— Проклятье! — Клим со всей силы долбанул по рулю. — Зачем мы поехали с утра?! Надо было подождать обеда, пробки бы рассосались.
Я тяжело вздохнула. Было не приятно ощущать его негатив, с учетом что вчера вечером он сам ворковал с моей мамой и предложил приехать с утра.
— Прекрати пожалуйста, — терпеливо попросила я, и оглядываясь на заднее сиденье, где спала наша дочь, добавила, — Лира спит, не надо ее будить.
Муж недовольно засопел, но ничего не сказал.
— Ты сам сказал вчера моей матери, что мы приедем с утра. Так что давай ты не будешь сливать негатив на меня и дочь! — спокойно, но холодно сказала я.
Муж сидел за рулем и нервно постукивал по панели. Мы ехали на день рождение моей мамы. Она жила в коттедже за городом, в элитном поселке. И всё бы прекрасно, но добираться туда было настоящим испытанием, особенно в выходные. Не смотря, что выехали мы рано, всё равно встали в пробку. Обычное субботнее утро и народ поехал на дачи.
— Вот только не надо меня пилить! — снова вспылил он. — Значит тебе надо было взять трубку и сказать, что мы не сможем! Почему я думаю об удобстве нашей семьи, а ты нет?!
Я повернула к нему голову, смотря на него как на .... В общем, логика мужа поражала меня своей “продуманностью”.
— Мамочка, вы ругаетесь? — ее голос, как колокольчики, прозвучал с заднего сиденья.
Я ласково посмотрела на дочь и уже собиралась ее успокоить, как муж меня перебил.
— Нет, Лира, — резко ответил он, — Просто мама, как обычно, о нас не подумала!
“Рот закрой!” — чуть не сорвалось с моего языка, но я осеклась. Не хотелось ругаться при дочери.
Муж недовольно засопел, но на этот раз сдержался от дополнительного “комментария”. Он поправил зеркало заднего вида, поймав взгляд Лиры, и натянуто улыбнулся.
— Ладно, малышка, не дуйся. Папа просто не выспался.
Я почувствовала, как напряжение в салоне немного спало, но осадок остался. Клим перехватил руль поудобнее, и его голос зазвучал чуть мягче, словно он оправдывался. — Просто эти пробки... кажется, полжизни в них проводим. Твоя мама ведь не обидится, если мы опоздаем на полчаса?
— Нет, она поймет, ведь сама часто жалуется на пробки в их сторону, — ответила я, поправляя выбившуюся прядь волос. — Марго тоже обещала приехать пораньше, помочь с сервировкой. Она звонила утром, спрашивала, скоро ли мы будем.
При упоминании имени моей сестры Клим замер. Его пальцы, до этого нервно барабанившие по приборной панели, остановились. Он кашлянул, и я заметила, как его плечи расслабились.
— А, Марго приедет? Она вроде говорила, что не сможет — спросил он.
— Да, сказала, что планы поменялись, — пожала плечами я, протягивая и предлагая дочери бутылку с водой.
— Ну, тогда понятно, почему мы так спешим. Сестренка твоя не любит утруждать себя бытовыми делами. Ладно, прорвемся. Вон там, кажется, ряд поехал быстрее.
Он включил поворотник и виртуозно вклинился в соседнюю полосу. Резкая смена его настроения в последнее время стала тревожить. Конечно мы и раньше могли спорить, ругаться, но в последние месяцы это стало чуть ли не регулярно. Отсутствие интима тоже не придавало дзена в отношениях. Мы с мужем оба достаточно пылкие и темпераментные, до рождения нашей дочери, наша интимная жизнь была регулярной и постоянной. Но в последнее время...
«Что с нами происходит?» — этот вопрос стал моим постоянным спутником.
Я смотрела на профиль мужа — всё тот же волевой подбородок, те же мягкие карие глаза глаза, в которые я влюбилась десять лет назад. Но сейчас между нами словно выросла невидимая стена. Мы видим друг друга, слышим, даже спим в одной постели, но тепла больше нет.
