Лиза встретила Бориса у своей гримёрки.
— Привет! — он бросился к ней так, будто они не расстались только вчера.
У неё самой на душе было муторно. Стыд из-за неловкой попытки поцеловать Бориса в гараже и разговор с детьми лишили сна, и сейчас Лиза чувствовала себя ужасно.
— Здравствуй, Боря. Как вчера добрался?
Он загадочно улыбнулся:
— Не без приключений. Как ты?
Она пожала плечами, и Борис почувствовал её настроение. Он взял Лизу за руку, его пальцы словно невзначай скользнули по запястью и сжали, когда она попыталась высвободиться.
— Это меня испугало, — он произнёс “это” с нажимом, но ей и так было понятно, что речь о шрамах от лезвия.
— Боря, уже столько времени прошло…
— Вот именно! — он смотрел Лизе в глаза, и она не могла отвести взгляд. — Мне стало страшно от мысли, что ты уже сто раз могла умереть, тысячу раз!
— Да, люди смертны, что поделать! Но что тебе до меня? Мы знакомы всего ничего, еще месяц назад ты даже имени моего не знал.
— Ошибаешься. Я же говорил, что уже давно твой поклонник.
— Ох, — Лиза горько рассмеялась, — будь я киноактрисой, ты бы ещё заявил, что вырос на моих фильмах…
Борис смотрел на неё с каким-то непонятным выражением. Смесь нежности и всё того же сожаления. О чём он сожалеет? Или это сочувствие к ней? Жалость? Насмешка над её попытками понравиться ему?
Пауза растянулась в вечность. Они молчали, глядя друг на друга и держась за руки. “Какой абсурд”, — подумала Лиза, и тут сзади загремел голос Нестора Лыкова:
— Я готов прослезиться, ей-богу! А может, вы в гримёрке будет романтике предаваться?
Подойдя ближе, он бесцеремонно оглядел обоих и осклабился:
— Или вам интереснее в коридоре миловаться? Так не стесняйтесь.
Лиза повела носом:
— Лыков, ты пьяный, что ли?!
— Да брось, звезда моя, самую малость принял для бодрости и настроения! Тебе тоже не помешало бы, а то бледненькая совсем.
Нестор попытался ущипнуть Лизу за щёку, но Борис встал между ними, неуловимым движением оттеснив режиссёра.
— О! — Лыков поднял брови и ухмыльнулся. — У нас тут защитник!
— Мы готовы к репетиции, Нестор Ильич, — невозмутимо сказал Борис.
— Уверен? Тогда вперёд, жду в зале.
Он повернулся и направился прочь, потягиваясь на ходу.
— Омерзителен, — процедил Борис. — Как же я ненавижу пьянь…
Лиза медленно отошла от него и скрылась в гримёрке. Сердце пропускало удар за ударом, и ей пришлось схватиться за вешалку, стоящую у входа, чтобы удержаться на ногах.
***
Глеб явился на встречу с Машей с букетом цветов и извинениями:
— Прости за вчерашний вечер, настроение что-то упало. Как ты добралась-то?
— Всё нормально, Сергей довёз до самого подъезда.
— Какой ещё Сергей? — Глеб насторожился. — Для недавно приехавшей в город у тебя что-то много знакомых парней.
— Это не парень, а мамин друг. Если бы ты не исчез вчера, то слышал бы, чем кончился мой звонок домой.
— А Борис? — продолжал допытываться Глеб.
— Что Борис? — Маша почувствовала, что закипает. — Поехал с нами, Сергей и его подбросил. Глеб, ты чего?!
— Он мне не нравится.
— Я вчера слышала, что ты сказал перед тем, как уйти. Это было грубо.
— Правда жестока!
Глеб отвернулся, сдерживая эмоции. Маша молчала, разглядывая цветы и дожидаясь, пока он успокоится.
— К тебе этот Борюсик тоже подкатывал?
— Нет, Глеб, не подкатывал. И вообще он, в отличие от тебя, держался вчера достойно. А ты оскорбил и его, и свою маму.
— Оскорбил?! Ты их не видела, а я видел: мать этому Борису на шею вешалась в гараже. Машину отцовскую собралась продать, деньги ему, типа на пропитание, пока в театре не раскрутится… Тьфу, мерзость какая! — Глеб в сердцах сплюнул.
Плевок получился смачный, Маша брезгливо поморщилась.
