· - Что же делать? Как себя вести? Как выпутаться из этой передряги? Где сейчас наш корабль, команда? Искренне ли капитан пообещал отпустить нас? – все эти вопросы роились в моей голове, не выстраиваясь в логическую цепочку. Голова по-прежнему болела, да к тому же – этот тяжелый запах в помещении…
· Синда неожиданно повернулась ко мне лицом во сне. Я повернулся на спину, а ее голову бережно положил себе на плечо. Она потерлась об него, почмокала губами и продолжала спать. Я улыбнулся, погладил ее по волосам, да так и оставил там свою руку. Было приятно перебирать ее волосы, даже голова стала меньше болеть, и мысли стали более упорядоченными.
· - Итак, главное – не показывать страха. Не строить из себя героев, не дерзить, но и не заискивать. Постараться войти в доверие к капитану. Осмотреться. Нащупать слабинку. Продумать дальнейший план действий.
· - Одну слабинку, по-моему, я уже обнаружил – здесь пьют, и, судя по перегару в каюте – много пьют. Для нас это неплохо. Там, где пьют – дисциплины особой не бывает. Пьет ли главарь? Скоро мы это узнаем.
· Больше часа я лежал, размышляя, и вот, наконец, Люсинда проснулась. Она подняла голову, ничего не понимая сначала, но потом все вспомнила, и лицо ее стало серьезным.
· - Ну и попали же мы в переделку…. Тебя не шокирует моя поза? Я улыбнулся. – Тебе удобно? Это главное. Ты ведь моя сестренка, вернее, братик. Как тебя назовем, брат?
· - Думаю, думаю…, Люк?
· - Пусть будет Люк, Люксинда. Я чмокнул девушку в висок, и, продолжая перебирать ее волосы, глядя в потолок, сказал:
· - Синда, то есть Люк. Выслушай, что я тебе скажу. Это очень серьезно. Мы должны все время находиться вместе. Скажи, что я не только твой брат, но и консультант. Поняла? Старайся быть приветливой, предельно спокойной, и всем своим видом показывай уверенность в том, что по написании портрета нас отпустят. Продолжай ту же тактику – главарь падок на лесть, но не переборщи – держи дистанцию – поняла? Никуда не отлучайся без меня. Если мне удастся нащупать какую-то ниточку к нашему спасению – ты должна быть готова в любой момент.
· - Не бойся за меня, Стив. Я все сделаю так, как ты говоришь…. Боже! Как хочется вымыться, принять ванну. Здесь так гадко и грязно….
· - Девочка моя! Забудь о неудобствах на время и о ванне - в первую очередь. Никто не должен сомневаться в том, что ты – парень. Не дай бог, у них есть какое-то место для мытья и тебя туда позовут, поняла? Даже не заикайся об этом. Если что, какие-то части тела ты обмоешь здесь…
· Мы помолчали. Она вдруг подняла голову, погладила меня по начавшей пробиваться щетине на щеке и звонко чмокнула меня.
· - Ты отличный парень, Стив! Верю, что пока я с тобой - мне ничего не грозит.
· Мне вдруг страшно захотелось залезть к ней под рубашку, сжать ее маленькие груди и сказать: - А ты уверена? – но, безусловно, я этого не сделал, а сказал:
· - Постараюсь оправдать твое доверие, Люк.
· ********
· Практически сутки нас никуда не выпускали, кроме туалета, один раз нам принесли еду – и это все. На следующий же день прямо с утра нас провели в каюту капитана. Он сидел, развалившись в кресле. На нем был бархатный халат и феска. На коленях у флибустьера сидел жирный, разъевшийся кот. Помещение изобиловало роскошью, но в нем не было уюта и чистоты. Скорее всего, здесь были собраны трофеи со многих кораблей, и даже с нашего – в углу я увидел знакомый барометр.
· Капитан был в благодушном настроении, он лениво поглаживал кота одной рукой, а другой потягивал ром.
· - Что ж, малыш, рисуй своего героя – поработителя.
· - С удовольствием, сер, - Синда помолчала и добавила: - Что бы портрет получился внушительным и колоритным, очень важно, как вы будете одеты и на каком фоне изображены, - она обернулась ко мне:
· - Брат, как ты считаешь, какой должна быть перспектива?
· - Если позволите, сер, - я поклонился капитану, сделал вид, что я думаю, а потом сказал:
· - Безусловно, самым убедительным фоном будет море и ваш корабль. Надо подыскать на палубе наиболее подходящее место. Еще одна деталь – вы должны быть соответствующе одеты: в мундир или камзол, со шляпой на голове и, возможно, с трубкой в зубах или в руке. Думаю, это будет неплохой ракурс.
· Пират важно улыбнулся, и только тут я заметил, что он пьян.
· - Вот это да! А ведь еще утро.… Наверно, здесь хорошо погуляли на протяжении вчерашнего дня…, что ж, это неплохо для нас.
· - Идите, и ищите подходящее место. Я выйду через полчаса, - нарушил мои мысли капитан.
· На палубу мы вышли без сопровождения. Да и куда мы денемся посреди океана…. Корабль имел внушительные размеры, но, бог мой, о флотской чистоте говорить не приходилось.
