Марина остановила Сашу:
- А что говорят врачи?
- Я не очень понимаю в их объяснениях, но говорят, что это очень серьезно, что-то там лежит не на месте и может навредить и ребенку, и ей.
Он взглянул на Марину:
- А ты как? Вы уже расписались?
- Нет, - ответила Марина, - не расписались.
- Что, товарищ капитан второго ранга не спешит связывать себя? Молодец! Не то что некоторые! – усмехнулся Саша.
- Зря ты так, Саша. Это я не спешу. Валера настаивает на росписи, но я прошу подождать. Я не хочу ошибиться во второй раз. Будешь у Гали, передавай ей привет, - перевела она разговор.
Марина понимала: возраст Галины да еще какая-то серьезная проблема не предвещают ничего хорошего. Но она решила слегка успокоить Сашу:
-Ничего, ты только поддерживай Галю, ей сейчас это очень необходимо!
- А у меня кто-то спросил, что мне необходимо? – вдруг со злостью ответил он. – Я не просил этого ребенка!
- Как ты можешь так говорить? Просил или не просил – он уже есть! И это твой ребенок, такой же, как Света!
- Не такой! – отрезал Саша. – Светка – была долгожданной, от любимой женщины…
- …Которая очень быстро стала нелюбимой!
- Нет! Ты ничего е понимаешь! Все, что было – это только… ну, одним словом, только тело, что ли! А любил и люблю я только тебя!
Он махнул рукой.
- А ты взяла и разрушила все.
- Я?!
Марина во все глаза смотрела на Сашу. Неужели он серьезно так думает?
- Но это ты женился на Галине, притом почти сразу после нашего развода.
-Да, так получилось. Она забеременела, вот и пришлось… И потом, ты ведь уже поняла: если она решила, не остановится ни перед чем.
Он подумал немного.
- А вот почему ты не расписываешься с Афанасьевым?
- Саша, давай прекращать разговор, совершенно ненужный ни тебе, ни мне, а то получается не очень хорошо: встали на площадке и говорим…
- Я знаю, почему, - уверенно сказал Саша, – потому что ты все еще любишь меня. Разве не так?
Марина чуть не задохнулась от такого заявления:
- Ну ты даешь!
- А разве не так? Или Афанасьев не предлагает? Но не такой же он дурак, чтоб такую женщину упустить!
Он взял Марину за руку, заглянул ей в лицо. Она поняла: пора прекращать этот разговор.
- Ты у Галины когда был? – перевела она разговор.
- Сегодня. Разговаривал с врачом. Он пугает, что если во время родов что-то пойдет не так, все может случиться. Сказал, что нужно делать кесарево. А она ни в какую! Кто-то сказал ей, что ребенок будет не такой, как надо!
- Ладно, я пойду, - сказала Марина,- а Гале передай, что я желаю ей, чтоб все было хорошо.
Саша кивнул и стал открывать дверь квартиры.
Марина вошла в свою квартиру, села на пуфик у двери, задумалась. Саша выглядел плохо: потухший взгляд, опущенные плечи. Она подошла к шкафу, где стоял букет платановых листьев, погладила их. Вспомнила, как впервые увидела это дерево на Малаховом кургане, когда их перевели в Севастополь, и поделилась с Сашей впечатлением о нем:
- Саша, посмотри, какое дерево! Интересно, как оно называется? Такое светлое и красивое!
- Дерево как дерево, - пожал плечами Саша, - а как называется, не знаю.
- Это платан, - сказал пожилой мужчина в светлом костюме, сидевший на лавочке рядом. – На Кавказе его называют чинар.
- Платан, - повторила Марина, погладив теплый лист.
Саша равнодушно пожал плечами:
- Обыкновенное дерево.
Марина вспомнила, что не поздравила его с новым званием. Она вздохнула, поднялась и стала готовить ужин. Валерий приходил домой каждый вечер, и каждый вечер в квартире было весело и шумно. Он играл с детьми, приносил им гостинцы, Марина даже стала ворчать, что он балует их.
- Мариночка, а когда же их баловать? Скоро они вырастут и уже не будут радоваться мороженому или фломастерам так, как сейчас.
И почти сразу он переходил к теме их женитьбы:
- Мариночка, я предлагаю расписаться в конце февраля, это будет подарком и мне – к прошедшему Дню защитника, и тебе – к восьмому марта. А, как ты смотришь на это?
Когда он притягивал ее к себе, у нее захватывало дух, и тогда она верила, что их жизнь будет счастливой. Она целовала его и говорила, что подумает. Но сегодня она решила наконец согласиться с ним и назначить день их свадьбы.
А через две недели корабль, на котором служил Авдеев, вышел в море на отработку действий водолазов. Погода стояла хорошая, что редко бывает в это время года, но для обеспечения учений необходимо было удержание корабля на месте. Большая ответственность в этом возлагалась на машинное отделение. Саша почти не поднимался из машинного, но перед обедом поднялся в каюту, чтобы переодеться. Не успел он закончить это, как к нему ворвался матрос с криком «Пожар!». Саша побежал в машинное в тельняшке, не успев даже надеть рубашку. Матросы пытались загасить огонь, охвативший промасленную ветошь и часть двигателя. Саша приказал доложить о пожаре и всем покинуть отделение, так как опасался отравления матросов, а сам продолжил пытаться сбить пламя.
Когда пожар потушили, его вынесли на палубу без сознания. Медик пытался оказать ему помощь, но ожоги были серьезные, а самое главное – он получил сильное отравление ядовитыми газами. Его нужно было немедленно отправить в госпиталь. И хотя корабль находился всего в нескольких часах хода от базы, довезти его не успели…
… Доктор в роддоме настаивал на кесаревом, притом не дожидаясь срока.
- Вы поймите, - пытался он убедить Галину, - что такое предлежание, как у вас, очень чревато. Можно не успеть с операцией. А кесарево исключит эту опасность.
Галина продолжала настаивать на своем.
О том, что произошло с ее мужем, ей не сказали, однако в городе всегда все обо всем знали. Вот и о том, что на спасателе был пожар и погиб офицер, стали говорить и медсестры, и родственники лежавших в роддоме женщин. Услышав это, Галина обмерла: она почувствовала беду, и у нее начались преждевременные роды. И именно в это время произошло то, о чем предупреждал ее врач. Кесарево экстренно сделали, малыш родился здоровым, но мать спасти не удалось – она скончалась от кровопотери…
За Сашей приехал старший брат и племянник – мать не смогла – и увезли его в Воронеж. А Галину хоронили ее сослуживцы и друзья – у нее оказалась только сестра, живущая в Сибири. Она прислала деньги на похороны, но не приехала.
Марина была потрясена случившимся. Почти в один день погибли и Саша, и Галина.