Раньше Клим был моей опорой. Мы могли болтать часами, смеяться над глупыми шутками и планировать будущее. А теперь... теперь каждый разговор превращался в минное поле. Любая моя просьба воспринималась как «пилежка», любое замечание как личное оскорбление. Мы стали чаще ссориться из-за бытовых мелочей, не вовремя вынесенный мусор, не тот сорт хлеба, слишком ранний выезд к родителям.
Я списывала это на кризис, на наши завалы на работе, на мою вечную усталость из-за расписания Лиры и быта.
«Все так живут», — шептал мне внутренний голос, уговаривая потерпеть, сгладить углы, промолчать. Я верила, что это просто затянувшаяся черная полоса.
Но она никак не заканчивалась. А что самое страшное, казалось что она становится только хуже.
Пока я размышляла мы уже выехали на трассу. За окном мелькали знакомые пейзажи, а у меня на душе продолжали скрести кошки.
Клим заметил перемену в моем настроении.
— Эй... Малыш... — тихо сказал он, беря меня за руку. — Прости, ладно? Я не хотел тебя обидеть. Просто все навалилось в последнее время. Но я постараюсь все исправить.
Он поцеловал мою ладонь и улыбнулся.
— Давай сегодня попросим твою мать забрать Лиру на ночь? А сами вернемся домой и проведем время наедине? — неожиданно предложил он.
Я искренне удивилась. В последнее время такие предложения делала я и как правило муж их отклонял, ссылаясь на свою занятость.
— Это прекрасная мысль, милый! — обрадовалась я его инициативе и игриво продолжила, — Можно купить по пути домой бутылочку вина...
— Так и сделаем, малыш. — он быстро мне подмигнул и вернулся взглядом к дороге.
Мое настроение мгновенно подлетело вверх и мир вокруг словно стал ярче. Обиды, копившиеся всё утро, притупились, уступая место надежде. Неужели лед тронулся? Неужели он тоже чувствует, как нам не хватает друг друга?
Спустя двадцать минут мы свернули с шоссе на широкую асфальтированную дорогу, ведущую в элитный поселок. Высокие сосны по обеим сторонам отбрасывали длинные тени, а воздух здесь казался прозрачным и густым от аромата хвои. Коттеджный поселок «Дубрава» всегда выглядел как картинка из журнала. Идеально подстриженные газоны, кованые заборы и дома, каждый из которых претендовал на звание маленького дворца.
Мамин коттедж показался впереди. Двухэтажное здание из светлого кирпича с панорамными окнами и уютной террасой. У ворот уже стоял знакомый ярко-красный кроссовер Марго.
— Смотри, твоя сестра уже здесь, — заметил Клим. Его голос прозвучал буднично, он потянулся к зеркалу, поправляя воротник своей поло и приглаживая волосы.
Мы заехали во двор, и не успел Клим заглушить двигатель, как дверь дома распахнулась. На крыльцо вышла моя мама – Ирина Леонидовна Радова. В свои пятьдесят четыре она выглядела безупречно, строгая укладка, легкий шелковый костюм и неизменная белоснежная улыбка.
— Бабушка! — Лира первая выскочила из машины и бросилась к ней.
— Лирочка, девочка моя! — мама прижала внучку к себе, но её взгляд уже скользил мимо неё, фокусируясь на нас с Климом.
Я вышла из машины, чувствуя приятную прохладу загородного воздуха, и направилась к ним. Клим шел следом, неся пакеты с подарками.
— Мамочка, с днем рождения! — я обняла её, вдыхая знакомый аромат её дорогих духов.
— Спасибо, Кариночка. Наконец-то вы добрались, мы уже заждались, — ответила мама.
Она тут же переключила всё свое внимание на моего мужа.
