— До завтра? — спросил Сергей.
Он подвёз Аню к самому подъезду, и наступили драгоценные минуты прощания, когда и расставаться не хотелось, и в то же время оба понимали, что вечно сидеть в машине нельзя. Его рука мягко поддерживала её голову, вторая обнимала, и Ане казалось, что надёжнее и крепче этих объятий ничего нет.
— До завтра, — ответила она, но не пошевелилась.
Рассмеялись они одновременно.
— Кто-то должен проявить силу воли, — сказал Уваров.
— Если ты отпустишь, я смогу подняться.
— Да я вовсе не держу тебя.
— Ты, может, и не держишь, но твои руки…
Он нехотя отодвинулся, и Аня села. Уваров смотрел на неё несчастными глазами, но она чувствовала в нём не обиду, а желание понять. И внутренне молила: “Спроси, ну спроси же, я отвечу, я признаюсь тебе!” Ей было страшно начать первой, пусть лучше он, ведь он мужчина. Иногда она даже хотела, чтобы Сергей проявил настойчивость и силой заставил бы её… Но он никогда так не поступит. Если бы Аня уловила в нём хотя бы отголоски грубости и бесцеремонности, то ни за что не выбрала бы, и в этом чудилась ирония: жизнь свела её с мужчиной, о котором она и не мечтала, но которому не может довериться, потому что не привыкла вести диалог на равных. Она его потеряет, конечно же, потеряет.
— Пока, Серёжа.
Аня вылезла из машины, пригладила волосы и шагнула к подъезду, и тут сзади хлопнула дверца.
— Аня! — Сергей вылез следом.
Теперь она читала в его взгляде вопрос и готовность помочь. Глаза защипало.
— Ты что-то скрываешь от меня?
Как же ей хотелось в эту минуту броситься к нему, на эти пресловутые “ручки” и попросить спрятать её от всего, словно маленькую, но там Маруся, они же не могут…
Проскрипела и шваркнула от косяк дверь подъезда, по разбитому асфальту застучали каблучки.
— Ой, мама!
Аня обернулась. Маша в нарядном летнем сарафане теребила в руках сумочку и переводила взгляд с неё на Уварова и обратно.
— Маруся, ты куда это на ночь глядя? — от неожиданности резко спросила Аня.
— К Глебу, — ответила та. — К Глебу Майеру… в гости…
— А когда вернёшься? Далеко он живёт?
— Да я разберусь, мам, — промямлила Маша, и тут на помощь подоспел Сергей.
— Во-первых, здравствуй, Маша, — поприветствовал он девушку.
— Здравствуйте, — она чуть покраснела, явно испытывая неловкость, решив, что помешала.
— Во-вторых, доставку Маши домой организует либо её молодой человек…
— Он не мой! — пискнула Маша.
— Либо мы этот вопрос ещё как-то решим. Анюта, не переживай.
Теперь Аня растерялась окончательно: она отвыкла, что в её дела с дочерью вмешивается кто-то третий да ещё так уверенно.
— Маша, ты иди, а как закончатся твои гости, позвони. Там сообразим.
Девушка, засияв и чуть не подпрыгнув, помахала матери рукой и резво понеслась из двора. Сергей посмотрел ей вслед и повернулся к Ане. Та покачала головой:
— Я волнуюсь за неё.
— Не стоит, девочка большая, самостоятельная. А если тебе очень страшно, то я за ней съезжу потом. Хочешь?
— Нет, не хочу. Делать тебе нечего, кроме как мотаться по городу, решая наши с Марусей проблемы!
Аня поняла, что заводится и начинает злиться, и замолчала в панике. Уваров смотрел на неё спокойно, не выказывая ни удивления, ни недовольства, потом подошёл и взял за руки, которые она прятала за спину, чтобы он не увидел, как они дрожат.
— Аня, я могу уйти, если хочешь. Но предпочёл бы остаться.
