противоречит тому, как эту норму понимали современники.
Что говорили юристы Российской империи?
Для дореволюционных правоведов вопрос выглядел достаточно очевидным.
Один из крупнейших российских специалистов по государственному праву профессор Николай Михайлович Коркунов прямо писал:
«Так как царствующий государь, несомненно, имеет право на престол, а закон предоставляет всем, имеющим право на престол, и право отречения, то надо отвечать на это утвердительно...»
Иными словами, если закон предоставляет право отказаться от престола всем лицам, обладающим правом на него, то это распространяется и на действующего монарха.
Подобное толкование было общепринятым в юридической литературе начала XX века. Его преподавали в университетах, оно не вызывало возражений ни со стороны правительства, ни со стороны членов императорской фамилии.
Потерявшие власть.
Кроме того, российская история уже знала случай отказа монарха от власти. В 1762 году Петр III подписал отречение после дворцового переворота, что позволило его супруге взойти на престол под именем Екатерины II.
Хотя обстоятельства тогда были совершенно иными, сам факт отречения монарха не считался невозможным с точки зрения права. И страна не восстала (а Петр Федорович быстро помер при странных обстоятельствах).
Но характерно то, что для свержения монарха вовсе не требовалось его отречение. Именно так поступили с Павлом I или младенцем Иваном Антоновичем. Первого ликвидировали физически, второго уготовили пожизненное заключение (и потом тоже убили при попытке освободить со стороны заговорщиков).
Ранее для проигравших борьбу монархов имелась и другая участь — насильственное пострижение в монахи, как это проделали с Василием Шуйским.
Иными словами, если какой-либо монарх терял реальную власть и становился жертвой заговора, его могли свергнуть и без отречения, либо просто убить.
Если мы представим, что военные и политики царской России желали устранить Николая II любой ценой — не проще ли им было физически уничтожить царя? А затем либо поставить под контроль Михаила Романова, либо действовать по своему разумению.
Но в том-то и дело, что петроградские революционные события, распространявшиеся стремительно на всю Россию, не являлись «подконтрольными элите». Подталкивая императора к отречению, элитарии спасали собственные шкуры и надеялись лишь на косметические изменения.
Нужно ли было утверждение Государственной думы?
Существует и другой аргумент сторонников версии о незаконности отречения. Они утверждают, что акт императора являлся законодательным документом и потому должен был пройти через Государственную думу и Государственный совет.
После революции 1905 года полномочия российского самодержца действительно были ограничены. Многие законы теперь принимались только при участии представительных органов власти.
Однако вопросы престолонаследия регулировались особыми нормами. Раздел Основных законов, посвященный императорской фамилии и порядку наследования престола, по-прежнему оставался исключительной сферой компетенции монарха.
Поэтому для вступления акта об отречении в законную силу не требовалось ни голосования в Думе, ни одобрения Государственного совета.
Как было оформлено отречение?
С юридической точки зрения процедура была соблюдена.
После подписания акта необходимые распоряжения были направлены в Правительствующий сенат.
Уже 5 марта 1917 года сенатские органы приступили к официальному оформлению документа, а на следующий день он был опубликован в «Собрании узаконений и распоряжений правительства».
С этого момента акт приобрел полную юридическую силу. И властные органы, и священнослужители, и армейское командование в целом поддержали Временное правительство.
Фактически 6 (19) марта 1917 года Николай II перестал быть императором и утратил все права на российский престол. Именно так его статус воспринимали и Временное правительство, и позднее советская власть. И нынешняя власть тоже.
Император, ставший гражданином.
Любопытно, что юридические последствия отречения сохраняются и в современной правовой практике.
Когда в 1990-х годах оформлялись документы, связанные с гибелью последнего российского монарха, в свидетельстве о смерти, выданном органами ЗАГС Санкт-Петербурга в 1996 году, он фигурировал уже не как император, а как обычный гражданин:
«Гражданин: Романов Николай Александрович. Причина смерти: расстрелян. Место смерти: Екатеринбург».
Эта формулировка отражает правовую реальность, возникшую после марта 1917 года. Независимо от политических оценок тех событий, с точки зрения законодательства (любого строя, любой власти) отречение Николая II было признано состоявшимся и вступившим в законную силу.
Причина многолетних дискуссий заключается не столько в юриспруденции, сколько в символическом значении произошедшего.
Падение монархии стало одним из ключевых переломных моментов российской истории, а потому вокруг него неизбежно возникают различные интерпретации.
С юридической точки зрения март 1917 года считается не моментом свержения последнего российского императора, а моментом его добровольного отказа от верховной власти. А с практической — в любом случае власть Николай Романов потерял, независимо от бумажек.
Если вдруг хотите поддержать автора донатом — сюда (по заявкам).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, нажимайте на «колокольчик», смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на You Tube или на моем RUTUBE канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!