— Климушка! Ну проходи же, дорогой. Выглядишь уставшим, совсем тебя на работе загоняли? — она ласково коснулась его плеча.
— Всё в порядке, Ирина Леонидовна. Пробки немного вымотали, но ради вашего праздника это мелочи, — Клим улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой, той самой, которой он когда-то покорил и меня.
Мелочи? Меня немного скривило от его вранья.
— Ой, да ладно тебе, «вымотали»! — с террасы донесся звонкий смех.
Там стояла Маргарита. В коротком сарафане, подчеркивающем её стройные ноги, с бокалом шампанского в руке. Она выглядела расслабленной и видимо не собиралась помогать маме на кухне.
— Ты видимо просто не привык вставать так рано по субботам, — Марго подмигнула ему и снова засмеялась. — Привет, козявочка!
Она обняла мою дочь и расцеловала ее в обе щеки.
— Привет, сестренка, — Марго подошла ко мне и чмокнула в щеку, её взгляд переместился на Клима. — Привет, зятек. Поможешь мне? Там на кухне надо открыть вино, а я вечно ломаю ногти об эти пробки.
— Конечно, помогу, — отозвался Клим, перехватив пакеты по удобнее, они скрылись в прохладной глубине дома.
Я осталась на крыльце рядом с мамой.
— Карина, что ты стоишь? Бери вещи Лиры и иди в дом, — мама бодро хлопнула в ладоши и подхватила Лиру на руки. — Нужно помочь Марго с закусками, а то она одна не справляется.
Мама зашла в дом, увлекая за собой Лиру, а я, вздохнув, подхватила сумки и последовала за ними. Внутри коттеджа царила приятная прохлада и аромат свежих цветов. Мама всегда обожала лилии, их тяжелый сладковатый запах заполнял весь холл.
Когда я вошла на кухню, картина «помощи» Маргариты предстала во всей красе. Сестра грациозно восседала на высоком барном стуле, покачивая ногой в изящной босоножке. В одной руке она держала запотевший бокал с шампанским, а другой лениво пролистывала ленту в телефоне. Клим уже открыл бутылку и теперь о чем-то негромко переговаривался с ней, но, увидев Лиру тут же подхватил ее и сказал:
— Пойдем, малявка, проверим, созрела ли у бабушки малина за домом, — бодро сказал он, направляясь к выходу на задний двор. — Дадим девчонкам посплетничать.
Я проводила их взглядом. Приятно было видеть, как он возится с дочерью, именно это согревало меня, когда между нами ощущался холод.
— Ну что, именинница, фронт работ где? —обратилась я к маме и засучила рукава, подходя к разделочному столу, где дожидались своей очереди овощи для салата и огромная тарелка с морепродуктами.
— Ой, Кариночка, как хорошо, что ты пришла, — мама тут же начала выставлять из холодильника соусницы. — Марго совсем зашивается, столько всего нужно успеть...
Марго при этих словах даже не моргнула, лишь сделала аккуратный глоток золотистой жидкости. Я усмехнулась про себя. «Зашивающаяся» сестра выглядела так, будто только что сошла с обложки журнала о роскошной жизни.
— Карин, — мама вдруг понизила голос и подошла ближе, — я хотела тебя попросить. У Марго на нынешнем месте дела идут... ну, ты понимаешь. Скучно ей там, перспектив ноль. Поговори со своим шефом, а? Вы же с Егором Константиновичем в отличных отношениях, он тебя ценит. Может, найдется у них место для такой яркой и амбициозной девушки?
Я замерла с ножом над болгарским перцем.
— Мам, в нашей фирме сейчас штат укомплектован. И Егор Константинович – мой начальник, а не лучшая подружка, чтобы я приводила родственников без конкурса.
— Да ладно тебе, Карина, — лениво подала голос Марго, наконец оторвавшись от телефона. — Просто замолви словечко. У тебя же там репутация «идеального сотрудника». Тебе не откажут.