Хуже дрожащих рук были только дрожащие губы. Сергей вернулся к машине, закрыл её и поставил на сигнализацию, а потом обнял Аню и подтолкнул её к подъезду:
— Идём.
***
— Кто этот человек, Лиза? Я его уже видел — он тебя преследует?
— Не думай о нём, Боря. Он… художник.
— Художник?!
— Да, художник. Хочет написать мой портрет.
— Почему же ты отказываешься?
Лиза и Борис сошли с автобуса и направлялись к дому Майеров. Борис молчал, пока они ехали, но теперь хотел знать, от кого уже дважды спасал свою наставницу. Лиза, не желая говорить правду, ограничилась её частью. Сказанное нельзя было назвать ложью, ведь Стас Левашов действительно увлекался живописью.
— Не хочу позировать, — ответила она на вопрос Бориса. — Сидеть в студии часами, не шевелясь… У меня нет ни времени, ни желания.
— Я думал, женщины находят такие вещи романтичными.
— Романтикой здесь и не пахнет.
— А мне показалось, между вами…
— Боря! — Лиза остановилась и сердито посмотрела на него. — Это неприятная тема.
Она пошла дальше, ускоряя шаг, и Борису пришлось догонять её.
— Хочешь, я ему нос сломаю? — спросил он.
— Зачем?!
— Чтобы не приставал к тебе и не таскался с цветами.
Лиза опять остановилась, но теперь давясь от смеха:
— Ну что ты за ребёнок?
— Никакой не ребёнок, — Борис, казалось, обиделся. — Я защитить тебя хочу.
— Не нужно меня защищать, я взрослая девочка.
— Ты женщина, а меня учили быть рыцарем.
— Бабушка учила?
— Бабушка.
Наконец показался обнесённый изгородью дом, и Лиза с облегчением выдохнула: сегодня ей особенно тяжело было идти — она потратила много сил во время репетиции.
— Почему ты ездишь на автобусе? — опять начал расспрашивать Борис. — Идти довольно далеко.
— Так дешевле.
— А почему у тебя нет машины?
— Не умею водить. Саша иногда подвозил…
— Твой муж?
Лиза кивнула. Горло опять перехватило — не стоило произносить его имя. Борис, словно почувствовав, взял её за руку, слегка сжал.
— Это и есть твой дом? Ого! — воскликнул он вдруг.
Его глаза расширились и засияли совершенно детским восторгом.
— Такой большой!
— Да не слишком, — смутилась Лиза. — Всего два этажа и только одна гостевая спальня.
— Если б ты видела мою нынешнюю квартиру или ту, где я вырос, то не спорила бы, — тряхнул головой Борис. — Представляю, какая красота внутри.
Лиза с улыбкой глядела, как он вертит головой во все стороны, так и порываясь броситься вскачь к крыльцу.
— А вот эти цветы? — он указал на клумбы на участке. — Кто их сажал?
— Ой, это ещё свекровь, когда жива была, — отмахнулась Лиза. — За ними смотрит Валя, а у меня всё времени нет…
— Кто такая Валя?
Борис с совершенно обалдевшим видом повернулся к Лизе, и она, расхохотавшись, взяла его под руку:
— Идём, сейчас со всеми познакомлю.
