Алёна ехала последние километры, от усталости ломило всё тело. Третьи сутки в пути, включая остановки в придорожных отелях.
Господи, как она устала!
В голове крутился вопрос Андрея.
Нет. Алёна ехала не в гости, а насовсем. Так получилось. Столько лет жила в столице, а потом пришлось оттуда просто ноги уносить, прихватив с собой дочку. И домой она ехала с радостью. Да, теперь предстоящая жизнь в деревне совсем её не огорчала.
Хватит, нажилась она в этой Москве.
Да, когда-то она смогла осуществить свою мечту, поступила в театральный институт, но только путь на сцену оказался не таким простым. И внешность, и талант у Алёны были, а вот нужных связей нет. А ещё характер, что называется, не сахар. Не умела она быть гибкой, не могла смолчать тогда, когда следовало.
А это не нравилось руководству, коллегам. Несколько раз появлялись какие-то старички, явно не бедные или презентабельные мужчины с заинтересованным взглядом. Следовали намёки, мол, будешь звездой экрана и сцены, только...
И вот после этого только следовал ответ Алёны, в каком направлении им идти. Но в итоге ушла она из театра, стала работать в детской театральной студии, и работа ей очень понравилась, на удивление.
И вообще всё вдруг стало таким простым и понятным.
А потом она встретила Павла. У него был небольшой бизнес, связанный с продажей автомобилей. Москвич в третьем поколении, квартира в центре, надёжный, уверенный в себе. Он так красиво ухаживал, что сердце Алёны растаяло.
Они поженились. Через некоторое время родилась Настя. И первые годы всё было замечательно. Изредка даже в Журавлиные ездили. Родителям Павел понравился, хоть и понимали, что тот явно не будет продолжать дело Сергея Петровича. А вот родители Павла к Алёне относились в большей мере со снисходительностью.
- И что, актриса Погорелого театра?
Сколько таких тут понаехало в последнее время.
От прямых оскорблений воздерживались по той причине, что жену Павел выбрал действительно красивую, хозяйственную, не глупую, и вроде хвостом не вертит, внучку им красавицу родила. Но потом всё стало меняться и не в лучшую сторону.
Павел начал ревновать Алёну жутко, хотя поводов она не давала.
Он спрашивал её буквально по минутам: сколько была на работе, с кем общалась там, когда вернулась домой. Алёна вначале со смехом это воспринимала.
Вот с кем она общается на работе? С детьми, старшему мальчику в её группе 10 лет.
- А кто их приводит в студию? - Не отставал муж.
Алёна объясняла, что чаще мамы, бабушки бывают няни, водители, за одним мальчиком папа приходит.
Последнее очень напрягло Павла. Алёна пыталась его убедить, что этого папу только мимолётом видела, но искра подозрений была выпущена.
Однажды так случилось, что тот самый папа придержал двери, когда Алёна выходила после занятий из студии. Павел наблюдал за этим из машины.
После он подошёл, грубо затолкнул в машину, а дома он тогда впервые её ударил. Хорошо, что этого не видела Настя. Потом были слова прощения, обещания, что этого больше никогда не будет. Но ситуация повторялась, когда дочь была в школе или у бабушки с дедушкой, и Алёна терпела всё. Замазывала синяки и шла на работу.
Почему терпела? Да потому что стыдно было даже себе самой признаться, что вышла замуж за такого человека.
В какой-то момент не выдержала и всё рассказала родителям Павла. На что получила резонный ответ:
«Сама виновата. Будь скромнее».
Своим родителям она не жаловалась, не хотела их расстраивать. Пусть думают, что она живёт в Москве, как в сказке.
Со временем Павел настолько распоясался, что уже не стеснялся при дочери поднимать на неё руку. Настя каждый раз львицей кидалась на защиту мамы, иногда это помогало, а потом Павел замахнулся на дочь. Вот тогда Алёна схватила первое, что попало в руки, Павел отступил, обозвал её грязными словами и ушёл из квартиры.
Алёна только тогда поняла, что держит в руках огромный разделочный нож. И до беды было лишь мгновение.
Настя тоже поняла.
Дочка первая заговорила о том, чтобы им уйти от отца. Алёна согласилась. Пусть она летит в свой Артек, а она пока всё устроит, найдёт квартиру, возможно, и работу придётся сменить.
Да, голова шла кругом. Но тут позвонила мама и призналась, что отца положили в больницу. Местные врачи лечат, но папе становится только хуже. Вроде как пневмония. И вот тогда пазл сложился.
