Роман "Непрошенная свекровь". Дарья Десса
Глава 7
Просыпаюсь в воскресное утро от того, что ранний солнечный свет пробивается сквозь щели в шторах и касается щёк тёплым, ласковым прикосновением, и чувствуется отдохновение и спокойствие после долгой и насыщенной недели. Но когда переворачиваюсь на другой бок, чтобы по привычке прижаться к Роме и ощутить его руку, привычно лежащую на животе, обнаруживается, что его нет рядом – он уже встал, и снизу доносятся приглушённые голоса и смех, отчего на душе становится тепло и хочется поскорее спуститься к ним.
Быстро потягиваюсь, чувствуя, как приятно расходятся мышцы после хорошего ночного отдыха, и выбираюсь из тёплой постели, чтобы пойти найти всех и узнать, чем они занимаются без меня, и уже на полпути вниз по лестнице взгляд натыкается на розовые и жёлтые гирлянды и воздушные шары, развешанные по всему коридору, отчего настроение поднимается ещё выше, а сердце начинает биться чуть быстрее в предвкушении праздника.
Захожу на кухню и вижу Рому, стоящего на стуле и тянущегося вверх, чтобы прикрепить к стене большую растяжку с надписью «С днём рождения!», в то время как Даша сидит на полу и с восторгом наблюдает за каждым его движением, её глаза горят нетерпением и радостью, и она то и дело подпрыгивает на месте, подбадривая его и подсказывая, куда лучше повесить тот или иной элемент декора.
– Мамочка, смотри! Рома повесил все мои праздничные украшения! – сияет Даша, и её голос звенит от счастья, как маленький колокольчик.
На мгновение замираю в дверях, просто глядя на свою маленькую девочку, которая только что стала на целый год старше, на драгоценную принцессу, которой уже целых восемь лет, и сердце сжимается от осознания того, как быстро летит время и как она растёт. Дочка стоит в своей розовой ночной рубашке, длинные светлые волосы слегка растрёпаны после сна, а голубые глаза сверкают ярче любого новогоднего фонаря, когда она обводит взглядом комнату, любуясь всеми украшениями, которые были так красиво развешаны в честь её дня рождения.
– С днём рождения, моя красивая девочка, моя любимая доченька, – говорю срывающимся от волнения голосом, и Даша мгновенно бросается ко мне, обхватывая своими маленькими ручками талию и прижимаясь так крепко, будто хочет никогда не отпускать, а я наклоняюсь и целую её в макушку, вдыхая знакомый запах волос – смесь шампуня, тепла и детства.
– Извини, ты уже пропустила праздничные блинчики, которые мы испекли специально для тебя, – улыбается Рома, спускаясь со стула и подходя ближе, и в его голосе слышится лёгкое сожаление, что я не застала этот момент, но только качаю головой и улыбаюсь в ответ, потому что чашка хорошего кофе сейчас – именно то, что нужно, чтобы окончательно проснуться и зарядиться энергией на весь этот долгий день.
– Спасибо тебе огромное, Ром, это невероятно мило с твоей стороны, ты даже не представляешь, как много это для меня значит, – говорю, и голос предательски дрожит, а к горлу подступает тёплый комок, и чувствуется, как глаза начинают слегка щипать от нахлынувших эмоций, потому что этот человек, появившийся в жизни так недавно, делает для нас такие вещи, о которых даже мечтать не смела.
– Эй, ну-ну, – тихо говорит Рома, подходя ещё ближе и кладя руки на плечи, а затем его ладонь мягко касается щеки, и большим пальцем он проводит по нижней губе с такой нежностью и теплотой, что перехватывает дыхание. – Я люблю эту маленькую девочку, – говорит он, и в его зелёных глазах видится абсолютная искренность и глубина чувств. – И готов сделать для вас обеих всё что угодно, потому что вы – моя семья, и хочу видеть вас счастливыми каждый день.
– Я знаю, – улыбаюсь в ответ, чувствуя, как на душе становится легко и спокойно, будто все тревоги и сомнения просто растворились в воздухе. – И мы обе тебя очень любим, надеюсь, ты это знаешь.
