В свои 38 лет Марина привыкла к спокойному одиночеству и ровному графику. Но когда привлекательный и закрытый сосед по лестничной клетке уехал в командировку и оставил ей ключи от своей квартиры, она не смогла устоять перед соблазном узнать его поближе. Каждый вечер, заходя в его пустой дом, наполненный ароматом горького парфюма, она всё глубже погружалась в чужую жизнь. Пока однажды ночью, поддавшись дурманящему порыву, не зашла в его спальню
Марина всегда считала свою жизнь предсказуемой до скуки. В свои тридцать восемь лет она работала старшим бухгалтером в строительной фирме, носила аккуратные кашемировые кардиганы, вовремя платила за ипотеку и ценила тишину. После развода, случившегося три года назад, её личная жизнь превратилась в спокойное, ровное плато без бурь и потрясений. Мужчины в её окружении были такими же предсказуемыми, как годовые отчёты.
Единственным пятном неизвестности в её аккуратном мире был сосед по лестничной клетке. Его звали Артём. Высокий, подтянутый мужчина лет сорока, с легкой проседью на висках и всегда безупречной осанкой. Он работал архитектором, уходил рано, возвращался поздно, вежливо здоровался при встрече у лифта, но никогда не задерживал взгляд дольше положенного. Марина знала о нём лишь то, что он жил один, много читал и почему-то питал слабость к комнатным растениям — через панорамное окно его лоджии всегда виднелись сочные зеленые джунгли.
Всё изменилось в один из душных июльских вечеров. Артём постучал в её дверь, держа в руках связку ключей на кожаном ремешке.
— Марина, добрый вечер. Извините за беспокойство, — его голос, глубокий и спокойный, заставил её немного растеряться. — Меня отправляют в срочную командировку на две недели. Проектируем объект на Алтае. А у меня, как вы знаете, полон дом цветов. Если им не давать воду в такую жару, они просто погибнут. Не согласились бы вы меня выручить?
— Да, конечно... — Марина на секунду замялась, принимая прохладный металл ключей из его рук. Их пальцы случайно соприкоснулись, и внутри неё шевельнулось странное, давно забытое волнение. — Мне не сложно, я всё равно по вечерам дома.
— Спасибо. Инструкцию я оставил на кухонном столе. Буду у вас в долгу, — Артём мягко улыбнулся, кивнул и скрылся в своей квартире. На следующее утро он уехал.
Запах его дома
В первый раз Марина переступила порог соседской квартиры в пятницу вечером. Отомкнув тяжелую металлическую дверь, она оказалась в совершенно ином мире. Здесь не было привычной для одиноких мужчин запущенности. Квартира Артёма напоминала стильную студию: много свободного пространства, стены глубокого графитового цвета, теплый свет от дизайнерских торшеров и повсюду — огромные, сочные монстеры, фикусы и папоротники.
Но главное, что поразило Марину — это запах. Дом пах деревом, дорогим табаком, хорошим кофе и легким, едва уловимым шлейфом его горьковатого мужского парфюма. Этот аромат окутал её, словно невидимые объятия, заставив сердце биться чуть быстрее.
Она нашла на кухне обещанную записку. Строгим, идеальным почерком чертежника Артём расписал, какой цветок требует какого ухода. Марина набрала в лейку воды и принялась за работу. Переходя от одного вазона к другому, она ловила себя на мысли, что занимается самым настоящим, глубоким подглядыванием за чужой жизнью.
Она рассматривала корешки книг на полках (в основном философия, архитектурные альбомы и хорошая фантастика), задерживала взгляд на виниловом проигрывателе, прикасалась к тяжелым шторам. Квартира Артёма отражала его самого — сильного, сложного, со скрытой внутренней глубиной. С каждым новым визитом Марина ловила себя на том, что ждет этих вечеров с необъяснимым трепетом. Заходя внутрь, она первым делом делала глубокий вдох, впитывая его запах, который постепенно становился для неё самым желанным наркотиком.
К концу второй недели жара в городе достигла своего пика. В тот четверг Марина засиделась на работе над сложным балансом и пришла поливать цветы совсем поздно, около одиннадцати вечера. В её собственной квартире было душно и одиноко, а здесь, среди прохладных зеленых листьев, дышалось удивительно легко.
Оставалась последняя комната — спальня Артёма, куда Марина до этого заходила очень быстро, стараясь не нарушать личные границы соседа. Но сегодня что-то внутри неё изменилось. Изнуряющий зной и две недели невольной интимной близости с чужим пространством сделали своё дело.
Она вошла в комнату. В центре стояла огромная кровать, заправленная темно-серым льняным бельем. У окна раскинул свои листья гигантский фикус, который нужно было обильно опрыскать. Марина подошла к нему с пульверизатором, но, нажав на рычаг несколько раз, остановилась.
Ей вдруг стало невыносимо жарко. Трикотажная легкая майка прилипла к телу. Поддавшись какому-то внезапному, дурманящему порыву, Марина поставила распылитель на подоконник. Она посмотрела на постель Артёма. Воздух в комнате был пропитан его ароматом настолько густо, что у неё закружилась голова.
Медленно, словно во сне, Марина подошла к кровати. Она опустилась на край, чувствуя приятную прохладу льняной ткани. Затем, не выдержав, легла навзничь, раскинув руки. Она закрыла глаза и уткнулась лицом в подушку Артёма, глубоко вдыхая запах его кожи и волос. Волшебное, запретное ощущение чужого присутствия обожгло её изнутри. Рука Марины сама собой скользнула под подол легкой юбки, поднимаясь по бедру вверх, к кружеву белья. Ей хотелось раствориться в этой фантазии, представить, что хозяин этой комнаты сейчас находится здесь, рядом, и его сильные руки прикасаются к ней с той же бережностью, с какой он ухаживает за своими цветами.
