В апреле 1942 года лёд на Ладожском озере уже начал меняться. Днём солнце пригревало всё сильнее, на поверхности появлялись тёмные лужицы талой воды, а по ночам снова ударял мороз. Каждый, кто работал на Дороге жизни, понимал: самое опасное время ещё не закончилось. Машины продолжали идти через озеро, доставляя в блокадный Ленинград муку, крупу и медикаменты. А навстречу им вывозили детей, женщин и стариков. Среди тех, кто ежедневно встречал и провожал грузовики на ледовой трассе, была девятнадцатилетняя регулировщица Нина Крылова.
Каждое утро она надевала ватник, валенки и выходила на свой участок. В руках — красный и белый флажки. За спиной — бескрайняя ледяная равнина. Со стороны берега её работа казалась простой: показывай направление машинам да следи за порядком движения. Но на самом деле от её внимательности зависели десятки жизней. Лёд постоянно менялся. Там, где вчера спокойно проходила колонна, сегодня могла появиться трещина. Нина знала это слишком хорошо. За зиму она уже видела грузовики, которые уходили под лёд вместе с водителями. После таких случаев долго не могла уснуть, вспоминая последние секунды людей, которых уже невозможно было спасти.
В тот день ветер был особенно сильным. Он гнал по озеру мокрый снег вперемешку с ледяной крупой. Нина стояла на своём посту уже несколько часов, когда заметила впереди странную тёмную полосу. Она прищурилась. Полоса медленно увеличивалась. Через несколько минут стало понятно: лёд начал расходиться. Трещина была ещё небольшой, но прямо к ней приближалась колонна грузовиков.
Нина посмотрела в сторону берега. Телефонной связи поблизости не было. Передать сообщение быстро она не успевала. До первых машин оставалось всего несколько минут. Тогда девушка сорвалась с места и побежала навстречу колонне. Ветер бил в лицо, ноги скользили по мокрому льду, но она продолжала бежать. Водитель головного грузовика заметил её издалека и недовольно высунулся из кабины.
— Ты чего под колёса лезешь? — крикнул он, сбавляя скорость.
— Стойте! Немедленно стойте! Впереди трещина! — закричала Нина.
— Какая ещё трещина?
— Большая! Если пойдёте дальше — провалитесь!
Водитель выпрыгнул из кабины и вместе с девушкой пробежал несколько десятков метров вперёд. Увидев тёмную полосу на льду, он только тихо выругался.
— Вот ведь... Ещё немного — и прямо на неё вышли бы.
Остановить колонну удалось вовремя. Но теперь возникла новая проблема. Машины нужно было срочно выводить на другой маршрут, а безопасный объезд проходил через участок, который никто ещё не проверял.
— Кто поведёт? — спросил один из водителей.
Несколько человек переглянулись.
Нина подняла флажок.
— Я покажу дорогу.
— Ты с ума сошла? — нахмурился пожилой шофёр. — Там лёд неизвестно какой.
— А здесь известно какой, — ответила девушка и указала на расширяющуюся трещину.
Она пошла первой. Медленно. Осторожно проверяя каждый шаг. За ней на расстоянии двигался головной грузовик. Водитель потом вспоминал, что никогда в жизни ему не было так страшно. Под колёсами тяжёлой машины потрескивал лёд, где-то вдали слышался глухой грохот ломающихся льдин, а впереди шагала маленькая девушка с флажком в руке.
Через час колонна благополучно вышла на безопасный участок. Только тогда водители смогли облегчённо выдохнуть. Кто-то протянул Нине кружку горячего чая из термоса.
— Держи, герой.
Девушка смутилась и покачала головой.
— Какой я герой? Просто свою работу делаю.
— Нет, дочка, — тихо сказал пожилой водитель. — Свою работу многие делают. Но не каждый пойдёт первым туда, где сам боится провалиться под лёд.
Нина ничего не ответила. Она посмотрела на колонну грузовиков, которые один за другим уходили в сторону Ленинграда. В каждом кузове были продукты для людей, которые ждали их уже много месяцев. Может быть, среди них находились дети её возраста. Может быть, кто-то сейчас делил последний кусок хлеба на всю семью.
Вечером она вернулась в свой барак смертельно уставшей. Сняла промокшие валенки, растёрла замёрзшие руки и села у маленькой печки. А утром снова вышла на лёд. Потому что Дорога жизни продолжала работать. Потому что машины по-прежнему шли через озеро. И потому что кто-то должен был встречать их среди ветра, снега и трескающегося апрельского льда.
Спустя много лет о подвигах регулировщиков написали книги и статьи. Но сама Нина всегда говорила одно и то же:
— На Дороге жизни героев было много. Просто тогда никто из нас не думал о героизме. Мы думали только о том, чтобы машины дошли до Ленинграда.
Погрузитесь в ламповую атмосферу СССР на этом канале. Ссылка ниже.