— Короче… — Глеб взъерошил себе волосы, — мы с Адой ей всё вчера сказали — чтобы даже не думала с ним крутить. Нет, Маш, ну ты прикинь, твоя бы мать такое учудила…
— Она сейчас встречается с мужчиной, и что? — спокойно ответила девушка. — Причём, в отличие от твоего отца, мой-то жив, но я за неё только рада. Почему вы с сестрой решаете за маму?
Глеб захлопал глазами и выдвинул последний аргумент:
— А что, друг твоей матери тоже тебе ровесник и собирается жить за её счёт?
Маша ничего не ответила, но по её взгляду Глеб заподозрил, что она не слишком-то верит в неприглядные намерения Бориса.
Они медленно шли по улице. Наконец впереди показался вход в какой-то двор, и Глеб предложил зайти туда. Усадив Машу на скамейку возле песочницы и сев сам, он приобнял её за плечи и уже почти поцеловал, как вдруг она резко отшатнулась и спросила:
— Ты так набросился на Борю, судишь мать, а как же девушка, которая навестила тебя в больнице, когда я приходила? Вы целовались, хотя ты сказал, что она встречается с твоим другом.
Глеб оторопело глядел на Машу. Она встала, бросила цветы ему на колени и уже хотела уйти, но он вскочил тоже, схватил её за руку:
— Погоди!
— Кто она тебе?
— Никто, бывшая.
— Так бывшая или никто?
— Маша, между мной и Зоей всё, она с Сенькой, а тот поцелуй… Да по старой памяти! Зойка такая, знаешь… Любит это дело.
— Глеб, со мной так нельзя.
— Да ничего у нас нет, правда!
Взгляд серых Машиных глаз был таким пронзительным, что Глеб еле выдержал.
— Ты можешь обмануть меня только один раз, — сказала она. — Второго не будет.
Он нервно облизнул губы и хихикнул:
— Тогда можно всё в один раз уложить? И поцелуй, и прочее?
Её брови почти сошлись на переносице, и Глеб сдал назад:
— Прости, шучу, шучу! Я парень серьёзный.
— Я тоже серьёзно говорю.
— Ну… Значит, мы нашли друг друга. Мир?
Глеб поднял букет, соскользнувший на скамейку, и снова протянул Маше. Подумав несколько секунд, она взяла его.
***
— Молю богами, царь, и мне поведай, что столь упорный гнев зажгло в тебе?
— Изволь: тебя всех выше чту, жена, — в Креонте дело и в его коварствах...
— Нет, что за детский садик, — скривился Нестор, останавливая диалог Лизы и Бориса, — она супруга тебе или кто? А ты в данном контексте не царь, а быдло бандитское, так и общайся с ней соответственно!
Пыхтя, Лыков вышел в центр репетиционного зала, подвинул стул к Лизе:
— Садись, а ты сюда… Да возьми её за задницу, Путилов!
Борис, как показалось Лизе, уже еле сдерживал себя. На протяжение всей репетиции Нестор менял мизансцены, всячески подчёркивая интимный характер взаимоотношений Эдипа и Иокасты. Лиза топнула ногой:
— Нестор, у нас театр, а не бордель, что ж ты творишь?!
— Я показываю зрителю суровую реальность, милочка, — ухмыльнулся ей в лицо режиссёр. — Боря! Давай, поцелуй мамочку.
И тут Лиза впервые увидела, как это бывает, когда кровь отливает от лица. Борис побледнел так, что его загорелая кожа посерела. Через секунду Лыков загоготал:
— Иокаста ведь Эдипу и жена, и мать! Они об этом ещё не знают, но зритель-то в курсе — тем пикантнее будут выглядеть все ваши обжимания и поцелуи. Давайте, не стесняйтесь!
Борис словно окаменел, и Лиза, которой надоел устроенный Нестором цирк, встала:
— На сегодня хватит. У меня еще репетиция “Дона Хуана”. Перерыв!
И подойдя к Лыкову, она прошипела ему в лицо:
— Перерыв, я сказала! А вы, Нестор Ильич, освежитесь. Алкоголь ударил вам в голову.
***
Аня всё гадала, как пройдёт этот день в офисе: будет ли Сергей искать встречи или даст ей возможность побыть наедине с мыслями в послевкусии того, что произошло вчера.
Первые слова дались с трудом, но он так ждал их, будто сам нуждался в её признании. А после Сергей поблагодарил: “Спасибо, что рассказала мне”. И больше ничего. Аня так и не поняла до конца, чему он радовался. Доверию? Честности? Впрочем, неважно: сама она была счастлива уже тем, что всё кончилось, и она сделала этот шаг.
