Книга "Полынь - трава горькая"
Глава 1
Глава 15
Шестиместная палата – обычная больничная комната с облупившейся кремовой краской на стенах, тяжёлым запахом хлорки и казённым бельём была светлой, но неуютной. Тимур лежал на спине, глядя в потолок, и прислушивался к ноющей боли, которая от недавно прооперированной ноги отдавалась по всему телу. Врачи сказали, что спасли её чудом: осколок кости едва не перебил артерию, и, если бы не вовремя сделанная операция, ногу пришлось бы ампутировать. Тимур стиснул зубы при воспоминании о том, что ему пришлось перенести, и покосился на неопрятного старика, лежавшего на соседней койке. Старик всё время кряхтел и стонал, вызывая у Тимура глухое, почти животное раздражение: как же его тут всё достало. Если бы можно было уйти, он сделал бы это сейчас.
Тимур пошевелился, чтобы отвернуться от надоедливого соседа, как вдруг дверь открылась, и на пороге появился Влад – помощник Гальперина, как всегда безупречный, в тёмном костюме, пахнущий дорогим одеколоном и свободой. Он вошёл, ни с кем не поздоровавшись, взял стул, стоявший у окна, присел рядом с койкой Тимура и выдержал многозначительную паузу, изучая его лицо.
– Живой, значит, – констатировал он, наконец, без малейшей теплоты в голосе. – Выглядишь хорошо. Ногу врачи тебе спасли. Повезло. Ну а теперь давай поговорим.
– Здесь, что ли? – ухмыльнулся Тимур. – Не стоит. Ушей больно много.
– Есть что скрывать? – изогнул брови Влад.
– Нет, – шевельнул небритым подбородком Тимур. – Я просто привык был осторожным.
– Да? – спросил с явной издёвкой Влад. – Что-то в последнее время я так не думаю. И шеф тоже.
– Вон стоят больничные костыли, подай, – хмуро кивнул в сторону Тимур. – В коридоре потрещим. Я там хоть воздуха глотну, а то тут от одной этой вони сдохнуть можно…
Влад подал ему костыли, первым вышел из палаты и остановился в общем холле у открытого окна.
– Да, здесь действительно получше. Ну так что ты можешь мне рассказать?
Тимур перевёл на него тяжёлый, налитый болью и злобой взгляд, но ничего не ответил. Стиснув челюсти, он осторожно опустился на банкетку, вытянув загипсованную ногу.
– Молчишь? – усмехнулся Влад, поправил узел галстука. – Ну-ну. Только знаешь, Тимур, Гальперин уже не ждёт твоих признаний. Он вызвал Вепря. Стаса Вепря. Помнишь такого?
Тимур дёрнулся всем телом, словно от удара током. Рука, все ещё державшая костыль, судорожно дрогнула и он выскользнул из ослабевших пальцев.
– Вепря? – выдохнул Тимур, и в голосе его зазвенела давняя, незаживающая ненависть. – Зачем? Я сам разберусь. Я ещё на ноги встану.
– Ты? – Влад наклонился ближе, перешёл почти на шёпот. – Ты – неудачник, Тимур. Завалил такое простое дело. Павленко упустил, про Руслана ничего не говоришь, сам едва не отдал концы, да ещё и ногу чуть не потерял. Гальперин таких при себе не держит. Он тебя пустит в расход, как отслужившую деталь. А Вепрь займёт твоё место.
Тимур задышал часто и тяжело, закашлялся, схватившись за грудь. Глаза его налились мутной яростью.
– Ты пришёл меня добить?
– Я пришёл тебе помочь. И, может быть, дать последний шанс, – спокойно ответил Влад. В голосе его появилась стальная нотка. – Я тоже не хочу, чтобы Вепрь тут всё под себя подмял. Ты же знаешь, какого мнения о нём шеф? Он всех нас променял бы на него одного. Я с ним десять лет бок о бок – принеси, подай, сделай. А как появился этот Вепрь, так я побоку. Они даже не разговаривают при мне. Получается, не доверяют. А с тобой, помнишь, что Стас сделал в последний раз? Он тогда тебя перед всеми унизил. Ты – авторитет, с малолетки по понятиям живёшь и по зонам чалишься, а он, первоходка, тебя по стене размазал за три секунды. Я слышал об этом от Руслана. Или скажешь, не так всё было?
Тимур скрипнул зубами. Воспоминания ударили наотмашь, будто кто-то плеснул в лицо ледяной водой. Тесный барак, запах махорки и пота, глухие крики. Стас Вепрь один против своры, которую возглавлял он, Тимур. Семерых! Семерых отпетых сидельцев Вепрь раскидал, как слепых котят, и едва не сломал руку Тимуру, заставив его при всех просить у него прощения.
– Чего ты хочешь? – хрипло спросил Тимур Влада, с трудом ворочая языком.
– Чтобы мы опередили Вепря, – чеканя каждое слово, произнёс тот. – Сами найдём Павленко. Сами разберёмся с тем, кто в тебя стрелял. Вернём расположение Гальперина. Ты реабилитируешься, я сохраню место. Никто не придёт со стороны, и не будет командовать нами.
