Эрвин Шрёдингер прочитал эти лекции в Дублине в 1943 году. Ему было 56 лет, он уже получил Нобелевскую премию по физике, уже придумал своего кота - и вот решил замахнуться на биологию. Именно эта книга, по словам Крика и Уотсона, натолкнула их на поиск молекулярного носителя наследственности. То есть без Шрёдингера, возможно, не было бы открытия ДНК в 1953 году.
Главный вопрос книги сформулирован в названии. Что такое жизнь? Шрёдингер отвечает на него с физической точки зрения. Вот его аргумент в двух словах. Физика хорошо описывает системы, которые состоят из огромного числа частиц. Газ в баллоне, температура тела, давление - всё это статистика. Законы работают, потому что молекул много и их случайное поведение усредняется. Но живая клетка - маленькая. В ней немного молекул. По идее, в ней должен царить хаос. А вместо этого - поразительная точность. Ген передаётся из поколения в поколение с минимальными ошибками тысячи лет. Как? Шрёдингер предполагает: ген - это апериодический кристалл. Молекула с очень сложной, но стабильной структурой. Она хранит информацию именно благодаря своей упорядоченности. Это была блестящая догадка - за десять лет до открытия двойной спирали.
Вторая большая идея - про энтропию. Шрёдингер говорит: живые существа делают нечто физически парадоксальное. Они поддерживают свою упорядоченность в мире, где всё стремится к беспорядку. Второе начало термодинамики - энтропия всегда растёт - как будто должно убивать всё живое. Но жизнь существует. Значит, она как-то обходит это правило.
Как? Она питается «отрицательной энтропией» - негэнтропией. Поглощает упорядоченность из окружающей среды. Мы едим структурированную органику, получаем из неё энергию и порядок, а выбрасываем тепло и хаос. Жизнь - это локальное снижение энтропии за счёт её увеличения где-то ещё.
Идея красивая. И она правда работает - в каком-то смысле. Хотя термин «негэнтропия» впоследствии критиковали, и сам Шрёдингер в эпилоге признаёт, что правильнее говорить о свободной энергии. Но метафора прижилась.
Затем Шрёдингер начинает рассуждать о мутациях и рентгеновских лучах, и здесь он опирается на тогдашние данные, часть которых устарела. Читать это в 2026 году - как смотреть на карту с белыми пятнами. Понимаешь, что человек шёл в правильную сторону, но иногда - через болото.
Зато финал неожиданный. В последней главе Шрёдингер вдруг переходит к сознанию. Он спрашивает: если жизнь объясняется физикой и химией - то что такое «я»? Откуда субъективный опыт? И здесь он, физик до мозга костей, говорит нечто почти мистическое. Сознание, возможно, едино. Наш опыт разделённости - иллюзия. Он цитирует Упанишады. Атман равен Брахману. Вот этого никто не ожидал от создателя волновой механики. Коллеги смущённо кашляли. Но Шрёдингер настаивал, что это не метафора, а гипотеза.
Ну почему, почему, почему любой, абсолютно любой ученый, который заходит достаточно далеко по пути своей науки, рано или поздно находит что-то вроде Бога?
ОТКРЫТ НАБОР НА КУРС "СЦЕНАРИЙ ТЕЛЕСЕРИАЛА".
СЛЕДУЙТЕ ЗА БЕЛЫМ КРОЛИКОМ!