По дороге в гостиницу Елена молчала, и Роман понимал: сестре нужно время, чтобы переварить увиденное. А сам он невольно вспомнил рассказы мамы о том, как всё начиналось.
Первые пять лет семейной жизни Вали были самыми счастливыми. Несмотря на то, что она работала на большом предприятии, а муж продолжал таксовать, в доме практически царила идиллия. Максим брал заказы в любое время дня и ночи, благодаря чему за месяц выходила приличная сумма. Валина зарплата была поменьше, но зато она держала на себе весь дом: занималась уборкой, готовкой и даже иногда сама закупала продукты, когда муж не успевал заехать в магазины в рабочие часы.
Спустя год после свадьбы, как и положено, у молодой пары родился Роман — весёлый, шустрый мальчишка, который с раннего детства постоянно попадал в какие-нибудь передряги: то в детском саду подерётся до разбитых носов, то с горки в фонарный столб врежется. Чтобы хоть немного направить его неуёмную энергию в мирное русло, Валя предложила отдать сына в какую-нибудь спортивную секцию.
— А куда вообще мальчишек в пять лет берут? — задумалась она. — В гимнастику, в фигурное катание или в хоккей.
— Я хочу, чтобы сын настоящим мужиком вырос, — сказал Максим, услышав предложенные женой варианты. — А не всякими этими танцульками занимался. Пусть лучше хоккеистом будет.
Так к Валиным заботам прибавилась ещё одна — вернее, сразу несколько, но все они так или иначе были связаны с хоккеем: купить экипировку, купить кофр, возить сына на тренировки и ждать, пока они закончатся. Потом Валя забеременела Еленой. Таскать тяжёлую сумку с хоккейным снаряжением сына ей стало тяжело. Тогда женщина попросила отца одного из мальчишек в команде, чтобы тот брал с собой и Романа.
После рождения дочери Валя ушла в отпуск по уходу за ребёнком и продолжила заниматься домом и детьми. Теперь они вместе с малышкой сидели в фойе спорткомплекса и ждали, пока оттуда весёлой гурьбой выбегут мальчишки. Одни радостно кричали, другие, получив от тренера нагоняй, шли расстроенные. А Роман всегда был в хорошем настроении — ему нравились лёд, хоккей и тренировки. У Валиного сына действительно хорошо получалось, и тренер не раз обращал на это внимание.
— Вашему Роману нужно серьёзно подумать о хоккее, — говорил он. — У него большое будущее, если, конечно, продолжить заниматься.
А пока команда готовилась к местным стартам и усиленно тренировалась перед встречей с заклятым соперником из столицы Якутии. Именно в это время таксопарк, в котором работал Максим, обанкротился, и Валин муж оказался на улице. Он попробовал заниматься извозом самостоятельно, но попал в аварию и разбил машину. Восстанавливать её было не на что. Валя, не дожидаясь окончания положенного по закону отпуска, вышла на работу, взяла кредит и отдала деньги мужу. На них он купил новую машину, а старый автомобиль продолжал стоять под окнами, своим покалеченным видом укоряя Валю: «Что же вы меня так бросили?»
Однако спустя всего полтора месяца после покупки Максим разбил и новую машину, взятую в кредит. Кроме того, его признали виновным в аварии и лишили водительских прав на целый год. Муж храбрился:
— Вот и отлично. Пока мне нельзя ездить, я как раз обе машины и отремонтирую.
Ремонтировать их он, разумеется, планировал на Валины деньги. Вскоре Светлана Владимировна собралась выходить на пенсию и переезжать поближе к теплу и к своим старым подругам. На своё место она порекомендовала именно Валентину. У девушки существенно поднялась зарплата, но времени стало катастрофически не хватать. Тогда она попросила Максима помочь ей и взять сына с его тренировками на себя.
— Ты с ума сошла? — возмутился муж. — А как я с ним ездить буду? Машина не на ходу. В автобус с таким кофром мы вдвоём не влезем. Да и ехать в самый час пик. Когда починю машины, тогда, пожалуйста. Могу сам его возить, могу одну тебе отдать, чтобы ты ездила.
«А как я сама всегда его вожу?» — хотела возразить Валя, но, предвидя, какой нешуточный скандал может разгореться, ничего говорить не стала.