– Конечно, знаю, чувствую это каждую секунду, когда нахожусь рядом с вами, – отвечает он, и в этот момент слышится громкое и решительное покашливание со стороны стола, где сидит Даша и смотрит на нас с таким выражением лица, которое невозможно не заметить.
– Мамочка! – перебивает Даша, и в её голосе слышится неподдельная серьёзность, смешанная с комичным нетерпением. – Можно вы отложите все свои целовальные дела на потом? Я правда очень хочу открыть свои подарки, так долго ждала этого дня!
Рома и я переглядываемся, и в следующую секунду мы оба не выдерживаем и заходимся громким смехом, глядя на Дашу, которая пытается сохранить серьёзное лицо, но её щёки уже надулись, и она едва сдерживается, чтобы тоже не рассмеяться вместе с нами.
– Конечно, моя родная! – смеюсь, вытирая навернувшиеся слёзы, и Рома уже исчезает в коридоре, чтобы через несколько секунд вернуться с несколькими красиво упакованными подарками в руках, и с удивлением понимаю, что он купил их сам, без моего ведома, потому что даже не обсуждали эту тему.
– Ну что? – усмехается Рома, видя моё удивление и слегка приподнимая бровь с самодовольной улыбкой. – Ты ведь не думала, что я забуду о моей Детке-точке, правда?
Детка-точка – такое милое прозвище, которое Рома придумал для Даши, потому что её любимые книжки-головоломки – это соединялки по точкам, и однажды она с гордостью показала нам около шести таких картинок, которые полностью раскрасила и заполнила, и Рома в шутку назвал её Деткой-точкой, и с тех пор это имя как-то само собой прижилось и стало нашим маленьким семейным секретом, и в этом есть что-то невероятно трогательное и душевное.
Даша срывает блестящую розовую обёрточную бумагу с единорогами, и из-под неё появляются сверкающие браслеты, которые переливаются на свету, дневник с изображением единорога и ручка в комплекте с ним, и самый красивый снежный шар, который когда-либо видела – внутри него летают маленькие единороги, когда его встряхиваешь, и они кружатся в серебристом водовороте, а когда блёстки оседают, замечается фотография внутри шара – я, Даша и Рома, и от этого зрелища захватывает дух, и слёзы снова подступают к глазам.
Дашино лицо озаряется такой искренней радостью, что она начинает подпрыгивать на месте и кружиться по комнате, прижимая снежный шар к груди, и невозможно сдержать улыбку, глядя на неё.
– Ну серьёзно, откуда ты такой идеальный взялся? – шучу, поворачиваясь к Роме и тыкая его пальцем в плечо. – Кто тебе помогает? Где ты вообще нашёлся?
– Я не всегда был таким, по крайней мере, мне так кажется, – смеётся он и притягивает меня к себе, чтобы поцеловать в лоб. – Просто ты заставляешь хотеть стать лучше, становиться тем человеком, которого вы обе заслуживаете, потому что вы – самое лучшее, что случалось в моей жизни.
– Серьёзно, ребята, хватит целоваться, это уже слишком! – кричит Даша, и в её голосе слышится притворное возмущение, которое смягчается её звонким смехом и закатыванием глаз, когда она снова возвращается к своим подаркам, полностью погрузившись в рассматривание браслетов.
После полудня праздник набирает свои обороты – сижу за обеденным столом вместе с несколькими мамами из Дашиного класса, а также Надей и Сергеем, и мы наблюдаем за тем, как дети носятся по гостиной под руководством аниматора, организовавшим для них весёлые конкурсы и эстафеты, и смех и визг маленьких голосов заполняют весь дом, создавая неповторимую атмосферу радости и беззаботности.
– Ничего себе, сегодня они точно будут спать как убитые, не слыша ни будильника, ни звонков, ни даже собственного имени, – усмехается Сергей, кивая в сторону Даши и её подруг, которые проносятся мимо стола со звонким смехом, едва не сбивая с ног проходящего мимо Рому.
– Я всё ещё не могу поверить, что вы уже живёте вместе, – улыбается Надя, и в её голосе слышится и лёгкое удивление, и искренняя радость за подругу. – Это так неожиданно и в то же время так правильно, я просто счастлива за вас.
