Последний свидетель / Ostatni świadek. Польша-ГДР, 1969. Режиссёр Ян Батори. Сценарист Ян Ковальски. Актеры: Станислав Микульски, Майя Водецка, Артур Млодницки, Януш Быльчиньски Эдмунд Феттинг и др. Прокат в СССР – с 27 января 1975: 13,7 млн. зрителей за первый год демонстрации. Прокат в Польше: 0,9 млн. зрителей.
Режиссер Ян Батори (1921-1981) за свою режиссерскую карьеру поставил 13 полнометражных игровых фильмов, многие из которых имели немалый успех в польском и советском кинопрокате («Особняк на Зеленой» / «Последний рейс», «Встреча со шпионом», «Лекарство от любви», «Как это случилось» / «Необыкновенное озеро» и др.).
… Бывшие эсесовцы, приехав в Польшу конца 1960-х, пытаются найти припрятанные нацистами сокровища…
В «Последнем свидетеле» Режиссер Ян Батори сделал ставку на популярность Станислава Микульского (1929-2014) и не ошибся. Этот детектив имел успех у публики как в Польше, так и в СССР…
Между тем, в советской кинопрессе эта лента была встречена весьма иронично. Так киновед Ян Березницкий (1922-2005) на страницах «Советского экрана» писал, что «стараниями сценариста Яна Ковальского Микульский-Ольшак поставлен в «Последнем свидетеле» примерно в ту же ситуацию, что и Микульский-Клосс: один среди чужих. Сконструировать подобную ситуацию в фильме, действие которого происходит не в логове врага, а на территории народной Польши, было, разумеется, нелегко. Поставленный в ту же ситуацию, что и Клосс, доктор Ольшак ведет себя в ней, однако, по-иному. Выслеживая своих противников, он словно бы играет с ними в поддавки и трижды на протяжении картины ставит себя в такое положение, когда по нормальной житейской логике гибель его неминуема. выйти же целехоньким из тех ловушек, куда он по нерасторопности и неосмотрительности попадает, доктору Ольшаку удается не благодаря ловкости, сметке, уму, но исключительно в силу чудесного стечения обстоятельств. Каковое стечение, в свою очередь, обусловлено нерасторопностью и неосмотрительностью его противников.
Неуязвимость доктора Ольшака сродни неуязвимости не Клосса из «Ставки», а героев многочисленных телевизионно-кинематографических лент.
«Классическая» для этих фильмов ситуация такова: совершивший промашку герой стоит под наведенным на него дулом пистолета, а противник медлит — жертве все равно некуда деться, так почему же не продлить удовольствие? Удовольствие продлевается до тех пор, пока герою не удается, улучив момент, то ли обезоружить противника, то ли выпрыгнуть из окна, то ли совершить какой-нибудь иной подвиг.
В кульминационной сцене «Последнего свидетеля» ситуация эта процитирована почти дословно: бывший комендант концлагеря держит на мушке своего бывшего узника, но, поскольку времени у него, как он заявляет, достаточно, он ради забавы оттягивает миг расправы.
Оттягивает ровно настолько, чтобы подоспели те, кому следует подоспеть, и те, кто. как выясняется в финале, зорко следил с самого начала за разворотом событий.
Картина Батория заслуживала бы, вероятно, более снисходительного отношения, будь она по своей установке чисто развлекательной, вроде, скажем, «Фантомаса», где сюжетная несуразица тоже может послужить элементом развлекательности.
Тогда нечего было бы и вести разговор об отступлениях от житейской логики, бездейственном герое и тому подобных серьезных вещах. Авторы, однако, уснастили картину таким количеством серьезнейших проблем, что судить ее с позиции «чистой» развлекательности значило бы проявить неуважение к самим этим проблемам. Среди них и прозрение молодой немки, впервые узнавшей на польской земле о преступлениях фашизма, и социальные преобразования за годы народной власти, и многое другое, что вполне достойно воплощения на экране само по себе, а не в качестве приправы» (Березницкий, 1975: 4-5).
Зрители до сих пор помнят этот остросюжетный детектив:
«Прекрасный военно-приключенческий художественный фильм (насыщенный острыми сюжетными коллизиями). … Безусловно, фильм увлекательный особенно для юношеской киноаудитории (помню блестящие восторженные глаза пионеров-зрителей в летнем лагере после просмотра киноленты, в связи с чем можно с уверенностью констатировать следующее – фильм удался на славу, выполнил свою задачу). Ещё бы, ведь он сочетает в себе все необходимые компоненты крепкого и интересного приключенческого фильма для молодого, неискушённого зрителя: компания отъявленных мерзавцев-лжеучёных, хорошие парни-геологи (группа милиционеров «под прикрытием»), дерзкий смельчак, война, концлагерь, убийства, насилие, научная экспедиция, старый бункер, спрятанный клад, скалы, камнепады, слежка, щупленькая паненка в кружевном неглиже, бабочки, мотыльки с жучками, стрельба, ожесточённая драка … с хеппи-эндом… Смотрится с явным интересом и сейчас, на одном дыхании» (В. Попов).
