- Да как так-то?! Как?! - Оксана швырнула телефон на диван, словно он был виноват во всём этом...
Экран жалобно звякнул, но не разбился. А жаль. Хоть что-то бы треснуло, сломалось, чтобы соответствовать тому, что сейчас творилось у неё внутри.
Казалось, в груди вместо сердца теперь пульсировал огромный, колючий осколок льда, который с каждым вдохом всё глубже впивался в рёбра.
38 лет! Тридцать восемь чёртовых лет, из которых пятнадцать она была замужем за Тимофеем.
Пятнадцать лет общих планов, ремонта на кухне, споров о том, куда поехать в отпуск, и тихих семейных ужинов.
И Маринка... Маринка была не просто знакомой. Она была её "подружайкой".
Они вместе рыдали над сериалами, вместе ненавидели начальников и вместе мечтали о том, как вырастут их дети. Лиза и сын Маринки, Артём, ходили в один садик.
Всё было незыблемо. Как гранитная скала. Пока эта скала не начала крошиться.
Сначала Оксана списывала всё на паранойю.
Ну, смотрит Тимофей на Маринку чуть дольше обычного? Ну и что? Может, это потому, что она новую стрижку сделала.
Но ледяная глыба в груди росла. Она стала замечать эти взгляды исподтишка, когда они втроём сидели на кухне.
Или как они синхронно замолкали, стоило ей войти в комнату. Как Тимофей судорожно убирал телефон под подушку.
- Ты чего такая дёрганая? - спросил он вчера вечером.
- Я? Я нормально! - огрызнулась Оксана, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. - Просто голова болит.
А сегодня... Сегодня её мир рухнул окончательно. Она просто хотела посмотреть прогноз погоды. Взяла его телефон со стола, пока Тимофей был в душе. Экран не был заблокирован - он никогда не ставил пароль, говорил:
"От кого мне прятаться?".
И вот она смотрит на этот экран, а там... Там сообщение от Марины.
"Я скучаю. Когда мы увидимся?"
Короткая фраза, которая весила больше тонны. Это было не просто дружеское сообщение.
Это было "скучаю по твоему телу", "скучаю по нашим тайным встречам", "скучаю по тому, как ты меня целуешь".
Всё стало кристально ясно. Вся эта конспирация, все эти тайны.
Руки тряслись так сильно, что Оксана чуть не выронила аппарат. Она быстро вышла из переписки, положила телефон на место и села на стул, пытаясь унять дрожь в коленях. Мыслей не было. Была только пустота и глухая ярость.
Она не стала закатывать скандал сразу. Она решила поиграть в детектива. В детектива с разбитым сердцем.
Оксана дождалась вечера. Тимофей сказал, что едет на "сверхурочную" - по работе какие-то дела.
Оксана кивнула:
"Ага, конечно".
Она накинула куртку, схватила ключи и поехала следом.
Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать. Она припарковалась через дорогу от кофейни, куда подъехал он, и стала ждать.
Долго ждать не пришлось. Через десять минут подъехало такси. Из него вышла Маринка. В своём любимом красном пальто. Она огляделась по сторонам - нервно, воровато - и нырнула внутрь заведения.
Оксана сидела в машине минут двадцать. Руки намертво вцепились в руль.
Она смотрела на дверь кофейни. Внутри бушевала буря: хотелось выскочить, подбежать к ним и устроить публичную порку с криками и битьём посуды.
Но она не двинулась с места. Она просто смотрела.
А потом они вышли. Вместе.
Тимофей нёс её сумку - ту самую сумку, которую Оксана подарила Маринке на день рождения год назад. Они шли близко-близко друг к другу, почти соприкасаясь плечами. Тимофей что-то шептал ей на ухо, а Маринка хихикала и толкала его локтем в бок.
Это был их мир. Маленький, уютный мирок предательства, из которого Оксану вышвырнули пинком под зад.
Она завела машину и уехала домой.
Разговор состоялся через два дня. Оксана собрала их обоих на кухне. Лизу отправила к соседке - смотреть мультики и есть мороженое. Ей не нужно было это слышать.
Тимофей сидел за столом с видом побитой собаки - виноватый, но готовый защищаться до последнего. Маринка стояла у окна, скрестив руки на груди, словно ей было холодно или она пыталась отгородиться от реальности.
- Ну? - Оксана оперлась спиной о дверной косяк. Говорить было трудно, голос хрипел. - Я жду объяснений.
Тимофей тяжело вздохнул и поднял на неё глаза.
- Ксюх... Это... это была ошибка.
- Ошибка? - Она истерически хохотнула. Звук получился похожим на воронье карканье. - Ошибка - это когда ты соль вместо сахара в чай насыпал! А это... это как называется?
Маринка наконец отлипла от окна и повернулась к ней.
- Оксанка... Прости нас, пожалуйста. Мы не хотели тебя ранить.
- Не хотели ранить? Вы занимались любовью за моей спиной! Вы врали мне в глаза! Каждый день! Каждый чёртов день вы смотрели на меня и врали! Вы предали меня! Обои!