– О боже, неужели мы будем обсуждать это весь день? – смеюсь, качая головой, но при этом сама не могу скрыть довольной улыбки, которая расплывается по лицу. – Ты ведь не успокоишься, пока не выпытаешь все подробности, да?
– Серьёзно, я так рада за вас обоих, вы выглядите такими счастливыми, какими вас никогда раньше не видела, – тихо и проникновенно говорит Надя, глядя на меня и на Рому, который в этот момент разговаривает с кем-то из гостей, и в её глазах видится неподдельная нежность и поддержка, которая греет сильнее любых слов.
Крепко обнимаю подругу в ответ, чувствуя благодарность за её дружбу и за то, что она всегда рядом, и в этот момент краем глаза замечаю, как Рома встаёт и направляется в сторону входной двери – должно быть, он услышал звонок, хотя почему-то пропустила его, погрузившись в разговор, и теперь сердце начинает биться чуть быстрее, потому что догадываюсь, что это могут быть только Евгения Максимовна и Дмитрий Иосифович, которые обещали зайти сегодня, и это будет всего лишь второй раз, когда увижу их, что заставляет немного нервничать, несмотря на все внутренние установки быть приветливой и гостеприимной.
И действительно, вскоре в дверях появляется Рома, а за ним следом входят Евгения Максимовна и Дмитрий Иосифович, и делаю глубокий вдох, собираясь с мыслями и настраивая себя на то, чтобы проявить максимум радушия и сделать их визит максимально комфортным для всех.
– Здорово, – произносит Дмитрий Иосифович с тем же бесцветным и ровным тоном, что и в прошлый раз, и начинает подозреваться, что он вообще редко говорит больше одного слова за раз, и, возможно, это просто его манера общения, а не проявление недружелюбия или нежелания находиться здесь.
Евгения Максимовна, входя в дом, оглядывается по сторонам с лёгкой опаской и нерешительностью, но на её лице появляется маленькая, почти незаметная улыбка, и понимается, что это мой шанс сделать первый шаг и показать, что я рада её видеть, готова строить с ней нормальные отношения и что в моём доме ей всегда будет тепло и уютно.
– Евгения Максимовна, я вам заранее оставила место за столом, присаживайтесь, пожалуйста, сейчас принесу вам что-нибудь выпить, что вы предпочитаете? – спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал как можно более приветливо и искренне, и замечаю, как улыбка становится шире, когда она поднимает на меня глаза.
– Ой, ну давай тогда чай, если можно, с двумя ложками сахара, – отвечает Евгения Максимовна, и в её голосе слышится едва заметная благодарность за то, что проявляется инициатива.
– И мне, пожалуйста, такой же, – добавляет Дмитрий Иосифович, коротко кивая.
Уже собираюсь уйти на кухню, но на мгновение задерживаюсь, чтобы добавить:
– Чувствуйте себя как дома, угощайтесь с праздничного стола, там есть и салаты, и закуски, и сладкое, но, честно говоря, дети почти ничего не тронули, так что вам точно хватит.
Пока готовится чай на кухне, слышно, как Рома подзывает Дашу, чтобы она поприветствовала гостей, и вот уже моя дочь подбегает к Евгении Максимовне и Дмитрию Иосифовичу, а они сразу же начинают с ней разговаривать, делать ей комплименты по поводу её платья и поздравлять с днём рождения, а затем вручают ей небольшой, но красиво упакованный подарок и белую конверт с открыткой, и беру в руки поднос с двумя кружками и направляюсь обратно к столу, стараясь не пролить напитки и в то же время внимательно наблюдая за происходящим.
Даша с радостью разрывает подарочную упаковку и обнаруживает внутри несколько новых раскрасок и красивый пенал с карандашами, и ставлю чай перед Евгенией Максимовной и Дмитрием Иосифовичем, а затем опускаю взгляд на дочь, которая уже взяла в руки белый конверт и аккуратно, почти церемониально, вскрывает его, и чувствуется, как в груди снова нарастает то самое напряжение, которое испытывалось при разговоре по телефону, и хотя говорила себе, что это милый жест и надо быть благодарной, всё равно не получается полностью избавиться от тревоги, которая сжимает внутренности.