Она полностью погрузилась в свои ощущения, тяжело и прерывисто дыша в полумраке чужой спальни, как вдруг из прихожей раздался отчетливый, резкий звук поворачивающегося в замке ключа.
Преждевременное возвращение
Марину словно ударило током. Серьезный, липкий страх мгновенно сковал всё тело. Она резко села на кровати, лихорадочно поправляя одежду и пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
Щелчок. Дверь открылась. В коридоре зажегся мягкий свет.
— Марина? Вы здесь? — раздался из прихожей знакомый, уставший голос Артёма. — Увидел свет в окнах... Мне удалось вырваться на день раньше, только что из аэропорта.
Марина стояла посреди его спальни, чувствуя, как пылают её щеки, а дыхание никак не приходит в норму. Ей казалось, что всё её тайное, интимное преступление написано у неё на лице. Артём вошел в спальню, держа в руке дорожную сумку. На нём были слегка помятые джинсы и темная футболка, подчеркивающая крепкие плечи.
Он остановился в дверном проеме. Его взгляд — внимательный, проницательный и потемневший — медленно скользнул по фигуре Марины, задержался на её растрепавшихся волосах, чуть помятом покрывале кровати и остановился на её глазах.
В комнате повисла оглушительная, звенящая тишина. Артём был слишком умным мужчиной, чтобы не понять, что именно здесь происходило за секунду до его появления. Воздух между ними между ними мгновенно наэлектризовался, став горячим и осязаемым.
— Я... я как раз заканчивала поливать фикус, — выдавила из себя Марина пересохшими губами, пытаясь сделать шаг к выходу.
Артём не двинулся с места, перекрывая ей путь. Он медленно опустил сумку на пол, сделал шаг навстречу и оказался так близко, что Марина почувствовала тепло его тела. Он протянул руку и аккуратно взял из её дрожащих пальцев ключи, которые она судорожно сжимала всё это время. Его пальцы скользнули по её ладони, заставляя Марину тихо, судорожно вздохнуть.
— Спасибо за цветы, Марина, — тихо, с едва заметной бархатной хрипотцой произнес он, в упор глядя в её расширившиеся зрачки. — Но мне кажется, мы обсудили еще не все детали моей инструкции...
Он сделал полшага вперед, обнимая её за талию. Марина, окончательно теряя голову, прижалась к нему, и в этот момент её взгляд упал на верхнюю полку стеллажа у двери.
...Там, среди густых листьев папоротника, едва заметно поблескивал крошечный стеклянный глазок объектива миниатюрной скрытой камеры. Камера работала, мягко подмигивая зеленым светодиодом.
Марина похолодела, переводя взгляд на улыбающегося Артёма.
— Ты... ты подглядывал за мной? — прошептала она, отстраняясь.
— Я просто очень хорошо знаю, как устроена женская психология, Мариша, — тихо ответил он, делая шаг к ней и перехватывая её тонкое запястье. — Две недели в душном городе, аромат моего парфюма, который я специально оставил на полную мощность, темно-серое белье на кровати и запретная зона... Любая женщина, уставшая от одиночества, рано или поздно сдалась бы этому искушению. Я не уезжал на Алтай. Я все эти дни сидел в гостинице в трех кварталах отсюда и наблюдал на экране смартфона, как ты шаг за шагом влюбляешься в мой дом. И в меня.
Он наклонился к её уху, обжигая дыханием:
— И я вернулся ровно в ту секунду, когда ты сама разрешила себе этого захотеть.
Марина замерла, чувствуя, как страх смешивается с новой, еще более мощной волной подчиняющего желания. Её тихая, предсказуемая жизнь была разрушена до основания, но впервые за много лет ей не хотелось спасаться бегством.
Друзья, спасибо, что читаете, спорите и иногда материте меня в комментариях 😈
Отдельное спасибо тем, кто поддерживает донатами. Это не просто «спасибо» — это буквально новые истории.
Потому что когда прилетает поддержка, я сажусь писать вместо того, чтобы «подумать до завтра».
И, судя по последним рассказам, кто-то явно донатит на откровенные сцены с начальницей и соседкой 😉
👉 Кнопка «Поддержать» — под рассказом справа.
Хотите продолжение какой-то истории — пишите в комментариях. Я вижу.
А теперь — про самое сокровенное.
Мы открыли закрытый премиум-канал.
Не для всех. Только для тех, кто готов заглянуть за кулисы и снять все запреты.
У нас три уровня подписки — выбирайте, что ближе вам:
🔥 «Тайные страницы»
Исповеди и финалы, которые нельзя публиковать в общем доступе.
Те самые сцены, после которых я думаю: «Опубликую — забанят».
Только правда. Только острое. Только для своих.
💃 «Про милфу Екатерину»
Отдельная линия. Женщина за 45, которая знает, чего хочет.
Её истории — про власть, желание и свободу быть собой.
Это не про возраст. Это про состояние.
🤫 «О чём молчат женщины»
То, что редко говорят вслух даже подругам.
Страхи, фантазии, тайные мысли, которые живут в голове, но не выходят наружу.
Это уровень доверия, который мы не даём случайным людям.
Подписавшись на любой уровень, вы получаете:
— эксклюзивные рассказы, написанные специально для премиум-читателей;
— финалы, которые обрывались в открытом канале;
— голос автора без цензуры и оглядки на модерацию.
Это личное пространство.
Сюда попадают не все.
Но если вы чувствуете, что готовы — добро пожаловать.
Здесь вам точно понравится 😉