Слёзы всё-таки хлынули. Горячие, злые слёзы обиды и унижения. Она ненавидела себя за эту слабость, но остановиться не могла.
- Это просто случилось! - Тимофей повысил голос, пытаясь оправдаться. - Мы не планировали! Это химия!
- Химия?! - Оксана вытерла щёки тыльной стороной ладони. - А я? А Лиза? Наша семья для вас была каким-то химическим элементом? Периодической таблицей Менделеева?
Маринка всхлипнула:
- Мы любим друг друга...
Оксана замерла. Эти слова ударили больнее всего остального.
- Любите? Вы? Вы же... вы же как брат с сестрой для меня были! Я же вам доверяла! Я же вам всё рассказывала! Я про свои страхи тебе говорила! Про то, что боюсь стареть! А ты... ты спала с моим мужем!
Она сорвалась на крик.
- Убирайтесь отсюда! Оба! Просто... просто проваливайте из моей жизни!
Они ушли молча. Тимофей собрал какие-то вещи в спортивную сумку. Он пытался что-то сказать про "давай попробуем всё наладить", но Оксана просто захлопнула перед ним дверь.
Следующие недели прошли как в тумане. Боль не утихала ни на минуту. Она стала её постоянной спутницей. Ночью Оксана лежала без сна и прокручивала в голове их счастливые моменты: отпуск в Сочи, где Тимофей учил Лизу плавать; Новый год у Маринки на даче; как они вместе выбирали обои для детской...
Всё это оказалось фальшивкой. Декорацией для их грязного спектакля.
Единственным якорем была Лиза. Девочка всё понимала по-своему, но чувствовала напряжение матери кожей.
- Мамочка, а папа больше не будет с нами жить? - спросила она однажды вечером за ужином.
- Нет, солнышко, не будет, - тихо ответила Оксана, стараясь не расплакаться снова при ребёнке.
- А мы теперь бедные?
Оксана отложила вилку и обняла дочь.
- Нет, малыш. Мы справимся. У нас есть я и ты. Мы сильные.
Но сильными они стали не сразу. Первые счета за квартиру чуть не добили Оксану окончательно. Зарплаты едва хватало на еду и кредит за машину. Нужно было что-то решать с жильём.
И тогда она позвонила сестре Светке во Владивосток.
Светка была её полной противоположностью: шумная, громкая, решительная. Она всегда говорила то, что думает.
- Слышу по голосу - труба дело! - без предисловий заявила она после приветствия.
- Свет... я развожусь.
На том конце провода повисла тяжёлая пауза.
- И кто она?
- Маринка, подруга моя, уже бывшая.
Светка грязно выругалась так виртуозно, что Оксана невольно улыбнулась сквозь слёзы впервые за месяц.
- Слушай сюда! Бросай всё к чертям собачьим и приезжай ко мне! У меня тут трешка пустует почти год после квартирантов съехали. Работу тебе найду быстро - у нас тут везде стройка идёт, бухгалтеры нужны как воздух! И море рядом! Лизку мою нянчить будешь заодно, а я работать смогу нормально!
Это был спасательный круг. Тонкий, хлипкий, но другого не было.
Переезд занял неделю лихорадочных сборов под аккомпанемент бесконечных звонков от Тимофея и ледяного молчания от Маринки.
***
И вот они здесь. Владивосток встретил их промозглым ветром с океана и запахом соли и водорослей.
Светка встретила их в аэропорту.
- Ну здравствуй, сестричка! Добро пожаловать на край света! Тут тебя точно никто не найдёт!
Квартира была огромной и светлой после их тесной двушки в спальном районе мегаполиса. Из окна кухни был виден Золотой мост и серые волны бухты Золотой Рог.
Первые дни Оксана просто спала. Спала сутками напролёт, проваливаясь в чёрную яму без сновидений. Организм требовал отдыха после месяцев стресса и бессонницы.
А потом началась новая жизнь. Светка действительно пристроила её бухгалтером в небольшую строительную фирму "Тихоокеанский берег". Работа была рутинной, бумажной, но именно это сейчас Оксане и было нужно: цифры не лгут, дебет с кредитом всегда сходятся или нет. Здесь всё было честно и понятно.
Лиза пошла во второй класс местной школы и быстро нашла подружек во дворе огромного жилого комплекса у моря.
Оксане нравилось гулять по набережной после работы. Ветер здесь был такой сильный, что казалось, он может выдуть из тебя всю боль до последней капли. Она стояла у парапета, смотрела на огромные корабли у причалов и дышала полной грудью солёным воздухом.
***
В один из вечеров на набережной ей позвонила Светка:
- Слушай, тут такое дело... В общем, я случайно узнала от общих знакомых... Короче, твой бывший там с твоей бывшей подругой уже разбежались месяца три назад.
Оксана остановилась у перил.
- И что?
- Да ничего! Просто говорю тебе! Он там страдает весь такой брошенный!
- Света... Мне плевать. Абсолютно плевать на то, как он там страдает или радуется жизни без меня или с ней. Это больше не моя история.
Подписывайтесь чтобы не пропустить следующую историю