· - Обрати внимание, Синда, порядка и дисциплины тут нет. Вчера здесь явно была попойка, но даже сейчас, а время к полудню, никто не удосужился навести порядок. И посмотри - на палубе никого, кроме рулевого. Слава богу, хоть он не пьян, а то пошли бы на дно - кормить акул! Я огляделся. Никого. Очень удачный момент для осмотра судна.
· - Синда, давай обойдем корабль, якобы ищем подходящее место для портрета. Запоминай, что где находится – в каюте все обсудим. У кормы мы обнаружили шлюпки, они были в хорошем состоянии и весла находились, слава богу, там же – это, на всякий случай - путь к отступлению. В одной из лодок храпел в стельку пьяный детина в омерзительном виде – с расстегнутой ширинкой и со слюной, текущей по правой щеке.
· - Да-м-с, с дисциплиной тут явно напряженно.
· - Стив, а ты веришь, что этот гад нас отпустит?
· - Честно? Не очень. Слишком уж тщательно он разыгрывал свою роль «благородного корсара». Так что, пока ты рисуешь его мерзкую рожу – надо продумать побег.
· Внезапно все изменилось – послышались чьи-то крики, поднялась невообразимая суматоха, какие-то люди выскакивали как из щелей, поднялся и наш пьяница из шлюпки, и через короткий срок все были построены в две почти равные шеренги.
· Кричал, как я понял, неказистого вида крепыш, с выпученными, как у рыбы глазами и острым кадыком – скорее всего, помощник капитана. Через минуту воцарилась тишина – я, честно говоря, такой прыти от полупьяной ватаги не ожидал.
· - Дисциплина-то здесь, все-таки, есть, хотя строится она, по-видимому, на страхе – подумал я и начал считать, сколько же их здесь? Оказалось – тридцать пять человек. Практически у каждого из них вид был, скажем прямо, непрезентабельный. Лица, опухшие от пьянства, синяки, кровоподтеки, да и одежда помятая – на ночь, очевидно, не раздевались. Однако, тем не менее, все застыли в трепетном ожидании чего-то. И тут вышел главарь. Был он чисто выбрит, одет в синий, с позолотой мундир и такую же треуголку – в общем, он выгодно отличался от других. Лицо его было бесстрастно, но глаза сощурены, а брови сдвинуты: молча, он несколько минут наблюдал за командой, которая, не мигая, смотрела на него, будто кролик на удава. Он заговорил, и речь его была негромкой и даже вкрадчивой. Пираты стояли, словно под гипнозом, покорно и униженно глядя на него.
· - Так что же вы думаете, джентльмены, корабль сам управляется, сам убирается и так далее? Зачем мне тогда вы? Я собрал вас со всех помоек Америки, я дал вам возможность заработать, стать людьми…. Флибустьер резко развернулся к одному из пиратов.
· - Ты, Сэм, опять устроил дебош? Забыл, что я говорил тебе в последний раз?
· Сэм, здоровенный детина, трясся, как в лихорадке, низко опустив голову. Вдруг он упал на колени, с мольбой глядя в лицо капитана.
· - Я ведь предупреждал тебя, Сэм, - главарь вкрадчиво и почти нежно сказал эти слова, погладил бедолагу по опущенной голове и вдруг, резко ткнул пальцем в грудь двух здоровенных мужчин, стоявших рядом. Через минуту Сэм, отчаянно вырывающийся и орущий, был выкинут за борт. Его крики еще долго были слышны за стремительно удаляющимся кораблем. На палубе же, наоборот, стояла почти осязаемая, напряженная тишина. Капитан неожиданно улыбнулся и сказал:
· - Мальчики! Я и сам люблю выпить, но дело есть дело. Мы неплохо потрудились, думаю, заработаем немало, и вы пополните свои кошельки. Я никого не обижу – вы меня знаете. Но порядок и дисциплина – это святое! Не забывайте об этом, мальчики. – Он поднял руку, - это все!
· И тут все закрутилось, завертелось, начало чиститься, мыться и так далее, чего я совершенно не ожидал. Синда, пораженная увиденным, стояла, широко распахнув глаза, в которых плескался ужас. Я сжал ее руку и повел к капитану.
· - Сер, мы нашли удачную перспективу для портрета…
· - Что ж, я не против. Парень, сделаешь за день? Видишь ли, у меня день рождения – хотел себя порадовать твоей работой.
· Синда только было, открыла рот, но я опередил ее.
· - Люк постарается, сер. Давайте начнем. Прикажите принести вам удобное кресло, а мы принесем краски и мольберт. Мы спустились в каюту, где я обнял дрожащую и испуганную девушку и, гладя по голове, успокаивал:
· - Синда, успокойся. Возьми себя в руки. Это же пираты – ты слышала – они собраны со всех помоек Америки.
· - Это не имеет значения, этот человек…, все равно – он человек, Стив….
· - Успокойся, прошу тебя. Картина не из приятных, конечно, - насильственная смерть, тем не менее – все они здесь - подонки. Просто одним стало меньше…. Возьми себя в руки, вспомни – наша жизнь в опасности.
· - Теперь насчет портрета. Думаю, сей господин не большой знаток живописи. Главное – лицо. Постарайся его тщательно выписать, а все остальное – просто попомпезнее, и все.
· Мы помолчали. Мне вдруг до боли так захотелось поцеловать ее по-настоящему, не по-дружески. Я резко отстранился, с большим трудом себя контролируя.
Автор Ирина Сычева.