Кроме всяческой жути, мрака, странности и лирики Сологуб отличается и чувством юмора — очень, впрочем, своеобразным. Почти абсурдным.
Временами его странное веселье напоминает обэриутскую заумь, этакий Хармс до Хармса.
Особенно это заметно по его коротким текстам, которые сам он называл «сказочками».
Сказочки Сологуба
Обидчики
Мальчик с пальчик встретил мальчика с ноготок и поколотил его. Стоит мальчик с ноготок и жалобно пищит.
Увидел это мальчик с два пальчика, и прибил мальчика с пальчик, — не дерись! — говорит. Заверещал мальчик с пальчик.
Идёт мальчик с локоток, и спрашивает:
— Мальчик с пальчик, о чём ты плачешь?
— Гы-гы! мальчик с два пальчика меня оттаскал, — говорит мальчик с пальчик.
Догнал мальчик с локоток мальчика с два пальчика, и больно прибил его, — не обижай, — говорит, — маленьких!
Заплакал мальчик с два пальчика и побежал жаловаться мальчику-приготовишке. Приготовишка сказал: я его вздую! — и вздул мальчика с локоток. А приготовишку за это поколотил второклассник.
За приготовишку заступилась его мама, и оттаскала второклассника.
Закричал второклассник, — прибежал его папа, прибил приготовишкину маму. Пришёл городовой, и свёл второклассникова папу в участок.
Тут сказка и кончилась.
Весёлая девчонка
Жила такая весёлая девчонка, — ей что хочешь сделай, а она смеётся.
Вот отняли у неё куклу подруги, а она бежит за ними, заливается-смеётся и кричит:
— Наплевать на неё! Не надо мне её.
Вот мальчишки её прибили, а она хохочет:
— Наплевать! — кричит, — где наше не пропадало!
Говорит ей мать:
— Чего, дура, смеёшься, — вот возьму веник.
Девчонка хохочет:
— Бери, — говорит, — веник, — вот-то не заплачу, — наплевать на всё!
Весёлая такая девчонка!
Бык
У одного мальчика мама была в светло-синих очках, а папа — в тёмно-синих.
Они на весах вешали всё, что мальчик ел, — и мясо, и молоко, — всё вешали.
Вот раз папа и говорит маме:
— А ведь наш мальчик сегодня первого быка скушал, — завтра за второго примется.
Мальчик услышал это, заплакал и сказал:
— Я не хочу есть быка, — у быка рога.
Кусочек сахару
Жила-была хозяйка. У неё был маленький ключик от шкафика. В шкафике стоял маленький ящик. В ящике лежал малюсенький кусочек сахару.
Жила у хозяйки собачонка. Она была капризная, — вдруг возьмёт да и затявкает на хозяйку.
А хозяйка возьмёт ключик, отворит шкафик, достанет ящик и вынет кусочек сахару. Собачонка и завиляет хвостом.
А хозяйка скажет:
— Тявкала, Каприза Петровна, — вот тебе и не будет сахару.
И спрячет всё по-прежнему. Собачонка раскаивается, да поздно.
Леденчик
У девочки был леденчик в бумажке.
Сперва было их много, да она съела, — один остался.
Вот и думает: «Съесть самой или на бедных пожертвовать?»
Думает: «Бедной девочке отдам».
А потом подумала: «Лучше буду делиться с бедными пополам». И съела пол-леденца.
А потом опять подумала: «Со следующих леденцов начну, а теперь дам ей пол-половинки», — и съела сама пол-половинки.
А так мало осталось, что уже и не стоило отдавать бедной девочке, — девочка и остальное сама съела.
Про белого бычка
Няня спросила Леночку:
— Сказать тебе сказку про белого бычка?
Леночка сказала:
— Скажи.
А няня и говорит:
— Я скажу сказку про белого бычка, ты скажешь сказку про белого бычка, не сказать-ли тебе сказку про белого бычка?
Леночка догадалась, что няня не знает про белого бычка.
Вот и думает Леночка, — ладно, лягу спать, сама увижу про белого бычка. Заснула Леночка, и всю ночь спала крепко, а уж под самое утро вспомнила про белого бычка, и увидала белого бычка во сне. Но только что она его увидала, как пришла няня, и разбудила Леночку. Леночка рассердилась и сказала:
— Сама не знаешь, да и другим узнать не даешь.
Ласковый мальчик
Саша любил сладкое.
А мама не давала ему много сладкого, чтобы у него зубы не испортились.
Он и придумал так выпрашивать, — знает, что у мамы есть конфеты, он и примется её целовать да приговаривать:
— Сладенькая ты моя конфетка, гладенькая ты моя конфетка.
Мама рассмеётся и даст Саше конфетку.
Пришёл рябой дядя с пряниками.
Саша забрался к нему на колени и приговаривает:
— Писанный ты мой пряничек, вяземский ты мой пряничек!
А рябой дядя сказал:
— Я не люблю попрошаек.
И спрятал пряники в карман.
Во сне
Один мальчик любил спать. И он все сны видел. И так много снов видел, что и забывал иногда, что во сне, что наяву было.
Пошла мама в лавку, и его взяла, говорит:
— Куплю тебе яблок.
Только у неё денег не хватило, она и не купила яблок.
Пришли домой, мальчик и говорит:
— Ты же яблок обещала купить.