— Я могу спросить, — осторожно ответила я, глядя на сестру, — но никаких гарантий, Марго. Там серьезный отбор, и придется действительно работать, а не просто пить кофе.
— Ну вот и славно, — мама довольно улыбнулась, явно считая вопрос решенным.
Я принялась шинковать перец, стараясь перевести тему.
— Кстати, а где дядя Артур? Я думала, он встретит нас у ворот. Все-таки твой день рождения, странно, что его не видно.
Артур Андреевич был вторым мужем моей мамы и отцом Маргариты. Он был хорошим мужчиной и относился ко мне всегда тепло. Развод моих родителей был скандальным. Я тяжело его принимала, а когда моя мать снова вышла замуж, я не смогла называть отчима иначе кроме как по имени.
Мама на секунду замялась, поправляя и без того идеальную салфетку на столе. Тень недовольства промелькнула на её лице.
— Артур... — она вздохнула. — Мы решили временно пожить отдельно. Знаешь, после стольких лет иногда нужно просто отдохнуть друг от друга. Проветрить голову, так сказать. Так что сегодня будем только своим, тесным кругом. Без лишних глаз.
— Отдохнуть? — я удивленно подняла брови. — Вы же всегда были такой стабильной парой. Что-то случилось?
— Ничего не случилось, Карина, просто кризис, — бросила Марго, рассматривая свой маникюр. — Маме нужно пространство, отцу – покой. Обычное дело для семей с таким стажем. Лучше расскажи, что там с вином, которое вы привезли? Оно точно подходит к рыбе?
Я промолчала, но слова матери о «временном отдыхе» показались мне странными. В воздухе этого дома витало что-то еще, кроме аромата лилий и дорогого парфюма. Что-то неуловимое, чего я пока не могла разобрать.
Я решила, что сейчас – самый подходящий момент, чтобы озвучить предложение Клима. Глядя на то, как мама хлопочет вокруг стола, я почувствовала прилив нежности и надежды на то, что этот вечер действительно может всё изменить.
— Мам, слушай, — я отложила нож и вытерла руки полотенцем, — у меня к тебе просьба. Мы сегодня с Климом... в общем, он предложил провести вечер вдвоем. Можно Лира останется у тебя на ночь?
Мама на мгновение замерла с соусницей в руках и пристально посмотрела на меня.
— На ночь? — она переспросила так, будто я попросила её о чем-то из ряда вон выходящем. — Карина, сегодня же мой день рождения. Я думала, мы все вместе посидим подольше. Почему такая спешка?
Я подошла к ней ближе и тихо, чтобы Марго, продолжавшая изучать телефон, не слишком прислушивалась, призналась:
— Мам, у нас в последнее время... ну, не всё гладко. Ты же видела, как он в машине нервничал. Холодок какой-то пробежал, ссоримся из-за ерунды. А сегодня Клим сам проявил инициативу. Сказал, что хочет всё исправить, побыть только со мной. Для нас это сейчас очень важно.
Мама медленно поставила соусницу на стол. Её взгляд на долю секунды метнулся к Маргарите, которая в этот момент сделала особенно долгий глоток шампанского, а затем снова вернулся ко мне. Лицо матери разгладилось, сменившись мягкой, почти понимающей улыбкой.
— Ох, Кариночка... Дела семейные, — она вздохнула и ласково коснулась моей щеки. — Конечно, я понимаю. Если Клим хочет «всё исправить», то мешать я точно не буду. Лира – моя радость, она с удовольствием побудет у бабушки. Мы с ней завтра и погуляем, и еще пирогов напечем.
— Спасибо, мам, ты меня очень выручишь, — я почувствовала, как с души свалился огромный камень.
— Вот и договорились, — подвела итог мама, возвращаясь к делам. — Иди, позови своего «инициатора» и Лирочку. Скоро гости будут собираться, будем садиться за стол. Нужно успеть насладиться праздником, пока вы не сбежали в свою романтическую изоляцию.