В итоге женщина с работы бежала домой и по пути забирала дочку из детского сада. Потом они вместе с детьми ехали на Романову тренировку, а поздно вечером возвращались обратно. Валя кормила детей, укладывала их спать и сразу же вставала к плите — готовить еду на следующий день. Выходные посвящались уборке, стирке и глажке. Даже на обычные прогулки не всегда хватало времени. Женщина часто просила Романа, если у него не было тренировки, погулять с сестрой. Сын соглашался без пререканий — одевал Елену, брал её за руку и шёл во двор. Максим же обычно или крутился возле машин, общаясь с местными мужиками, или просто лежал на диване, методично и бесцельно переключая каналы телевизора пультом.
В тот день Валентину вызвал к себе заместитель генерального директора холдинга.
— Валентина Александровна, в вашем отделе необходимо провести сокращение штата. Сейчас у нас тяжёлые времена, и нужно оптимизировать процессы и персонал. Я жду от вас до конца дня предложения по двум кандидатурам, без которых ваш отдел вполне сможет обойтись.
Расстроенная женщина вернулась на рабочее место и стала с грустью смотреть на своих занятых делом подчинённых. «Олег? — думала она. — Нет, он хоть и неопытный, но очень старается. К тому же у него маленький ребёнок. Он ещё молодой, научится, будет хорошим специалистом. Я и сама когда-то такой была. Если бы не Светлана Владимировна, неизвестно, как бы сложилась моя жизнь. Может, Сергей Сергеевич? Но ему до пенсии всего три года осталось, где он другую работу найдёт? Маша? Нет, без Маши мы вообще никуда. Она отлично разбирается в программах и может исправить любую ошибку. Да и кто остальным объяснит, как в них работать? Наташа…» Валентина никак не могла смириться с тем, что кого-то из её сотрудников придётся уволить.
— Я так и не получил от вас предложений, — ближе к концу рабочего дня снова позвонил руководитель.
— Я зайду, — ответила женщина.
— Разумеется, я вас жду.
— Я не могу назвать ни одной кандидатуры, — твёрдо сказала Валя, войдя в кабинет начальника во второй раз за день. — Наш штат отлично сбалансирован, и увольнение хотя бы одного сотрудника приведёт к нарушению всех рабочих процессов.
— Послушайте, я вас попросил как руководителя отдела. Раз вы не можете самостоятельно принять решение, я сделаю это сам. И вам в любом случае придётся оптимизировать процессы под новые условия. Понятно? Ну так как — вы готовы назвать фамилии?
— Нет, — покачала головой Валентина. — Я считаю, что это неправильно.
— В таком случае я сам выберу и извещу вас о тех сотрудниках, с которыми до конца месяца вам придётся расстаться. Вам нужно будет поговорить с ними и со всем отделом. А я ещё поставлю перед генеральным вопрос о вашем неполном служебном соответствии. Вы ведь должны понимать, что большую зарплату вам платят не просто так, а в том числе и за умение увольнять людей.
Расстроенная Валя пришла домой. Хорошо ещё, что в этот день у Романа не было тренировки, и у неё появилось время обдумать всё, что она услышала от начальства. За окном выла пурга, а Максим, как всегда, лежал на диване, не отрывая глаз от телевизора. Он даже не приподнялся и не поздоровался с женой. Зато Елена и Роман тут же подбежали к маме, наперебой рассказывая о своих удачах и проблемах. Женщина обоих выслушала, помогла Роману с уроками, пообещала, что обязательно отдаст деньги тренеру на сборы. Потом подшила Елене костюм репки, который не успела доделать в выходные — в пятницу в детском саду был назначен праздник сбора урожая.
«Ну какой урожай в Якутии в это время? — усмехнулась Валя, вдевая нитку в иголку. — Они за окно-то смотрели? Наверное, где-нибудь в Краснодаре сейчас самая пора, а у нас… И кто из детей вообще знает, что такое репка?»
После того как дети улеглись спать, а Валя, по заведённому порядку, встала к плите — как она это называла, на вечернюю смену — на пороге кухни неожиданно появился Максим.
— А что у нас есть пожрать? — спросил он, заглядывая в кастрюли.
— Пока ничего, — ответила женщина, не отрываясь от плиты. — Через час будет готово.
— Да я через час с голоду помру, — буркнул муж. Он достал из холодильника банку пива и направился обратно в комнату, к телевизору.
Дверь на кухню громко хлопнула от сквозняка, и этот звук послужил для Вали словно толчком. Она опустилась на табурет и почувствовала, как к глазам подступают слёзы. «Нет, так больше продолжаться не может», — решила она. Женщина отложила полотенце, выключила плиту и пошла в комнату, где лежал муж.
— Максим, нам надо поговорить. Выключи телевизор.
Мужчина нажал на пульте кнопку отключения звука, но изображение на экране оставил.