Киновед Александр Федоров
Операция «Брутус» / Akcja Brutus. Польша, 1970. Режиссёр Ежи Пассендорфер. Сценарист Збигнев Ненацки (по собственной повести «Операция «Хрустальное зеркало»). Актеры: Эва Кшижевска, Зыгмунт Хюбнер, Витольд Пыркош, Тадеуш Шмидт, Мариан Коциняк, Иоланта Бохдаль, Кристина Борович и др. Прокат в СССР – с февраля 1973: 11,7 млн. зрителей за первый год демонстрации. Прокат в Польше: 1,1 млн. зрителей.
Режиссер Ежи Пассендорфер (1923-2003) получил известность фильмами на военную тему («Покушение», «Крещенные огнем», «Цвета борьбы», «Плечом к плечу», «День прозрения», «Последние дни» и др.).
1946 год. Майор госбезопасности, выдавая себя за американского связного, должен проникнуть в банду «лесных братьев»…
Сегодняшние зрители часто оценивают эту ленту, скорее, негативно:
«Серенькое скучноватое кино. Похоже на все прочие произведения Пассендорфера. Такое впечатление, что он снимал всю жизнь один и тот же фильм.
Одно из главных составляющих повести – чувство страха главного героя. Он реально боится потерять свою жизнь, а в те времена это было очень просто. В фильме ничего этого не чувствуешь. Пожилой дяденька морщит лоб, ходит с умным видом и ничего не боится.
Абсолютно нет чувства времени. Это ведь 1946 год, а такое впечатление, что 1970-й. Современный макияж героини, современные лица героев и полное отсутствие характеров. Из всей команды один только Витольд Пыркош и понравился. В его Боруту веришь – это он! Остальные герои безликие и тусклые ходячие штампы.
В фильме нет нерва, напряжения. А ведь какой нуар можно было бы снять!» (Сванас).
Киновед Александр Федоров
Это я убил / To ja zabiłem. Польша, 1974. Режиссёр Станислав Ленартович. Сценарист Эва Шуманьска. Актеры: Януш Буковски, Мацей Гурай, Иоанна Богацка, Данута Максимович, Ирена Лясковска и др. Прокат в СССР – с 13 сентября 1976: 10,2 млн. зрителей за первый год демонстрации. Прокат в Польше: 0,3 млн. зрителей.
Режиссер Станислав Ленартович (1921-2010) – один из любимцев советского кинопроката («Три старта», «Дневник пани Ганки», «Итальянец в Варшаве», «Полный вперед!», «Красное и золотое», «Это я убил») по причине того, что он часто снимал фильмы для массовой аудитории…
В начале криминальной драмы «Это я убил» в грузовике найден труп молодой девушки…
Скорее всего, Станислав Ленартович снял эту картину под влиянием итальянских политических детективов, пик влияния которых пришелся как раз на первую половину 1970-х. Правда, политики в фильме «Это у убил» не было, но вот визуальные приемы и сюжетные повороты, похожие на разного рода итальянские «следствия» и «обвинения» были…
Киновед Александр Федоров
Ловушка / Pułapka. Польша, 1970. Режиссёр Анджей Пиотровски. Актеры: Холгер Малих, Анджей Копичиньски, Бруно Оя, Карин Бивен, Пауль Берндт, Иоанна Ендрыка и др. Прокат в СССР – с 7 ноября 1972: 12,0 млн. зрителей за первый год демонстрации. Прокат в Польше: 0,7 млн. зрителей.
Режиссёр Анджей Пиотровски (1934-1978) после окончания киношколы в Лодзи работал на телевидении, затем был ассистентом у Войцеха Хаса и Анджея Вайды. Как самостоятельный постановщик он дебютировал в 1969 году фильмом «Дорожные знаки» (премия Анджея Мунка). Затем снял еще несколько заметных фильмов, включая «Ловушку». Однако его карьера оказалась, увы, недолгой: в возрасте 43-х лет Анджей Пиотровски ушел жизни…
Драма «Ловушка» - это история двух двоюродных братьев, которых вторая мировая война превратила во врагов: майор польской армии Ян Райнер и бывший эсэсовец Вилли встретились летом 1945 года...
Кинокритик Елена Бауман (1932-2017) писала о «Ловушке» вполне позитивно, отмечая, что «режиссер обратился к одной из традиционных тем польской литературы и кинематографа — теме начала строительства новой жизни на западных землях в послевоенные годы. … Борьба Райнера с диверсантами, готовящими побег эсэсовцев из лагеря и взрыв начинающей отстраиваться шахты, его душевные терзания из-за Вилли, которого он горячо любил когда-то, с которым связаны его самые светлые воспоминания детства, разлад с женой, конфликт с сослуживцем, поручиком Вальчуком, — все это становится содержанием фильма, сюжет которого строится на драматических поворотах, острых коллизиях, накале человеческих чувств и отношений» (Бауман, 1972).
В целом позитивно на страницах «Советского экрана» отозвалась о «Ловушке» и кинокритик Елена Бокшицкая (1948-1994), подчеркнув «свидетельство глубокой преемственности в антивоенном кинематографе Польши» (Бокшицкая, 1972: 7).
Сегодня о «Ловушке» почти никто не вспоминает…
Киновед Александр Федоров
P.S. 10 польских кинодетективов, которые с успехом шли на экранах СССР, здесь: https://dzen.ru/a/aj0zUrWYXSSo3467