Октябрь 1941-го. Посёлок Думиничи Калужской области занят немцами. На заборах, у колодцев, на базарной площади расклеены листовки. Отпечатаны на машинке. Текст: «Товарищи! Нас постигло большое несчастье. Гитлеровские войска оккупировали наш район. Прячьте всё, не давайте ничего! Организуйте подпольное ополчение, вступайте в партизанские отряды. Помните: мы не бросили вас. Мы вместе с вами будем бить врага».
Подпись: «Подпольный районный комитет партии. 14 октября 1941 года».
В это же время в калужских лесах скрывались сотни окруженцев. Кто-то пробивался к своим через линию фронта. Кто-то искал партизан. Среди тех, кто вышел к отряду «За Родину», был человек, даже не знавший, что ему уже присвоено звание генерал-майора авиации.
Вяземский котёл
Никифор Васильевич Корнев попал на фронт 25 июня 1941 года. Полковник. Назначен начальником штаба ВВС 19-й армии. Опыт штабной работы у него был большой, служил ещё на Дальнем Востоке.
В начале октября под Вязьмой четыре советские армии угодили в окружение. Корнев лично руководил эвакуацией штаба с аэродрома. Готовил наземный состав к прорыву. Но к аэродрому внезапно вышли передовые отряды немецких автоматчиков на мотоциклах.
Пришлось уходить в лес.
Три недели группками, по ночам, пробирались на восток. Корнев шёл вместе с ещё одним офицером штаба. В начале ноября в Думиничском районе они наткнулись на партизанских разведчиков.
Встреча в лесу
Разведчики увидели двух бородатых людей в лётной форме. Вид подозрительный. Решили проверить.
И тут один из партизан, Иван Клименков, вдруг бросился к тому, у которого на петлицах виднелись полковничьи шпалы.
— Никифор Васильевич!
Корнев присмотрелся. Узнал. Это был его бывший водитель. Служили вместе на Дальнем Востоке.
Война сводит и разводит людей причудливо.
Позывной «Восточный»
От партизан Корнев узнал обстановку на фронте. Выходить к своим сразу было уже нельзя. Наши войска не удержали рубежи, враг стоял у ворот Москвы. Корнев решил: остаюсь.
Ему дали позывной «Восточный». Командир отряда Ильин назначил его начальником штаба. Теперь все вылазки, налёты на гарнизоны, диверсии планировал и готовил лично Корнев. Эффективность отряда сразу выросла.
Мост через Жиздру
Корнев разработал и осуществил серьёзную диверсию — подрыв моста через реку Жиздру. Мост был важной транспортной артерией для немцев. После подрыва снабжение вражеских частей на этом участке нарушилось надолго.
Партизаны действовали дерзко. Немцы не ожидали, что в лесах орудует не просто «банда», а организованная группа с профессиональным военным планированием.
Обер-лейтенант наносит визит
В одной из деревень назначенный оккупантами староста особенно лютовал. Отбирал хлеб, овчины, составлял списки неблагонадёжных. Ждал прибытия немецкого транспорта и солидного вознаграждения.
Корнев придумал операцию. Партизаны переоделись в немецкую и полицейскую форму. Сам он надел мундир обер-лейтенанта. Ранним утром нагрянули к старосте.
Тот услужливо доложил о своей работе на благо рейха. Рассчитывал на благодарность и обещанную награду. Награда состоялась. При всём честном народе партизаны вынесли приговор предателю и тут же привели его в исполнение.
Прорыв из кольца
В декабре 1941-го немцы бросили против партизан крупные силы. Отряд зажимали со всех сторон. В одной из стычек с карателями погиб командир отряда Ильин. Корнев принял командование на себя.
Чтобы вырваться из кольца, он отобрал самых подготовленных бойцов. Разработал план: группа просачивается через немецкие заслоны, а по сигналу партизаны бьют с двух сторон, опрокидывают карателей и отрываются от преследования.
План сработал. Отряд вырвался. Но сам Корнев погиб в том бою.
Память
В 1944-м Никифора Васильевича посмертно наградили медалью «Партизану Отечественной войны» 1-й степени. В 1965-м маршал Конев и Главный маршал авиации Вершинин написали ходатайство — и Корневу дали орден Отечественной войны 1-й степени. Посмертно.
Деревню Осиновое Болото, у которой его убили, переименовали в Корнево. В Думиничах и Добринке есть улицы его имени. На думиничской школе висит мемориальная доска.
Три недели он шёл лесами. Два месяца воевал в партизанах. Но как воевал!
Корнев так и не узнал ни о генеральском звании, ни о наградах. Что важнее — знать о своих заслугах при жизни или остаться в памяти людей?