Человек в белом халате — первый, кого видит новорождённый ребёнок. Это не то знакомство, которое хочется продолжать во взрослом возрасте, однако все мы имеем свойство болеть, и поэтому визиты в медучреждения время от времени наносить всё-таки приходится. Тему медицины с откровенной, абсолютно хулиганской прямотой обожал препарировать воткинский карикатурист Владимир Ижболдин, известный не только своей плодовитостью (за свою жизнь он создал более десяти тысяч смешных рисунков), но и оригинальным стилем, который многие до сих пор считают возмутительным.
Его герои — это тушите свет и выносите всех святых. Особенно это касается женщин, которых назвать представительницами прекрасного пола не повернётся язык. Их внешность, как бы так помягче сказать, отличается гипертрофированностью.
Проходивший всю жизнь в холостяках Ижболдин выкатил на сцену совершенно убойный типаж: стеклянные, пустые глаза, в которых отродясь не ночевал даже робкий зачаток интеллекта, длинные носы и огромные яркие губы. Словом, физиономии такие, что из соображений гуманности их хочется немедленно чем-нибудь прикрыть.
Но кого, скажите на милость, волнует лицо, когда главный ударный арсенал расположен ниже шеи? Автор щедро отсыпал и отрисовал своим героиням такие феноменальные формы с обоих фасадов, что закон всемирного тяготения нервно курил в сторонке.
Бюстам этих дам тесно в пространстве картинки, и они прут прямо в стратосферу, а крутые бедра безжалостно вытесняют из кадра всё лишнее, потому для такого праздника плоти требуется очень много свободного места. На фоне фигуристых валькирий сильный (и лысоватый) пол выглядит забавной ошибкой эволюции.
Поликлиники и больницы в работах Ижболдина — это отдельный герметичный мирок. Сын военврача, он подходил с карикатурам со знанием дела и изображал чистилище в кафеле, где мгновенно слетала любая социальная шелуха. Никаких вам обаятельных и доброжелательных докторов. Только опыт, только цинизм, только хардкор.
Хотите увидеть гипертрофированный и прокуренный отечественный реализм? Вам сюда. Тут пациенты по-детски верят в чудо, а врачи уже деловито соображают, как бы помудрёнее обозвать их болячку. В альтернативной клинике Ижболдина суровый хирург с пилой лезет в череп и буднично, как слесарь, констатирует: «Извините, но у вас там ничего нет!»
Каким бы крутым начальником ни был пациент в своём кабинете, в казённых пижамных штанах и с голым задом перед медсестрой он всего лишь дрожащий организм. Букашка. А она — полноправная властительница этого белохалатного Олимпа, вооружённая клизмой и убийственным декольте.
Кстати, о декольте. Стоит пациенту-мужчине зайти в процедурный кабинет, как у него внутри мгновенно, вопреки обстоятельствам, щёлкает тумблер самцовости и просыпается животный магнетизм. Мужик может годами безынициативно лежать на дне семейного быта, как ленивый усатый сом, но именно здесь, в больничке, его потянет на романтику со шприцем! Клюёт крупная рыба на знатную наживку, и баста!
Ижболдин своих монструозных барышень не с потолка брал. Высматривал подходящую фактуру прямо на улице, смущая женщин профессиональным сканирующим взглядом, а потом раз-раз-раз, и что-то зарисовывал в блокнотике. И вскоре на свет появлялись дамы с прелестями, раздутыми до размеров дирижабля.
Кстати, чтобы с таким смаком издеваться над человеческой анатомией, нужен профессиональный багаж. Это вам не палка-палка-огуречик. Когда Ижболдин понял, что для качественного графического хулиганства ему не хватает школы, он поступил в московский заочный университет искусств. Ведь чтобы грамотно ломать правила об колено, их нужно знать.
А он точно знал, какую мышцу раздуть до абсурда, какую кость вывернуть под немыслимым углом, чтобы пробить зрителя не на вежливую ухмылку, а на хохот или возмущение. Надо отдать ему должное: живую и яркую реакцию его рисунки вызывали всегда. И продолжают это делать по сей день.
За популярность у аудитории и бьющую под дых дерзость рисунков Ижболдина окрестили отцом удмуртской карикатуры. Да, от его работ иногда дёргается глаз, многие из них грубые, натуралистичные и возмутительные. Всё так.
Но его печатали везде: от заводских многотиражек до скандального «СПИД-инфо» и легендарного «Чаяна». И зрители просили добавки, потому что это было узнаваемо, жизненно и очень смешно. В современном высокотехнологичном мире, где все вдруг стали нежными фиалками, его карикатуры переживают второе рождение.