Олег Табаков сыграл его так обаятельно, что племянница настоящего Шелленберга прислала актёру открытку с благодарностью. Зрители всего Союза влюбились в умного нацистского разведчика — и не подозревали, что любуются человеком, который должен был оказаться на виселице вместе с другими.
Гиммлер принял яд. Кальтенбруннера и Фрика казнили по приговору трибунала. А Шелленберг — глава внешней разведки Третьего рейха, человек, вхожий в самые тёмные кабинеты режима — отсидел меньше двух лет и спокойно умер в итальянской больнице. Как ему это удалось?
Будущий разведчик появился на свет в Саарбрюккене, в семье фабриканта роялей. Детей в доме было семеро. После Первой мировой бизнес отца рухнул, и в 1923 году семья перебралась в Люксембург — искать, на что жить.
Окончив школу, юноша поступил в Боннский университет. Сначала медицина, потом юриспруденция. Современники не помнят за ним ни драк, ни митингов, ни демонстративной любви к новому фюреру.
И всё же в 1933 году он вступает в НСДАП.
Двадцатидвухлетний выпускник без единого дня в разведшколе. Обычный юрист, который, по его собственным воспоминаниям, написал доклад — и доклад заметил сам Гейдрих.
Совпадение? Историки в этом сомневаются. Большинство сходится: молодого юриста заметили и завербовали задолго до того доклада, а версия про случайную удачу — это красивая легенда для мемуаров.
Гейдрих предложил место в своём ведомстве. Шелленберг согласился не раздумывая.
Так начался путь человека, который скоро будет вхож в высочайшие кабинеты Рейха.
Его отправляли в Европу с особыми поручениями. Он явно справлялся — иначе не заслужил бы доверия сразу двух фигур: Гиммлера и Гейдриха. Ему открыли доступ к важнейшим документам и государственным секретам.
Он сам утверждал в мемуарах, что причастен к передаче Москве документов, которые легли в основу знаменитого «дела маршалов» — чистки в командовании Красной армии. Какие именно бумаги, через кого — неизвестно. Об этом говорит только сам Шелленберг, и проверить это невозможно.
Вот это уже не легенда, а подтверждённый факт: разгром «Красной тройки», советской разведгруппы, работавшей в Швейцарии.
Швейцарцы вычистили у себя всю иностранную агентуру и арестовали подпольщиков. Германия требовала выдачи — Берн отказывал.
Тогда Шелленберг придумал ход. В Швейцарию пустили слух: немцы стягивают к границе горно-стрелковую дивизию. Дивизии не существовало. Но швейцарское правительство восприняло угрозу всерьёз, срочно собрало переговорную группу — и на этот раз выдало арестованных.
Информационная диверсия против целой страны — и она сработала.
К 1941 году Рейх казался непобедимым. Шелленберг писал, что пакт с Москвой считал блестящим успехом дипломатии, а вторжение в СССР — ошибкой. Верить ему сложно: вряд ли кто-то в Берлине в 1941-м заранее знал исход войны.
Но когда план «Барбаросса» провалился, Шелленберг начал давить на мир с Советским Союзом. Не из симпатии к Сталину.
Он хотел заключить мир с Британией и США — а затем единым фронтом ударить по СССР.
Гитлер слышать об этом не желал. Ни о мире с Москвой, ни тем более с Лондоном.
Последний шанс представился весной 1945-го. За спиной фюрера Гиммлер через генерала Карла Вольфа вёл тайные переговоры с американским разведчиком Алленом Даллесом в Швейцарии — операция, которая позже войдёт в историю как «Санрайз». Любопытно, что в собственных мемуарах Шелленберг об этих переговорах почти не упоминает — будто старательно стирает след.
В «Семнадцати мгновениях весны» есть момент, который зрители запомнили навсегда: Штирлиц получает задание сорвать тайные переговоры, а Шелленберг неожиданно перехватывает его у дверей кабинета Гиммлера — и тем самым спасает разведчику жизнь.
Реальность была суше и страшнее для самого Шелленберга. Гитлер в Берлине покончил с собой 30 апреля. Столица упала второго мая. И только 6 мая — уже после краха режима — Шелленберг вылетел в Стокгольм с последней попыткой договориться о мире.
Условия отверг. Сепаратного перемирия не вышло.
После этого главу разведки арестовали.
К собственному аресту он отнёсся на удивление спокойно. Был уверен — отделается легко. И не ошибся.
В апреле 1949 года, после процесса по «делу Вильгельмштрассе» — последнего из двенадцати нюрнбергских судов над нацистской верхушкой — Шелленберг получил всего шесть лет. Не за организацию убийств, не за военные преступления. Только за членство в СС и НСДАП.
Из шести лет он провёл за решёткой меньше двух.
Сравните: Кальтенбруннер, возглавлявший то же управление безопасности, что и Шелленберг — на эшафоте. Фрик — там же. Гиммлер успел себя убить, чтобы не дойти до суда.
А «хитрый лис», как его называли в СС, ловко подчищавший хвосты всю карьеру, вышел почти невредимым.
Освободили его по болезни. И болезнь была настоящей — после выхода на свободу у него обнаружили онкологию. Операция отсрочила, но не остановила неизбежное.
Последние месяцы он провёл в Италии, диктуя мемуары, которые позже издадут под названием «Лабиринт». Книгу, в которой, по мнению историков и рецензентов, правды куда меньше, чем хотелось бы автору.
31 марта 1952 года в Турине, в возрасте сорока двух лет, Вальтер Шелленберг умер — так и не дождавшись очередной операции.
Так почему же палачи и идеологи поднялись на эшафот, а человек, знавший все секреты режима, ушёл почти незамеченным?
Может быть, потому что он всю жизнь был осторожен даже в том, в чём признавался. Человек, который дожил до собственной смерти, успев написать историю так, как выгодно ему самому — а не так, как было на самом деле.