— Ой, да ладно тебе, трагедию разыгрывать, — вдруг вклинилась Марго, даже не оборачиваясь. — Правильно мама говорит, пусть ребенок у бабушки побудет. Вам с Климом полезно... выпустить пар. А то вы в последнее время оба какие-то дерганые. Хотя что-то я сомневаюсь, что это поможет.
Я замерла уже на выходе из кухни и в недоумении уставилась на сестру.
Клим
Я стоял на крыльце, сжимая перила до белизны в костяшках, и наблюдал, как Лира носится по идеально подстриженному газону тещи. Дочь смеялась, подпрыгивала, ловила каких-то бабочек... а внутри меня всё клокотало от липкой, обжигающей ярости.
Вот ведь она!
Маргарита в последнее время все чаще умудрялась выедать мне мозг чайной ложечкой. Каждое её слово, каждый капризный изгиб губ теперь вызывали у меня не желание, а глухое раздражение. Я всё чаще ловил себя на мысли, что эта интрижка превращается в душную петлю. Любовница, которая поначалу казалась глотком свежего воздуха, превратилась в паразита.
Её претензии росли в геометрической прогрессии, то ей подавай шубу «не хуже, чем у Карины», то отдых в Эмиратах в самый разгар моих рабочих отчетов. Но больше всего бесило другое. Она умудрялась закатывать истерики именно тогда, когда я пытался быть «нормальным отцом». Стоило мне обнять дочь или сесть ужинать с женой, как телефон в кармане начинал вибрировать от её ядовитых сообщений.
Она требовала всё моё время, все мои деньги и, кажется, всю мою душу. Раньше её ревность к сестре меня заводила, казалась признаком страсти. Сейчас это казалось просто дешевым шантажом. Я смотрел на Лиру, но видел перед глазами перекошенное лицо Марго и слышал её бесконечное: «Я! Мне! Когда?!».
В памяти всплыл наш вчерашний разговор. Стоило мне закрыть дверь моего кабинета, как телефон взорвался от её звонка. Марго даже не поздоровалась.
— Заберешь меня завтра? Заедешь с утра, и поедем на день рождения матери вместе, — заявила она таким тоном, будто это было уже решенное дело.
Я на секунду лишился дара речи. Прижал трубку плечом к уху, чувствуя, как внутри закипает тяжелая волна раздражения.
— Марго, ты в своем уме? Как ты себе это представляешь?! — я едва сдерживал голос, чтобы секретарша за дверью ничего не услышала. — Я еду с женой и дочерью. У нас полная машина вещей, автокресло... Если я сделаю крюк на другой конец города, чтобы забрать «любимую сестренку» жены, это вызовет не просто вопросы, а настоящий допрос! У тебя своя машина, в конце концов.
— Опять! Снова эти отговорки! — Марго мгновенно завелась, её голос в трубке стал ультразвуковым. — Жена, дочь, семейные обязанности... А как же я, Клим? Я что, пустое место? Ты совсем перестал уделять мне время! Я сижу в своей квартире как в золотой клетке и жду, когда ты соизволишь освободиться между своим «святым» отцовством и бытовухой!
Я слышал, как она нервно чиркнула зажигалкой на том конце провода.
— Я устала от такого отношения, слышишь? — продолжала она, и в её интонациях появилось то самое ядовитое жало, которое я так ненавидел. — Мне надоело быть «номером два». Если ты завтра не проявишь хоть каплю внимания ко мне, я не гарантирую, что за праздничным столом не ляпну что-нибудь лишнее.
Я зажмурился, чувствуя, как виски сдавливает обручем. Она не просто капризничала, она откровенно шла на шантаж. И самое паршивое было то, что я сам дал ей эту власть.
Этот момент торга заставил меня скрипнуть зубами, но выбора особо не было. Я понимал, что если сейчас не закрыть ей рот чем-то дорогим и блестящим, завтрашний юбилей превратится в пепелище.