Михаил изредка появлялся в поле зрения, но не подходил, не заговаривал и только улыбался издали. Аня убеждала себя, что это добрый знак, но интуитивно побаивалась: отвергнутый любовник посерьёзнее ухажёра, вдруг затеет что-то? Поэтому она не особенно удивилась, когда руководитель группы положила на стол стопку распечаток, данные из которых следовало проанализировать и дать прогноз.
— Анюта, это работа не на день, конечно, понимаю, но все загружены — придётся тебе одной. Михаил Леонидович распорядился, чтобы как можно скорее...
— Я сделаю, — улыбнулась Аня, понимая, что начальница ей зла вовсе не желает, и всё исходит от Ревенко.
И она честно трудилась, хотя в глазах уже двоилось от бесконечных столбцов и строк, но всё равно не успела. Бросив взгляд на часы и увидев, что уже без пяти минут конец рабочего дня, Аня затосковала. Видимо, придётся позвонить Маше и предупредить, чтобы ужинала без неё.
Через десять минут после того, как все ушли, зазвонил телефон на столе.
— Ты где? — удивлённо спросил Сергей, и у Ани сладко заныло внутри. Их милая традиция в силе, ничего не изменилось.
— Дел подкинули, не успела…
— И надолго это?
— Боюсь, что ещё на пару часов. А завтра этот мерлезонский балет продолжится.
— Ладно, понял.
Сергей повесил трубку, и Аня уныло вернулась к документам. А чего она ждала? Что Уваров скажет: “Бросай работу”? Так ведь ему же первому и надо, чтобы задачи были выполнены.
Хоть время и ползло медленно, но Аня всё равно отставала. В какой-то момент она устало опустила голову на стол и прикрыла глаза. Страшно хотелось спать. Послышалось шуршание, ноздрей коснулся лёгкий цветочный аромат.
— Я думал, тут работа кипит, а она дрыхнет! — раздалось прямо над ухом.
Аня подскочила. Сначала она увидела гладиолусы нежного кремового оттенка, а уже потом — держащего их Сергея.
— Заканчивай, — сказал он.
— Серёжа! — простонала она. — Ещё так много… Начальница утром мне леща даст.
— Я тут самый главный и велю эвакуироваться из здания. А завтра разберёмся.
Аня обхватила цветы обеими руками — букет был внушительный.
— Это задание Ревенко.
— Мишку я тем более беру на себя, — прошептал Сергей, утыкаясь Ане в затылок с нежным поцелуем. — А сейчас меня интересует другое…
— И что же? — его дыхание щекотало Ане шею, а голова уже кружилась от предвкушения.
— К тебе или ко мне?
***
— Стас, надо же что-то делать!
Ада вскочила с кресла, походила по гостиной, снова села. Её нервозность электризовала воздух, и казалось, кончики распущенных волос вот-вот заискрятся.
Левашов, лёжа на диване и кутаясь в плед, наблюдал за ней, лениво ворочая в голове мысли. Значит, всё правда: Лиза решила подыскать себе любовника, остановила выбор на юнце из труппы и теперь собирается взять его на содержание. Что ж, он ведь дал себе слово больше не вмешиваться в её жизнь. Вот только Ада, примчавшаяся под вечер прямо к нему домой, потому что не дождалась ни в поликлинике, ни в лаборатории, считала, что нельзя пускать ситуацию на самотёк.
— Ада, это дела твоей матери.
— Тебе не может быть всё равно!
— Почему?! — совершенно искренне удивился Стас. — Когда ты уже поймёшь, что юношеская страсть — не та вещь, которую хранишь в душе годами? Мы с Лизой совершенно чужие люди.
— Но у вас был ребёнок!
— Какое же ты сама ещё дитя… Да если хочешь знать, у меня к тебе больше нежных чувств, чем к Лизе.
Ада вытаращила глаза, и Левашов поспешил уточнить:
— В том смысле, что наши с тобой отношения я помню лучше.
“И они не окрашены чувством вины и горечи”, — добавил он про себя, но вслух сказал другое:
— Я хотел предотвратить нечто подобное, старался, правда. Пытался поговорить с ней, уберечь от этого вашего Бориса…
Ада сдвинула брови:
— Так ты о нём знал?
— Да. Даже следил специально и знаю, что он в ночном клубе пляшет. Но Лиза не подпускает меня к себе, проклинает, слюной брызжет — я что, по-твоему, железный? Мне оно надо — терпеть эти унижения?
