О сведении двух альбомов Чёрного Лукича, создании проекта ТАЙГА, смене спортивной карьеры на музыкальную, а также о забавных концертах ОРКЕСТРА ОДНОРАЗОВОЙ МУЗЫКИ рассказывает Сергей Нижников – звукорежиссёр, барабанщик групп ТАЙГА, ОРКЕСТР ОДНОРАЗОВОЙ МУЗЫКИ, УЛИЦА М…РГ.
Расшифровка видеозаписи интервью МАШБЮРО с Сергеем Нижниковым. 11.05.2026. Часть 1.
- МАШБЮРО: – Мы собрались в галерее с баром «Неяэтопредложил» – интересном и гостеприимном месте с прекрасной сибирской кухней! МАШБЮРО продолжает серию интервью с людьми, связанными с сибирским андеграундом. Сегодня у нас в гостях замечательный человек, звукооператор, музыкант Сергей Нижников. Первый вопрос традиционно про семью и родню: как вы оказались в Сибири?
СЕРГЕЙ НИЖНИКОВ: – В 67-м году, когда мне было четыре года, мы приехали сюда из Алма-Аты, где я родился. С тех пор здесь и живу, никуда не уезжая, кроме армии.
- Как и когда музыка появилась в твоей жизни?
– Случайно. Во время учёбы я занимался спортом. Однажды родственник (Царствие ему Небесное!) сказал: «Когда будет время, зайди». Я зашёл, он посадил меня за барабаны, и я сразу начал играть. Но потом решил: я спортсмен, мне это не нужно.
Занимался спортом до возвращения из армии после травмы. С музыкой вообще никак связан не был. Года в 23-24 года меня позвали поиграть, решили собрать группу. Я, естественно, сел за барабаны. Пошёл в музыкальную школу для взрослых на улице Щетинкина, но понял, что меня там ничему особенному не научат, и бросил. Это был 87-й год.
Позже у меня была группа УЛИЦА М...РГ. Клавишница сказала: «Ты мне ноты напиши, и я всё сыграю». А я-то тупой, нотной грамоты не знаю! И я опять пошёл в музыкальную школу для взрослых, только уже по классу фортепиано. Отучился год, мне хватило, и началось музицирование в таком формате.
- Какие музыканты играли в гр. УЛИЦА МОРГ?
– Из известных никого не было. Играли мои друзья, соседи, клавишницу я вообще взял из моей школы – она училась в седьмом классе. Ещё один мой товарищ учился в одном классе с Женькой Каргаполовым, а потом они вместе служили два года в армии в Подмосковье. Мир тесен – все друг друга знали.
- Остались ли ранние записи?
– Да, но это было позже, когда Вовка Бугаец приехал из Москвы, из гр. КАЛИНОВ МОСТ. Я увлекался KING CRIMSON, и мне сказали, что такую музыку, кроме Бугайца, никто не сыграет. Мне удалось с ним познакомиться. Он пришёл ко мне на «Фабричку» (ул. Фабричная), где я делал фестиваль «Рок на химии» в помещении местного химзавода, и мы начали потихоньку сотрудничать. Тогда открылась первая «Студия 8» во Дворце пионеров. Вовка там работал, и мы записали две песни – только та запись и осталась. Он играл на гитаре и на басу, были клавиши. Я пел и барабанил. А то, что писали у себя на химзаводе, – это так, «самодеятельность».
- Ты сам пел?
– Когда мы после армии и спорта начали заниматься музыкой, петь никто не хотел, как это часто бывает. Ну, давайте я сам спою! Играли старые песенки Жанны Агузаровой – «Верю я» и тому подобное. Одновременно возник вопрос: кто будет «рулить» за пультом? Тоже некому. Поэтому я и крутил ручки на пульте, и играл на барабанах. Повезло ещё, что я левша.
Связь с Бугайцом и «Студией 8» привела к знакомству с Виктором Чаплыгиным, КАЛИНОВЫМ МОСТОМ, ПУТТИ. А потом и Лукич (Дима Кузьмин) пришёл. Познакомились случайно. Я проводил «Рок на химии», по пятницам и субботам всегда были концерты. Кто-то сказал: «Там Чёрный Лукич, надо его пропустить». – «А кто это такой? Ну, без разницы, заходите». Потом уже в 96-м году мне позвонил Женька Каргополов: «Серёга, надо свести альбом». Они записали «Девочка и Рысь» и «Будет весело и страшно», а сводить было негде. Я уже работал в ДК Горького, где был пульт и минимальный набор аппаратуры. Мы всё подключили и свели эти альбомы за два месяца. С Димкой познакомились только в процессе, до этого общались шапочно.
- У тебя была своя параллельная музыкальная тусовка?