– Мне нужен брат, – глухо сказал Тимур, глядя Владу прямо в глаза. – Марат. Он шустрый, всё разнюхает. И привези мне костыли. Сюда, в палату. Я здесь задержусь только до завтра.
Влад на мгновение задумался, затем кивнул.
– Договорились. Завтра к обеду Марат будет здесь. И костыли тоже. А ты пока думай, что скажешь брату. И не вздумай темнить, Тимур.
– Иди уже, – буркнул Тимур, протягивая руку к костылям. – Сделаю.
– Подожди, – остановил его Влад. – Ты так и не сказал, что с Русланом?
– Нет его больше, – процедил сквозь зубы Тимур. – Тот охотник убил его. Но я запомнил его лицо и знаю, кто поможет нам найти его. А теперь иди, я должен всё обдумать.
Влад вышел, и дверь в отделение закрылась за ним с мягким, почти неслышным щелчком.
***
В доме Полины пахло пирогами и настоянным на травах чаем. Александр сидел у стола и Полина подавала ему чашку, когда в сенях раздался звук открываемой двери, и в дом вошёл Илья.
– Полина, ты где?
– Проходи на кухню, – отозвалась девушка. – Мы здесь.
Это «мы» неприятно кольнуло Илью, и он с порога бросил недовольный взгляд на Александра.
– Ну что, смотрю, тебе легче стало, – сказал он, не протягивая ему руки для обычного мужского приветствия. – Молодец, Полина. Если честно, не думал, что ты поставишь его на ноги.
– Да, Полина очень добра, – всё ещё сипло отозвался Александр, не обращая внимания на недоброжелательность Ильи. Он взял чашку, поднёс её к губам, сделал глоток, обжёгся и поморщился. – Она меня выходила. Я у неё в долгу.
Илья сел напротив, сцепив пальцы в замок, и внимательно посмотрел на Полину. Она налила чай и ему, но он не мог не заметить, как лёгкий румянец тронул её щёки. Наверное, он помешал им. Они говорили о чём-то личном и умолкли при его появлении. Неужели…
Ревность огненной волной обожгла сердце Ильи, но под взглядом Полины он поспешил взять себя в руки.
– Я вот, что хочу спросить у тебя, Саша, – спокойно, но твёрдо произнёс он. – Кто хотел от тебя избавиться в ту ночь, когда я нашёл тебя? Кто потом искал? И зачем? Нам с Полиной можешь доверять. Мы слова никому не скажем.
– Я не знаю, – равнодушно ответил Александр, снова отпив из чашки, только теперь уже осторожнее. – Какие-то люди стояли на аварийке на трассе. Я остановился помочь. Они напали, выволокли из машины. Я не разглядел лиц. Выжил чудом.
– Ну да, чудо, – заметил Илья, буравя его взглядом. Мышцы его лица напряглись. – И это тебе очень повезло, что ты попался нам с Полиной. Но теперь, я смотрю, ты уже и ходить и говорить можешь. Не пора ли честь знать? Все-таки не маленький и не родня, по виду не из бедных, шмотье твоё явно не с рынка. А живёшь на Полинкиной шее, на всём готовеньком. Зачем и дальше её втягивать в твои проблемы?
Полина резко обернулась, в глазах её вспыхнул огонёк.
– Илья, ему нельзя сейчас уезжать! У него рана ещё не зажила, и он потерял много крови. Ему нужен покой и уход. Он никого не втягивает, я сама предложила остаться.
– Ему нужна совесть, а не покой, – жёстко отрезал Илья. – Ты же видишь, что он не хочет говорить правду? Может, он сам виноват в том, что за ним охотятся? Такие, как он, часто приносят беду в дом, где их приютили.
– Хватит! – голос Полины дрогнул, но прозвучал твёрдо. Она подошла к Александру и положила руку ему на плечо. Тот благодарно коснулся её пальцев здоровой рукой. – Это мой дом, Илья. Ты сам втянул меня во всё это. Или уже забыл? Так вот, напоминаю тебе об этом. И Саша останется здесь ещё на несколько дней. Я так решила.
Илья смотрел на эту сцену, и внутри у него всё холодело. Он видел, как дрогнула её рука, как загорелся взгляд Александра, когда она подошла к нему. Это не была просто жалость. Это было что-то другое. Тревожное и опасное.
– Ладно, – медленно произнёс Илья, поднимаясь. – Оставайся. Но помни: если ты её обманешь или причинишь боль, я тебя найду. Понял?
Александр поднял бледное лицо, и в глазах его мелькнул не страх, а холодный, едва заметный вызов.
– Я понял.
Илья резко развернулся и вышел в сени. Полина пошла за ним, оставив Александра одного.
Вечерний воздух был прохладным и влажным, пахло мокрой листвой и приближающейся грозой. Илья остановился у крыльца, повернулся к ней, и в свете дня лицо его выглядело напряжённым, почти суровым.
