https://t.me/hurghada_elahya #ХУРГАДА #ЕГИПЕТ #ОТДЫХ #В #ХУРГАДЕ #РУССКИЕ В ХУРГАДЕ #ОТЗЫВ #ОБЗОР #ПОЛЕЗНЫЕ #СОВЕТЫ #ШЕРАТОН #ОТЕЛЬ #ОТПУСК #МАНГО
Я всегда знала, что мой Андрей — человек с широкой душой. Он мечтал увидеть мир, узнать другие культуры, понять, как живут люди за пределами нашего маленького городка. Когда он объявил, что собирается жениться на египтянке по имени Афаф , я не сразу смогла это принять.
Андрей познакомился с Афаф во время поездки в Хургаду. Она работала гидом и сразу покорила его своей улыбкой и живым умом. Сын писал мне длинные сообщения: рассказывал, как они гуляли вдоль моря, как Афаф показывала ему атмосферные места и объясняла обычаи своей страны. В каждом слове сквозила любовь.
Я пыталась смириться. Да, она из другой культуры, но, может, именно с ней Андрей будет счастлив? Я собрала все свои силы и поехала на свадьбу в Каир. Город поразил меня своей суетой, жарой и яркими красками. Свадьба была пышной: музыка, танцы, сотни гостей. Афаф в белом платье выглядела как принцесса из восточной сказки. Я смотрела на них и молилась, чтобы всё сложилось хорошо.
Первые годы они жили в России. Афаф учила язык, старалась привыкнуть к нашему климату и традициям. Было непросто: она скучала по семье, по солнцу, по морю. Андрей делал всё, чтобы ей было комфортно, но я видела, как она тоскует.
Однажды Андрей получил предложение о работе в Каире — его фирма открывала там филиал. Он долго сомневался, но Афаф сказала: «Это шанс начать всё заново, на моей земле. Ты будешь рядом со мной, а мои родители помогут нам освоиться». Сын посмотрел на меня и спросил: «Мама, ты же хочешь, чтобы я был счастлив?» Я сглотнула комок в горле и кивнула.
Они уехали. Первое время всё было хорошо: сообщения, звонки, фотографии. Андрей писал, что нашёл общий язык с родителями Афаф, что они очень гостеприимны. Но потом что‑то изменилось. Сообщения стали короче, звонки — реже. В голосе сына появилась усталость.
Однажды мне пришло сообщение от Афаф. Дрожащими руками я нажала на эконку на телефоне и прочла: «Уважаемая Анна Ивановна, я больше не могу так жить. Андрей хочет вернуться домой, но мои родители против. Они говорят, что он должен остаться здесь, что он теперь часть нашей семьи и обязан подчиняться нашим правилам. Андрей пытается быть хорошим мужем и зятем, но он теряет себя. Я вижу, как он угасает, и не знаю, что делать».
Я позвонила сыну, но трубку взяла его тёща. Холодным голосом она сказала: «Андрей занят. Он не может говорить. У него много дел». Я почувствовала, как сердце сжалось от тревоги.
Через месяц я получила новое сообщение : «Анна Ивановна, приезжайте. С Андреем случилось несчастье». Бросив всё, я вылетела в Каир.
В больнице врач сказал мне страшные слова: «Он пытался покончить с собой. Сейчас его жизнь вне опасности, но он очень слаб — и физически, и морально». Когда я вошла в палату, Андрей лежал с закрытыми глазами. Он открыл их, увидел меня и заплакал.
— Мама, — прошептал он, — я так устал. Я не могу больше притворяться, что всё хорошо. Я не вписываюсь в их жизнь, я чужой здесь. Я потерял себя.
Афаф стояла в дверях и тоже плакала. Она подошла ко мне и взяла за руку:
— Мы должны что‑то сделать, — сказала она. — Я люблю его, но не могу смотреть, как он умирает здесь.
Мы приняли решение вместе: Андрей и Афаф вернутся в Россию. Её родители были в ярости, они кричали, что она предает семью. Но Афаф твёрдо ответила:
— Моя семья — это Андрей. И если ему здесь плохо, мы уедем.
Сейчас они живут в нашем городе. Андрей постепенно приходит в себя. Он нашёл работу, начал улыбаться. Афаф учит детей арабскому языку и готовит блюда своей родины. Иногда по вечерам они сидят на скамейке у дома, держатся за руки и смотрят на закат.
Я смотрю на них и думаю: любовь — это не только радость, но и борьба. Борьба за то, чтобы быть вместе, несмотря на расстояния, традиции и непонимание. И, может быть, именно эта борьба делает её такой ценной.