— Мы с Глебом из-за её амуров на улице останемся! — воскликнула Ада.
— Не останетесь. Он мужик, заработает на жизнь, а ты к Рубцову своему иди.
Глаза Ады налились гневом, она собралась было что-то сказать, но Стас не дал:
— Я тебе уже говорил: держись за него!
— Стас… Ну пожалуйста…
— Что я могу сделать? — устало спросил он.
Спор утомил. Ада присосалась, как вампир, и уже вытянула из него все силы, которых после вчерашней попойки и так оставалось не густо.
— Займи его место, — тихо проговорила она, опустив ресницы.
Стас решил, что ослышался:
— Что? Чьё место?
— Соблазни маму, влюби в себя. У тебя же однажды получилось.
Он уставился на неё, всё ещё не веря:
— Это шутка? На черта я вам всем?!
— Пусть лучше она будет с тобой, чем позорит себя связью со стриптизёром. Глеб говорит, в том клубе мальчики не только танцуют — их ещё и снимают как проституток! А если про это узнают в театре? А если её в кино приглашать перестанут?
— Хороший скандал обычно помогает актёрской карьере, — усмехнулся Левашов.
Поджав губы, Ада с силой ударила кулачком по стене.
— Квартиру мне не разнеси, детка!
Ему было смешно и грустно одновременно. Ада с её детским упрямством и искренним желанием поучаствовать в судьбе матери вызывала улыбку, а вот то, что делала Лиза, настораживало. Не сама связь с альфонсом, конечно, а её душевное состояние. Он ведь бросит глупую, выжмет досуха и бросит, и что она тогда сделает? Единственный пришедший в голову ответ пугал.
***
Заявившись к Михаилу с бутылкой дорогого вина, Рита Потехина поняла, что её подношение лишнее — Ревенко уже был навеселе. А ей так хотелось отметить с ним невероятную, просто фантастическую, новость: продюсерский центр “Зиккурат” утвердил её на одну из ролей в будущем сериале. Пусть не главную и даже не второстепенную, но всё же! Роль со словами, с приличным, на взгляд Потехиной, экранным временем, а ещё в сценарии есть несколько общих сцен с героиней Веты Майер, которые, несомненно, наберут приличный рейтинг. И вот это всё хотелось рассказать Ревенко, а он, скотина, пьян.
— По какому поводу гуляем? — спросила Рита, обозревая стол с разложенной на газете копчёной воблой и пивными бутылками в количестве трёх штук. Пустых.
— П-просто окончание тру…дового дня, — запинаясь, выдал Михаил, салютуя гостье остатками пенистого в высоком стакане.
— Красавец, — фыркнула Рита. — А ведь почти перестал бухать, когда с Анькой своей связался. Выходит, она тебя в узде держала.
— Пошла эта Анька вместе с Сержем твоим, — икнув, высказался Ревенко.
— Ты мужа её бывшего нашёл?
— Ну как бы нашёл… Но как бы и нет!
— А по-человечески объяснить?
Рита со вздохом принялась убирать остатки пиршества, с особенным отвращением прикасаясь к рыбе и пахнущим ею приборам: этот запах она ненавидела, а потому и рыбу никогда не готовила и даже не ела.
— Степан Матвеев живёт там же, где и жил. С Анюткой, — начал повествовать Михаил. — Но сейчас его нет. Убыл на вахту. Далеко.
— Вернётся же, — пожала плечами Рита.
— Только он, — Ревенко поднял палец и оттопырил нижнюю губу, — никакой не бывший! А самый настоящий нынешний. Текущий. Как это… Действующий!
Отодвинув в сторону составленные один в другой бокалы, Потехина медленно повернулась.
— Ты хочешь сказать, твоя Анна не разведена с ним? Она до сих пор замужем?
— Так точно!
— А вот это интересно… — пробормотала Рита. — Маленькая ложь может иметь суровые последствия!
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
❗ ВНИМАНИЕ: Если вам не нравится эта история и хочется, чтобы она чаще попадала в ленты разным противным людям, оставьте комментарий 😉 "Спасибо", "Ура" или просто эмодзи. Это очень поможет в продвижении 😈😈😈
Ссылки на другие ресурсы, где я есть:
MAX — анонсы и живые картинки 🌞
Одноклассники — дублирование публикаций Дзен 🌹
💖Литературные порталы, где вы можете читать некоторые мои истории в удобной читалке и пока совершенно бесплатно: 👇👇👇
АвторТудей / Литрес / Литмаркет / Литнет / Литгород / Литсовет / Ридеро