***
Стас не помнил прежнее название этого ночного клуба, но теперь глаза слепили неоновые буквы “ЯНА”. Внутри тоже всё изменилось. Секьюрити местного разлива Левашов вычислил сразу, тусовка, прежде состоявшая из обалдевшего от алкоголя и травы молодняка, сменилась на более солидную: у барной стойки и за столиками сидело теперь куда больше ровесников Стаса, чем прежде. На танцполе, правда, дёргались какие-то малолетки, но это и не удивляло — не за стойкой же им спиртягой наливаться. А ещё здесь были шлюхи. В таком количестве, какого Стас опять же не мог припомнить. Девушки от восемнадцати (хотелось верить) до примерно так двадцати пяти, не старше точно. Они толклись у бара, шныряли между столиками, трясли задами на каждом углу, привлекая потенциальных “папиков”. Именно “папиков”, а не клиентов на час! Намётанным глазом Стас определил, что это не проститутки, не подневольные сутенёру пташки, а одиночки, охотницы на состоятельных мужиков, которых здесь было немало. Да, бывшая ночная дискотека для молодёжи превратилась в куда более пафосное заведение. И более дорогое: глянув на ценник, Левашов даже присвистнул. Он постучал по стойке, привлекая внимание бармена. Тот повернулся. Знакомое лицо с бегающими глазками. Только отчего-то очень испуганное.
— Водки, — попросил Стас, закидывая ногу на ногу и обваливаясь всем весом на столешницу.
Бармен продолжал таращить глаза, некрасиво приоткрыв рот. Стас поморщился и бросил:
— Ты из одарённых, что ли? Шевелись!
Рядом с весёлым хохотом приземлилась девушка. Левашов окинул её взглядом, привычно оценивая: молоденькая, не старше двадцати, фигурка в его вкусе. Тёмненькая, длинноволосая — таких он особенно любил. Точёное личико, лукавый взгляд… Девушка заметила, что он разглядывает её, и призывно заулыбалась, откидываясь назад и давая возможность рассмотреть всю себя. Хороша!
— Привет! — она придвинулась ближе. — Зоя.
Он удивился: необычное имя для такой малявки, они же сейчас все Милены да Аделины.
— Стас. Угостить тебя, Зоя?
Она пожала плечиками, и тут Левашов заметил тонкую цепочку у неё на шее и такой же браслет, пробежал глазами по платью, изящным рукам, маникюру, скромному на вид колечку с натуральным, похоже, бриллиантом… Девочка-то золотая, не охотится, а просто отдыхает. И вряд ли одна пришла. Он огляделся, но никто не пробирался к бару, не выкрикивал имя девушки. Зоя тем временем прижалась к Стасу бедром и томно поглядела на него из-под длинных чёрных ресниц. У неё были необычного золотистого оттенка глаза… и зрачки размером с точку от остро заточенного грифеля. Стас отодвинулся. Нет, наркоша ему не нужна, с ними проблем не оберёшься. Вдруг у неё при себе какая-нибудь дрянь, с которой их обоих и примет патруль? Не-не-не… Он отодвинулся, пересел на соседнее, к счастью освободившееся, место и снова потребовал водки у отмершего к тому времени бармена. Зоя растянулась на стойке, чему-то улыбаясь.
— Поменялось тут всё, — крикнул Левашов бармену. — Владелец, что ли, другой?
— Нет! — замотал головой парень. — Всё тот же, просто концепцию пересмотрели!
— Раньше это была обычная дискотека! Я тебя, вроде, помню!
Парень покосился на Стаса и кивнул:
— Я вас тоже помню! Вы с Яной Витальевной дружили!
Настроение у Стаса упало окончательно. На кой он вообще сюда припёрся? Ностальгия? Давно не мучил себя воспоминаниями? Короткий роман с Яной Панасюк уже почти стёрся из памяти, так зачем он сейчас сидит в клубе, который она открыла с мужем и где её убили? А убил Егор. Егорка, Гоша. Человек, который когда-то спас жизнь Стасу. А Стас его погубил.
“Я? Ты, ты, кто же ещё?” — сказал он себе, опрокидывая в рот стопку.
— Повтори! Как тебя там?
— Ник, — буркнул бармен, наливая новую рюмку.
“Очень приятно. А я Стас. Хотя нет, никакой не Стас — Славка Левашов, трус и предатель. Гнида”. Вторая порция водки последовала за первой.
— Повтори!