— Ладно, Марго, тише, — я сменил тон на вкрадчивый, почти ласковый, хотя внутри хотелось швырнуть телефон в стену. — Ты же знаешь, как я к тебе отношусь. Просто сейчас нужно немного выдержки.
Я сделал паузу, давая ей возможность сбавить обороты, и добавил козырь:
— Помнишь то колье из последней коллекции, на которое ты засмотрелась в «Монако»? С сапфиром? На следующей неделе, когда вернемся в город, мы заедем за ним. Оно будет твоим. Считай это моим подарком за твое терпение.
В трубке повисла тишина. Я почти физически чувствовал, как в её голове щелкают шестеренки, подсчитывая стоимость камней. Гнев Марго обладал удивительным свойством испаряться, как только на горизонте маячил чек с пятизначной суммой.
— С тем самым сапфиром? — её голос мгновенно изменился. Куда-то исчезли истеричные нотки, сменившись ленивым, кошачьим мурлыканьем. — Которое «невероятно подчеркивает мои глаза»?
— Именно оно, — подтвердил я, переводя дыхание. — Но при одном условии. Завтра ты сама грация и молчание. Добираешься сама, улыбаешься Карине, помогаешь матери. Никаких намеков, никаких сцен. Справишься?
— Ну, раз так... — Маргарита картинно вздохнула, уже явно любуясь воображаемым колье на своей шее. — Я попробую быть паинькой. В конце концов, я же люблю свою сестру. И сапфиры я тоже очень люблю. До завтра, милый.
Она сбросила вызов, оставив меня в пустом кабинете с привкусом желчи во рту. Эта женщина была профессиональным вымогателем, и я сам приучил её к тому, что любой конфликт имеет свою цену в каратах.
— Клим! — визг Марго, пронзительный и острый, как осколок стекла, буквально вырвал меня из тяжелых раздумий.
Я вздрогнул и обернулся. Марго неслась на меня через идеально подстриженный газон тещи, словно разъяренный ледокол, не видя перед собой никаких препятствий. Её лицо сейчас было перекошено от ярости. Тонкие каблуки впивались в мягкую почву, но она, кажется, этого даже не замечала.
— Ты совсем страх потерял?! — выдохнула она, остановившись в шаге от меня. От неё пахло шампанским и чем-то приторно-сладким, что в эту секунду вызывало у меня лишь тошноту. — Какое рандеву сегодня с Кариной?
Она почти шипела, подавшись вперед. В её глазах, которые я когда-то называл «колдовскими», сейчас полыхало самое настоящее безумие.
— Марго, замолчи! — я затравленно оглянулся на окна дома, надеясь, что Карина не стоит за занавесками. — Ты с ума сошла? Сбавь тон!
— Сбавь тон? — она сорвалась на захлебывающийся смех, который в любую секунду мог перейти в истерику. — Я всё слышала! «Уедем вдвоем», «Наладить отношения»! Ты думал, я буду сидеть и смотреть, как ты строишь из себя идеального муженька?!
Её пальцы с безупречным маникюром впились в мой локоть. Я чувствовал, как колье с сапфиром, обещанное вчера, стремительно обесценивается на фоне её ущемленного эго.
— Мы договорились! — я перехватил её руку, сжимая чуть сильнее, чем следовало. — Ты получила своё, Марго. Молчи и делай, что обещала. Это просто маневр, чтобы она ничего не заподозрила.
— Хорош маневр! — она дернула плечом, сбрасывая мою руку. — Ты едешь с ней в ваш дом, Клим. А я должна оставаться здесь и улыбаться в пустоту? Если ты сейчас же не придумаешь, как отменить это ваше «свидание», я клянусь, Карина узнает о нас раньше, чем вы доедете до трассы!
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Семейный" развод", Тара Рей❤️
Я читала до утра! Всех Ц.