— Что случилось? Ты что, беременна? — усмехнулся он.
«От кого бы?» — горько подумала Валя про себя. Она уже и не помнила, когда они с мужем были вместе в последний раз.
— Не смешно, — отрезала женщина ледяным тоном. — Я хочу знать, когда ты планируешь выходить на работу.
Максим удивлённо уставился на неё.
— А какой смысл? Ты же вроде неплохо зарабатываешь, нам хватает. Дети ухоженные, вокруг чисто, еда есть. Разве ещё что-то нужно?
— Да, нужно, — твёрдо сказала Валя. — Ты почему-то не замечаешь, что всё перечисленное делаю я. И деньги зарабатываю, и детьми занимаюсь, и еду готовлю. А ты ничего не делаешь.
— Как это — ничего? Я наши машины ремонтирую.
— Какие машины, Максим? Опомнись. Они уже два месяца под снегом стоят. А у меня времени в сутках не хватает, чтобы всё успеть. В конце концов, ты мог бы просто мне помогать. Это ведь не только мои дети, они наши. Я женщина, а не поезд, чтобы тащить всё на себе. Давай ты хотя бы будешь заниматься Романом — его учёбой, тренировками.
Максим не дослушал жену до конца и рассмеялся.
— Женщина — не поезд, — сказал он. — Поезд не тянет. Тянет паровоз, ну или тепловоз. А поезд просто за ним едет. Хотя ты больше на паровоз похожа. Сейчас выпустишь пар и потащишь дальше, а мы с детьми поедем.
Ему показалось, что он придумал очень удачную шутку, но Валя не разделяла его веселья. Она поднялась с кресла, подошла к письменному столу и вынула из нижнего ящика красную папку, которую протянула мужу.
— Что это? — удивился он.
— А ты открой и посмотри.
Максим наконец-то принял вертикальное положение — до этого он разговаривал с женой лёжа на диване — сел и опустил ноги на пол. Он открыл папку.
— Ну и что? — стал перебирать он листки бумаги. — Это какие-то грамоты, дипломы, благодарности.
— Именно, — сказала Валя. — А теперь скажи мне, в каком классе учится наш сын, в какую группу ходит Елена, что она больше всего любит делать? Ты ведь ничего не знаешь о наших детях. И все эти благодарности, грамоты и прочее — они заработаны мной. Ты не принимаешь никакого участия в их жизни. Какое место заняла команда Романа на чемпионате республики?
— Ну… пятое, наверное, — неуверенно предположил Максим.
— Эх, — махнула рукой Валентина. — Второе. И между прочим, на финале чемпионата республики все мальчишки были с отцами. Они сидели и болели, кричалки кричали, свистели. У Романа была только мама. Он всем говорит, что папа в командировке, потому что ему стыдно признаться, что ты целыми днями лежишь на диване и ничего не делаешь. А ещё со мной недавно говорил тренер сборной по возрасту Романа и предлагал переехать в хорошую команду. У него есть все данные: рост, скорость реакции, отличная техника. Он может играть в высших лигах и бороться за главный трофей — «Кубок надежд». Наш сын мечтает об этом. Но чтобы его мечты сбылись, мне нужно бросить свою работу и уехать жить в другой город. А я не могу, потому что на что мы будем жить? Ты же ничего не зарабатываешь.
— Ну вот, я так и знал, — скривился Максим. — Ты попрекаешь меня тем, что я не приношу деньги. Да ну куда мне с таким большим начальством, как ты, тягаться? Сейчас я не приношу, начну работать — ты спросишь, почему так мало?
— Да ты хотя бы начни! — выкрикнула в сердцах Валя и, хлопнув дверью, вышла из комнаты.
Спустя неделю после этого разговора Валентина вернулась с работы домой и не обнаружила мужа на его обычном месте — на диване. Его вообще не было в квартире. На столе лежала записка: «Я уехал на вахту. Ты хотела, чтобы я начал работать». Валя одновременно расстроилась и обрадовалась. Ей было жаль, что Максим решил зарабатывать именно таким способом, но с другой стороны — она полна надежд, что скоро ей станет значительно легче. Муж начнёт присылать деньги, и тогда она сможет взять помощницу, которая будет присматривать за Еленой, пока она сама будет сопровождать Романа на тренировках.
За полгода от Максима пришло всего лишь одно известие — поздравление сына с днём рождения. А потом он сам появился на пороге: без цветов, но с предложением развестись.
