ИСТОРИЯ КИНО

Фаина Раневская: «Мне нравится Аросева. У нас схожие характеры, и мы понимаем друг друга, несмотря на тридцатилетнюю разницу в возрасте. Кроме того, я обожаю слушать ее рассказы о Театре сатиры. Слушаю и понимаю, что нашему деспоту далеко до их деспота. Нашему не хватает характера для того, чтобы быть настоящим деспотом, а в Сатире творится такое, что у меня остатки волос дыбом встают. Пельтцер, несмотря на то что мы с ней близкие подруги, не рассказывает мне обо всем. Считает, что ей, как секретарю парторганизации, негоже выносить сор из избы...

Фаина Раневская: "Марецкая по завершении каждых съемок вопит о том, что больше она сниматься не станет — устала, надоело, но только свистнут, и она бежит. Она и не думает о том, чтобы прекратить сниматься, а просто набивает себе цену. Что ей еще остается делать? Знаешь, что меня невероятно обижает...? То, что нас с Любочкой ставят в один ряд с Марецкой. И критики так пишут, и зрители говорят, а недавно сама Екатерина Алексеевна приехала к нам в театр и призвала всех равняться на Орлову, Раневскую и Марецкую...

Фаина Раневская: «Я продолжаю играть своих миссис Сэвидж и Люсю. Тема старческого одиночества близка мне, как никакая другая. Одно лишь остается сложным — изображать грусть по поводу разлуки с моим мужем, которого играет Плятт. На самом деле от Плятта я готова бежать на край света. Он меня раздражает всем, начиная с преувеличенно-изысканных манер и заканчивая привычкой рассказывать старые анекдоты. Он испытывает ко мне похожие чувства, но на сцене мы выглядим парой, которая за десятилетия, прожитые вместе, не растеряла любовь...