– Полина, послушай меня, – сказал он, понизив голос. – Он не так прост, как может показаться. Я видел таких людей – они приносят беду, даже не желая этого. У него взгляд не испуганного человека, а притаившейся змеи. Змеи, когда их пригревают, часто кусают руку того, кто их спас.
Полина скрестила руки на груди, словно защищаясь от его слов. Ветер шевелил её волосы, бросая тени на красивое лицо.
– Мне всё равно, какой он, Илья, – ответила она устало. – Он был раненый, истекающий кровью. Ты не смог пройти мимо, и я тоже. Через несколько дней он поправится и навсегда уедет отсюда. Я даже не знаю его настоящей фамилии. И знать не хочу.
– Ты влюбилась в него? – вдруг спросил Илья, и в голосе его прозвенела горькая, ревнивая нотка.
– Что? – Полина удивлённо подняла брови. – С чего ты взял?
– Я вижу, как ты на него смотришь, – тихо произнёс Илья, делая шаг к ней. – И как он смотрит на тебя. Это не просто благодарность, Полина.
– Ты преувеличиваешь, – отрезала она.
Илья вдруг шагнул к ней, схватил за плечи и, прежде чем она успела опомниться, притянул к себе и поцеловал. Поцелуй был резким, требовательным, отчаянным. Полина замерла на мгновение, а потом резко оттолкнула его, отступив на шаг.
– Ты что делаешь? – выдохнула она гневно. Глаза её расширились, щёки вспыхнули румянцем. – Опять за своё? Зачем ты это сделал?
– Чтобы кое-кто знал, что ты моя, – жёстко ответил Илья, тяжело дыша. В глазах его горел недобрый огонь. – Ты – моя, Полина. И я не позволю какому-то проходимцу отнять тебя у меня.
Полина попятилась, прижав ладонь к губам. Потом повернулась, чтобы уйти и замерла: Александр стоял у окна, смотрел прямо на неё, и в глазах его застыло странное выражение. Как будто ему снова было очень больно.
***
Стас Вепрь вошёл в палату Тимура без стука, коротко кивнул санитару, который поправлял капельницу, и остановился в ногах койки.
– Здравствуй, Тимур, – спокойно произнёс он. – Давно не виделись.
Тимур лежал с закрытыми глазами, но по тому, как напряглись его плечи, было ясно, что он узнал этот голос.
Он медленно повернул голову и уставился на Стаса.
– Чего тебе, Вепрь? – глухо спросил он, намеренно не называя его по имени.
– Нужно поговорить о той ночи, – ровно ответил Стас. – Что случилось в лесу? Кто стрелял? Куда делся Руслан? Где тело Александра?
– Ничего не помню, – коротко бросил Тимур, и в голосе его послышалась фальшивая нота. – Темнота, выстрел, очнулся уже здесь.
Вепрь прищурился, изучая его долгим, внимательным взглядом.
– Не верю, – сказал он так же спокойно, без тени агрессии.
Тимур усмехнулся:
– Не верь…
– Я всё равно узнаю правду, – жёстко оборвал его Вепрь. Но это может плохо кончиться для тебя.
– Проваливай! – рявкнул Тимур, приподнимаясь на локтях. Лицо его перекосилось от ярости. – Иди, рой землю носом, может что и накопаешь…
Вепрь с минуту смотрел на него, затем медленно выпрямился.
– Как знаешь, – бросил он уже с порога. – Жаль. Я думал – ты умнее…
Он вышел. Тимур проводил его взглядом, полным ненависти, и перевёл дыхание.
Как только шаги Вепря стихли в коридоре, Тимур рывком сел на койке, скривившись от боли. Он нащупал под подушкой мобильник и набрал короткое сообщение: «Влад. Ускорьтесь. Мне нужен Марат. Уже сегодня».
***
На город опустились сумерки, когда Тимур, тяжело опираясь на костыли, выбрался из палаты. В коридоре никого не было – дежурная сестра ушла и оставила свой пост без присмотра. Тимур проковылял мимо, спустился по лестнице и толкнул тяжёлую дверь чёрного хода. На улице моросил мелкий дождь.
Возле мусорных баков стоял тёмный внедорожник с потушенными фарами. Задняя дверца приоткрылась, и Тимур, кряхтя, забрался внутрь. В машине пахло сигаретами и дорогим парфюмом Влада. На переднем сиденье сидел Марат – его младший брат, коренастый, с короткой стрижкой и наглыми глазами. Влад нервно барабанил пальцами по рулю.
– Ну? – обернулся Влад. – Был, значит, Вепрь?
– Был, – зло буркнул Тимур, отбрасывая костыли на соседнее сиденье. – Не поверил мне. А я и не старался быть убедительным.
– Значит, времени мало, – сказал Влад, заводя двигатель. – Куда едем?
– К той девке, с которой путался Павленко, – жёстко ответил Тимур. – если повезёт, он уже связался с ней.
– А если не повезёт? – спросил Марат, оборачиваясь.
– Значит, сделаем так, чтобы повезло, – усмехнулся Тимур, и в глазах его блеснул холодный, хищный огонь.
Внедорожник мягко тронулся с места и растворился в сырой ночной темноте.