— Мы давно уже не семья, — сказал он. — Ты сама говорила, что для детей я никто. А на вахте я встретил женщину, которая принимает меня таким, какой я есть, со всеми моими недостатками. У неё тоже есть сын, ровесник Елены. Пока мама на вахте, он живёт у бабушки. А дом у них, между прочим, у самого моря, в тёплых краях. Не здесь, в этой вечной стуже. Ты прекрасно справляешься и с зарабатыванием денег, и с воспитанием детей. Так что не думаю, что в твоей жизни с моим уходом что-то изменится.
«А как же дети?» — хотела спросить Валя, но поняла, что это бесполезно. По глазам мужа она видела, что он уже всё для себя решил.
Однако Максим ошибся в том, что в жизни его жены ничего не поменяется. С его уходом Вале стало жить существенно легче. После развода и размена квартиры она наконец-то стала сама себе хозяйка и больше не должна была оглядываться на постороннего человека, который когда-то лежал на диване, и которого она должна была кормить и обстирывать. Этот якорь больше не тянул её ко дну. Валя могла принимать самостоятельные решения.
Спустя год тренер юношеского клуба, на основе которого формировалась сборная, вновь появился на тренировке Романа, увидел Валю и подсел к ней.
— Валентина Александровна, если вы со следующего учебного года не переведёте Романа в спортшколу в Красноярске, время будет безвозвратно упущено. Поверьте мне, я знаю, о чём говорю. Сейчас у него самый расцвет. Из вашего сына можно сделать игрока экстра-класса, за которым будут гоняться не только у нас в стране, но и за океаном. Решайтесь — вам же небезразлична его судьба.
Тем же вечером Валентина поговорила с Романом и поняла, что он мечтает стать профессиональным хоккеистом. Тогда она обсудила с детьми переезд, написала на работе заявление об уходе и вместе со всем скарбом, с Романом, который крепко держал за руку младшую сестрёнку, двинулась в сторону новой жизни.
Два дня назад, когда они с Романом вернулись из дома на холме, Елена была очень расстроена. Брат всячески пытался её успокоить.
— Ну мы же знали, что он на вахте, — говорил Роман. — Мама рассказывала, что он встретил другую женщину и с нами ехать не захотел. Не надо огорчаться.
— Мне за маму обидно, — шмыгнув носом, ответила девочка. — Она столько с нами возилась, ездила за тобой на соревнования, переезжала, меня из школы в школу переводила. И вот — фотография на комоде, и этот мальчишка говорит: «Он на вахте, это мой отчим».
— Ну Матвей-то тут вообще ни при чём, — пожал плечами брат. — Мало ли кого его мама себе выбрала. Парень он хороший, весёлый, гостеприимный.
— Это да. И вареники у его мамы вкусные. Но общаться с ним, зная, что когда-нибудь папа сюда приедет, привезёт ему подарки с вахты или просто будет гулять по набережной, а мы с тобой… — Девочка замолчала, боясь расплакаться.
— Лена, не вешай нос, пожалуйста, — мягко сказал брат. — Ты же помнишь, где мы с тобой только не побывали. А этот Матвей дальше Краснодара никуда и не выезжал.
— Зато у него есть папа, — тихо сказала Елена. — Мой папа.
По её щекам покатились слёзы.
Больше на пляж они не ходили, сидели у бассейна отеля. Елена ещё один раз, в последний, поиграла в теннис и пообещала тренеру, что обязательно продолжит заниматься дома — не ради спорта, а для души. И вот сегодня она решила пойти проститься с морем, дошла до волнореза и села на его тёплый бетон.
— Елена, привет! — запыхавшись, подбежал к девочке Матвей. Она сидела на волнорезе, опустив ноги в воду. — Мама звала вас снова в гости. Вы ей очень понравились.
— Нет, — печально покачала она головой. — Мы не можем. Мы с Романом уже собираемся. Сегодня вечером у нас самолёт.
— Как? — расстроился Матвей и присел рядом. — А я думал, вы ещё три дня здесь будете. Ты же говорила, брата на сборы вызвали — у них там кто-то травмировался, вот и сказали, чтобы приехал на замену.
— Что поделать, жизнь спортсмена такая.
— Так пусть он едет один, а ты оставайся.
Девочка удивлённо посмотрела на него:
— Ты что? Я везде с братом. Он меня сюда привёз — значит, мы вместе отсюда и уедем. Ему надо заехать домой, меня оставить, самому форму забрать и на сборы ехать. У него впереди «Кубок надежд». Это самый главный трофей. Рома всегда мечтал его выиграть. Знаешь, как он расстроился, когда узнал, что его не пригласили в прошлый раз? А тут вдруг такой шанс появился.
Продолжение :