Даша несколько мгновений молча смотрит на открытку, переводя взгляд на надпись, а затем поднимает глаза на Евгению Максимовну и Дмитрия Иосифовича и тихо, почти шёпотом, который слышен только сидящим рядом, спрашивает:
– А вы теперь мои бабушка и дедушка?
Открываю рот, чтобы ответить, но Евгения Максимовна уже опережает, её голос звучит мягко и обнадёживающе:
– Ну да, если ты хочешь, чтобы мы ими были, мы будем только рады, Дашенька.
– Мама... – начинает Рома, и в его голосе слышится тревога, смешанная с желанием вмешаться, но перебиваю его, потому что кажется, что если сейчас начнётся выяснение отношений и высказывание претензий прямо здесь, за праздничным столом, на глазах у всех гостей и детей, это будет ужасно неловко и некрасиво, и не хочется омрачать этот день своей дочери какими-то семейными разборками.
– Ой, всё в порядке, Ром, правда, – выпаливаю как можно быстрее, стараясь, чтобы голос звучал уверенно и бодро, хотя внутри всё сжимается и переворачивается.
Чувствуется, как взгляды всех присутствующих в комнате мгновенно обращаются в мою сторону – Надя, Сергей, мамы одноклассников, даже дети на секунду замирают, привлечённые повисшим напряжением, и мысленно собираю всю волю в кулак, чтобы справиться с этой ситуацией.
– Это очень мило, Ром, правда, – продолжаю, поворачиваясь к свекрови с самой широкой улыбкой, на которую только способна. – Даша может называть вас бабушкой и дедушкой, если вам так удобно и если вы этого хотите, я считаю, что это очень добрый жест с вашей стороны, и я благодарна вам за это, Евгения Максимовна.
Евгения Максимовна издаёт довольный смешок и наклоняется, чтобы обнять Дашу, которая всё ещё стоит с открыткой в руках и смотрит на всех с лёгким замешательством, но при этом на её лице появляется маленькая улыбка, потому что она чувствует тепло и внимание, которыми её окружают.
Рома выглядит слегка обеспокоенным, он то и дело бросает на меня взгляды, пытаясь прочитать выражение лица и понять, что на самом деле чувствуется, но изо всех сил стараюсь сохранять спокойный и приветливый вид, чтобы не показывать ему своих настоящих переживаний и не заставлять его думать, что я недовольна или раздражена, и знаю, что если он увидит хоть малейший намёк на беспокойство, он обязательно начнёт выяснять отношения с мамой прямо здесь и сейчас, а этого хочется избежать любой ценой.
Чувствуется на себе тяжёлый взгляд Нади, которая, кажется, всё понимает и переживает за меня, но невозможно заставить себя встретиться с ней глазами, потому что знаю – она прекрасно осознаёт, что это происходит слишком быстро, и в её голове уже крутятся те же мысли, и не хочется видеть её сочувствующий взгляд и тем более обсуждать это сейчас, когда вокруг столько людей.
– Малыш, ты правда не против? – тихо спрашивает Рома, отводя в сторону, подальше от гостей, и в его глазах видится искреннее беспокойство и желание убедиться, что я не жертвую своим комфортом ради того, чтобы не ранить чьи-то чувства. – Ты можешь сказать мне правду, мы можем всё обсудить, если тебе что-то не нравится.
Делаю паузу, собираясь с мыслями, и в этот момент вижу за его плечом, как Даша смеётся и показывает Евгении Максимовне свои новые подарки, и в голове проносится мысль о том, что у моей дочери теперь есть ещё двое людей, готовых дарить ей свою любовь и заботу, строить с ней отношения, быть для ней опорой, и это самая большая семья, которая у неё когда-либо была, и если это принесёт ей счастье и чувство защищённости, то она заслуживает этого больше всего на свете.
– Знаешь, Ром... на самом деле, я думаю, что это действительно хорошо, – говорю, и в голосе появляется спокойная уверенность, которая удивляет даже саму себя. – Немного быстро, возможно, но посмотри на неё – она счастлива, и все вокруг, так что, значит, я тоже счастлива, и это главное.