– Я играл в ОРКЕСТРЕ ОДНОРАЗОВОЙ МУЗЫКИ, который собрал Вовка Бугаец. Басистом был Юрка Бобков, который позже играл в группах ИВАН КАЙФ и НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ, а сейчас работает звукорежиссёром у Владимира Преснякова-младшего и везде с ним ездит. На клавишах играл Сашка Владыкин из КАЛИНОВА МОСТА. Иногда мы с Чапой (Виктором Чаплыгиным) играли на двух ударных установках. Сам Бугаец играл на гитаре. Приходили поиграть Женька Каргополов, Вадик Денисов, а главным у нас был Николай Палыч Катков. Случалось много забавных перформансов!
Играли Колины песни с Вовкиной импровизацией. Концерты длились по два-три часа, я даже приклеивал палочки к рукам изолентой, потому что невозможно было их удержать. Между песнями не было перерывов: отыграли и безо всякой коды переходили к следующей. Помню, на одном концерте Женька Каргополов играл ногами на басу: разулся и поехали!
- Есть ли видеозаписи?
– По поводу видео нужно обращаться к Жене Кокорину (ЧЕРНОЗЁМ). Бугаец работал на телеканале НТН-12, и они снимали наши репетиции и концерты, привозили по три-четыре камеры. Где это всё теперь? Есть только два небольших ролика из ДК «Кобра» и Химзавода. Всё должно быть где-то в архивах, потому что снималось на Betacam.
- Может быть, после интервью кто-то откликнется и выложит эти записи. Следующий вопрос про группу ТАЙГА. Как появилось название?
– По-моему, название предложил не Димка Кузьмин, а Чех (Олег Чеховский). После записи альбома нас позвали в Омск. Поехали втроём: я, Женька Каргаполов и Димка. После концерта поняли, что нужен басист. Лукича уже знали по тусовке ГРАЖДАНСКОЙ ОБОРОНЫ, поэтому стали думать: кто у нас такой подходящий панк? Позвали Чеха и начали репетировать у меня в ДК Горького, где и записывались.
Я тогда сказал: «Слушай, ты ЧЁРНЫЙ ЛУКИЧ, а мы тебе просто аккомпанируем. Давай назовём этот состав как-нибудь по-другому: вдруг тебе с нами играть не понравится, – тогда сможешь позвать других музыкантов». Чех говорит: «Давайте назовём ТАЙГА. Сибирь – значит, тайга». Так и пошло: Чёрный Лукич и группа ТАЙГА. После парочки концертов Димка предложил добавить баянчик.
В ДК Пичугина звукооператором работал баянист. Он закончил музыкальное училище где-то в Казахстане, был классным музыкантом. Во время службы в Алма-Ате дружил с А-СТУДИО. Говорю ему: «Женька, пойдёшь с нами играть?» – «Да я панк-рок не играл. Рестораны – вот это моё». – «Что-нибудь придумаешь!»
Первое, что с ним записали, – «Будет весело и страшно». Наложили баян на уже готовую запись, потом и в другие песни его добавили. Иногда играли втроём, потому что Чех не всегда мог ездить.
- Димки Шатохина тогда ещё с вами не было?
– Нет. Именно в составе ТАЙГИ нас было четверо: барабаны, баян, бас и Димка Лукич. Баян заменял соло-гитару.
- Я помню тот день, когда на прослушивание пришло два гитариста: Димка Шатохин и второй, более приджазованный.
– На одной из репетиций мы решили, что гитары всё-таки не хватает и объявили набор.
- Удивительно: столько друзей и связей, а гитариста искали по объявлению?
– Все знакомые уже где-то играли. Женька Каргополов сказал, что не сможет ездить. Поэтому объявили, что ищем гитариста. Люди приходили, а мы даже не знали, как их отбирать.
Потом к нам присоединился Димка Шатохин, мы его сразу прозвали «Николай Васильевич», потому что был похож на Н. В. Гоголя. Он тоже никогда такую музыку не играл, но мы ему показали партии Женьки: «Послушай, научишься – и всё!»
- Ко мне Лукич подошёл на перекуре и говорит: «О, по-моему, душевный пацан, берём его».
– Да, «Николай Васильевич» был совсем молоденьким испуганным мальчиком, но все его поддерживали.
- Мы уже брали интервью у Димы Шатохина в Питере, он очень интересно рассказывал о тех временах. Делился, что попадание в это музыкальное сообщество было удивительно мощным впечатлением.
Продолжение следует.
Больше материалов читайте на канале «МАШБЮРО: сибирское сообщество рок-н-ролла». Мы ВКонтакте и в Telegram. Присоединяйтесь! ДИСКИ, МЕРЧ, ПЛАСТИНКИ
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: