«Олимпия» Эдуарда Мане (1832–1883),
выставленная в Салоне 1865 года, представляет oбнажённую модель в позе, напоминающей работы Тициана (1488/90–1576),
Диего Веласкеса (1599–1660),
Франсиско Гойя (1746–1828)
и Жана-Огюста Доминика Энгра (1780–1867).
Как и «Завтрак на траве» (1862–1863), она шокировала своей современностью.
Во-первых, oбнажённая женщина с картины Мане смотрит на зрителя без улыбки, бросая вызов.
А во-вторых, на ней туфли на высоком каблуке и чёрная лента на шее — элементы, ещё больше подчеркивающие наготу.
Красавица не отдыхающая Венера, она — проститутка.
Появившаяся из тени, чернокожая горничная принесла ей цветы от клиента, которые её совершенно не радуют. А у её ног стоит чёрный кот, традиционный символ плотских удовольствий.
Хотя жест руки Олимпии и не является чем-то необычным, причина, по которой она прикрывается, едва ли является целомудренностью — вы, зритель, выступаете в роли её клиента, и вы не заплатили за то, чтобы увидеть всё.
Тонкость и изящество моделирования фигуры типичны для работ Мане и заставляют зрителей ещё острее ощущать неловкость происходящего, усиливая их дискомфорт.
Ее тело контрастирует с темным, упрощенным фоном и вспышками цвета (букет и цветок в волосах). И все же оно остается в гармонии со светлой шелковой шалью и белым постельным бельем.
Картина выставляется в Музее Орсе в Париже.