Над баром висела такая же вывеска, как снаружи над входом в клуб. Свет слепил, и буквы искажались. Прищурившись, Стас прочитал: “ЯМА”. Пожалуй, всё так: он в глубокой яме.
***
— Как здесь здорово! — воскликнул Борис, едва они с Лизой вошли.
Яркий тёплый свет, заливающий зону прихожей, огромное зеркало в резной деревянной раме, деревянные же панели и в тон подобранные занавески, декоративные вставки, имитирующие кирпичную стену, винтажная мебель создавали особую обволакивающую атмосферу уюта.
— Вон там кухня, здесь гостиная, дальше лестница на второй этаж, — вполголоса объяснила Лиза, одновременно прислушиваясь и пытаясь определить, много ли народу сейчас в доме и где они все.
Негромкие голоса долетали из кухни, а вскоре оттуда показалась встречающая вновь прибывших Валентина.
— Лизавета Юрьевна, наконец-то! — обрадовалась она и замолчала, увидев Бориса.
— Борис, — представила его Лиза, — мой театральный коллега. Боря, вот это и есть Валя, наша домашняя фея.
— И садовник, как я понял, — Борис с обаятельной улыбкой протянул Вале руку, а когда она подала ему свою, галантно поцеловал её.
Валентина зарделась от смущения, не переставая, однако, разглядывать Бориса, подозрительно косясь на оживлённую больше обычного Лизу.
— А кто дома? — шёпотом спросила та. — Влад пришёл?
— Пока нет, — ответила Валя, — ждём. Зато Глеб привёл подружку. Такая миленькая!
Лиза всплеснула руками: ну наконец-то, а то в больнице она так и не получила возможности познакомиться с навещавшей её сына девушкой.
— Мама? — на лестнице появилась Ада, но, начав спускаться, остановилась.
Как и Валентина, она не сразу заметила Бориса.
— Здравствуйте, дорогая, — улыбнулась Лиза, хотя на этот раз уже не так смело и солнечно. — Познакомься, это Боря, мы с ним будем играть в новом спектакле.
Она тронула Бориса за плечо:
— Моя дочь Ада.
Борис выступил вперёд и смотрел, как Ада идёт к ним, двигаясь с мягкой грацией, похожая на большую кошку. Они сошлись, не отрывая друг от друга взглядов, и Лизе на миг показалось, что они общаются между собой без слов и уже о чём-то то ли договорились, то ли поспорили.
— Очень приятно, — тихо сказала Ада, протягивая Борису руку, но провернуть тот же трюк, что и с Валей, не дала: — Ручки мне целовать не надо!
— Как скажешь, — Борис сверкнул глазами и чуть склонил голову.
В этот момент со стороны коридора донеслись голоса: приближался Глеб и его гостья. Несколько секунд спустя они появились.
— Мама, привет! Знакомься, Маша. Маша, это моя мама.
Теперь уже Лиза с любопытством рассматривала новую в своём доме персону. Первое впечатления от Маши оказалось приятным: воспитанная девочка, очень симпатичная и пребывающая в полном восторге от того, что знакомится со звездой кино и театра.
— А я вас узнала! Я смотрела сериал с вами!
Тут она обратила внимание на Бориса, а он наконец посмотрел на неё, и они оба воскликнули:
— Боря?!
— С ума сойти, Маша! Вот так встреча!
Остальные недоумённо переглядывались.
— Вы знакомы? — спросила Лиза.
— Да! — ответил Борис. — Спасали как-то вместе кошку. Как она, кстати?
— Всё отлично, — со смехом сказала Маша. — Потом я нашла её хозяина, и теперь у него с моей мамой роман, представляешь? Чудеса!
— Вот уж точно, — пробормотал Глеб, во все глаза пялясь на Бориса, — чудеса!
В высоком статном брюнете он узнал того самого парня из ночного клуба, куда как-то раз увязался за Зоей. Именно этому красавчику ветреная девица строила глазки, вызвав у Майера жгучую ревность, но хуже всего было другое: Глеб отлично помнил, что Борис в том клубе танцевал стриптиз! А теперь он у них дома да ещё знаком с Машей и привёл его не кто-нибудь, а мама!