А мама говорит:
— Тебе это приснилось.
Мальчик хорошо помнил, что это не во сне было, и говорит маме:
— Вот ты какая.
А потом он стал шалить, уронил мамин зонтик, и сломал ручку. Пришла мама из соседней комнаты, и говорит:
— Кто зонтик сломал?
Мальчик сказал:
— Он сам ушибся.
Мама рассердилась и закричала:
— Ах ты лгунишка! — я сама через дверь видела, как ты его бросил на пол.
А мальчик сказал:
— Что ты, мама! Должно быть, это тебе приснилось.
Заплатки
Лазал Вася на берёзу, разорвал курточку.
Мама нашила на курточку заплатки и сказала Васе:
— Шалуны всегда с заплатками ходят.
Пришёл вечером дядя. Он был в очках.
Поглядел на него Вася, да и говорит:
— Мама, а мама! дядя-то у нас шалун: у него на глазах заплатки.
Лягушки
Встретились две лягушки, — одна постарше, другая помоложе. Вот старшая и спрашивает:
— А ты по всякому квакать умеешь?
А младшая отвечает:
— Вот ещё, конечно, по всякому.
— Ну, поквакай, — говорит старшая.
Стала квакать маленькая лягушка:
— Ква, ква-ква!
На разные лады старается. А старшая говорит:
— Да ты только по русски квакаешь.
— А то как же иначе? — спрашивает маленькая.
— А вот, — говорит старшая, — по французски ты и не умеешь.
А маленькая и говорит:
— По французски никто не квакает.
— Нет, квакают, — сказала большая.
— Ну, как по французски квакают? — спросила маленькая. — Квакни, коли знаешь.
— A вот как, — и большая стала квакать: квю-квю-квю!
— Так-то и я умею, — говорит маленькая.
— Поквакай, коли умеешь, — сказала большая.
Маленькая и заквакала:
— Кви-кви-кви!
А старшая засмеялась и говорит:
— Так это ты «кви» по немецки квакаешь, а по французски надо квакать «квю».
Маленькая как ни старалась, ни за что не могла квакнуть «квю», заплакала, наконец, да и говорит:
— Русские лягушки лучше французских квакают, понятнее.
Ворона
Летела ворона. Видит мужика и спрашивает:
— Мужик, а мужик?
— Чего тебе? — говорит мужик.
— Ворон считать умеешь?
— Ишь ты, какая затейная, чего захотела, — проваливай подобру-поздорову.
Полетела ворона, встретила купца, спросила:
— Купец, ворон считать умеешь?
А купец говорит:
— Нам такими пустяками не приходится заниматься, — наше дело торговое.
Полетела ворона, встретила гимназиста, самого маленького из всей гимназии, и спрашивает:
— Гимназист, ворон считать умеешь?
А он и говорит:
— Я всё считать умею, я до миллиона умею считать и даже больше. Я Малинина и Буренина учил.
А ворона ему в ответ:
— А вот ворон не сосчитаешь.
— А нет, сосчитаю, — говорит гимназист.
И стал считать:
— Одна, две, три…
А ворона тут влетела ему в рот и укусила его за язык. Заплакал гимназист и говорит:
— Никогда вперёд не буду вас, ворон, считать, — коли кусаетесь, так и живите так, несчитанные.
Хрыч да хрычовка
Жили-были хрыч да хрычовка.
Жил хрыч пятьсот лет, хрычовка — четыреста.
Получал хрыч большую пенсию и отдавал её хрычовке на расходы.
Хрыч носил фуфайку на теле, хрычовка чернила волосы фиксатуаром.
Хрыч нюхал табачок и ходил в баню париться, — хрычовка ела конфетки и ходила в русскую оперу.
Пошёл раз хрыч в баню, парился, парился, запарился, умер на полке.
Пошла хрычовка в оперу, вызывала певца, кричала, кричала, закричалась, умерла на галёрке.
Схоронили хрыча да хрычовку.
Тужить не о чем: будут хрычи, будут и хрычовки.
Золотой кол
Мальчик Вова рассердился на папу.
Говорит Вова няне:
— Как только вырасту, поступлю в генералы, приду к папиному дому с пушкой, папу в плен возьму и на кол посажу.
А папа тут как тут, и говорит:
— Ах ты, злой мальчик! Как же это ты папу на кол хочешь посадить? Ведь папе больно будет.
Вова испугался, да и говорит:
— Так ведь это, папа, будет кол золотой, и с надписью: за храбрость.
Что будет
Один мальчик спросил:
— Что будет?
Мама сказала:
— Не знаю.
Мальчик сказал:
— А я знаю.
Мама спросила:
— А что?
Мальчик засмеялся и сказал:
— А вот не скажу.
Мама рассердилась. Пожаловалась папе.
Папа закричал:
— Ты как это смеешь?
Мальчик спросил:
— А что?
Папа опять закричал:
— Дерзости говорить! Ты что такое знаешь?
А мальчик испугался и сказал:
— Я ничего не знаю. Я пошутил.
Папа ещё больше рассердился. Он думал, что мальчик знает что-то, – и закричал страшным голосом:
— Говори, что ты знаешь! Говори, что будет!
Мальчик заплакал, и не мог сказать, что будет. И ему досталось.
Такое ведь вышло недоразумение!