Точку в сцене поставил звонок, известивший о том, что в дом пожаловал кто-то ещё.
— Влад, очевидно — остальные в сборе, — сказала Ада и пошла открывать, опередив Валентину.
— Привет, а у нас тут полный сбор! — начала она, распахнув дверь, и голос застрял в горле.
Это действительно был Рубцов, а рядом с ним стояла, неуверенно улыбаясь, полноватая женщина лет пятидесяти, шатенка с карими глазами. Она заправила за ухо выбившуюся из причёски пушистую прядь и сказала:
— Здравствуйте. Вы, наверное, Адочка? Ну конечно же, это вы! Владик так подробно вас описывал!
— Здравствуйте, — и Ада посмотрела на Влада, чувствуя, как к щекам приливает кровь.
— Привет, Ада, — тон Влада был неизменно бодрым и жизнерадостным. — Позволь представить — моя мама, Лариса Сергеевна. Рад наконец познакомить вас.
Он глянул Аде за спину и расцвёл окончательно:
— Добрый вечер, Лизавета Юрьевна!
Ада обернулась и, увидев лицо матери, всё поняла. Она и Рубцовы сговорились.
***
Сергей был осторожен во всём, начиная с первых поцелуев ещё в прихожей. “Только, если ты хочешь”, — говорили каждый его взгляд и жест. А хотела ли Аня на самом деле, или ею по-прежнему руководили страх и привычка подчиняться? Это напоминало какую-то игру, в которой она шла вперёд, преодолевая себя, а он страховал, в любой момент готовый сдать назад, и больше всего Ане было стыдно именно за то, что он вынужден вот так с ней возиться. После, когда Сергей наконец обнял её крепко-крепко, и она, робея, спросила, что мешало ему проявить твёрдость раньше, он ответил:
— Я боялся сделать тебе больно. Ты как будто вся изранена внутри.
Вот тут она и расплакалась. Скорчилась под одеялом и ревела, ревела, ругая себя за то, что ему пришлось стать всему этому свидетелем. И как она была благодарна, что Сергей по-прежнему не задавал вопросов, не лез ей в душу, туда, где, как он уже понял, болело до сих пор.
— Только не жалей меня, — попросила Аня. — Я сама виновата.
— Не виновата.
— Я доводила его. Делала всякие глупости. Говорила тогда, когда нужно было молчать…
Его рука легла ей на плечо — туда, где проступал бугристый шрам, самый некрасивый, которого она стыдилась больше всего. Ниже были еще ожоги, но поменьше.
— Что это было? — спросил Сергей.
— Разогретое масло.
— За что?
Ни за что. Закапало из водопроводного шланга, пришёл сантехник, и Аня вертелась возле него, помогая проверять, исправлена ли неполадка. Он травил анекдоты, шутил так смешно и совсем не пошло, и она хохотала, порой до слёз. После ухода мастера занялась ужином, поставила на огонь сковороду для жарки, и тут на кухне появился Степан…
Она пересилила себя и повернулась к Сергею, боясь увидеть в его взгляде презрение к её слабости и неспособности постоять за себя. Но ничего этого не было, а были ужас и боль. И самые настоящие слёзы.
— Расскажи. Пожалуйста, расскажи мне, — он не просил, а умолял, словно от её признания зависело что-то очень важное для него.
Ссылки на другие ресурсы, где я есть:
MAX — анонсы и живые картинки 🌞
Одноклассники — дублирование публикаций Дзен 🌹
💖Литературные порталы, где вы можете читать некоторые мои истории в удобной читалке и пока совершенно бесплатно: 👇👇👇
АвторТудей / Литрес / Литмаркет / Литнет / Литгород / Литсовет / Ридеро