Не нужно искать и придумывать ничего нового. У неё есть родной дом, где её всегда ждут, и там она сейчас нужна больше всего.
Осторожно предложила дочери такой вариант. Конечно, Настя вначале воспротивилась, а потом, поразмыслив, заявила, что это будет решением всех проблем.
Да, жить в деревне после столицы — тот ещё трэш, но отец будет далеко, а они под защитой местных, если что. Школа там есть, интернет есть.
Временно Настя точно согласна туда перебраться.
Алёна не стала её разубеждать в последнем. В конце концов, дочка действительно туда едет на время. Ей ещё учиться и точно в столице.
И вот, в отсутствие Павла они побросали свои вещи, Алёна в скором порядке уволилась, забрали документы из школы, объяснив, что для подстраховки вдруг немного задержится, и умчались они в Сибирские земли, деревню Журавлиную.
Да, по дороге Павел ей звонил и дочери тоже, ругался, угрожал, потом уже винился и умолял вернуться, но Алёна заблокировала его в пути, чтобы не мешал движению, и дочери сказала сделать то же самое. Да, Настя была за неё. Но чем дальше они удалялись от центральной части страны, тем растеряннее был у неё вид.
Девочка даже не представляла, как долго туда ехать на машине. Они же туда только на поезде и на самолёте добирались раньше.
- Мама, ну мы же ещё вернёмся? - спросила она в какой-то момент пути.
- Вернёмся. - ответила Алёна, думая о своём.
А мысли её были всё больше и больше об отце.
- Хоть бы ничего серьёзного.
Светлана была несказанно рада видеть дочку и внучку, всё переживала, что так долго им пришлось в дороге трястись.
- А что Паша? Он бы и привёз вас, - спросила мать.
И вот тогда впервые Алёна призналась, как ей на самом деле жилось с мужем. При Насте, не скрывая. Светлана даже заплакала, когда всё узнала.
«И чего же молчала?» — спросила она дочь.
«Мы бы с отцом приехали, разобрались бы с ним».
«Да уж, разобрались бы». - Только улыбнулась Алёна, глядя на значительно постаревшую маму.
И всё же в этой ситуации Светлану радовало то, что дочь планирует у неё задержаться.
В тот же день после обеда они поехали к отцу.
В отделение их не пустили, через окошко с приоткрытой форточкой только и пообщались.
«А этот старый козёл тоже тут, только в терапии из реанимации перевели», - сообщил Сергей Петрович, когда они уже пообщались на общие темы.
«Папа!» - Алёна покачала головой, понимая, о ком говорит отец. - Вот это сейчас тебя меньше всего должно волновать.
И вообще, сколько будет продолжаться ваша вражда? Пора уже и успокоиться.
- А я спокоен, — ответил Сергей Петрович, покашливая. - Меня даже радует, что он тут. Значит, тоже посевная у него псу под хвост полетит.
Алёна только вздохнула.
Вот что с ним делать? Ничего, только смириться.
Позже она поговорила с лечащим доктором.
К счастью, ситуация была вполне стабильная. Просто задержаться отцу придётся больше, чем обычно. А когда они уже ехали домой, то мама вдруг осторожно спросила:
- Дочка, а может ты поруководишь пока в конторе? А то ведь, правда, всё может развалиться без пригляда.
- Мама, я актриса, а не агроном, - улыбнулась Алёна.
- Но папа так переживает, ты даже не представляешь, как, - вздохнула мать.
Женщина только плечами пожала. Театр в поле — это что-то новое. Хотя... Уже по приезду домой Алёна понимала, что родители правы. Посевную нельзя пускать на самотёк. В конце концов, от её результатов зависит их общее благосостояние.
Светлана, узнав о решении дочери, обрадовалась, позвонила мужу.
«Спасибо, дочка», — потеплевшим голосом сказал отец.
«А то я уже крест на всём поставил. И на себе. А вдруг тебе понравится руководить? Дочка, вдруг ты прикипишь к родной земле, как деды твои. Чёрт с ней, с фамилией, главное дело наше продолжишь».
- Пап, давай не будем забегать так далеко, - осторожно ответила Алёна.
- А я не забегаю, но имей в виду, что завещание на тебя я давно составил.
- Папа! - Возмущённо вскричала Алёна, намереваясь объяснить отцу, что не следует этого делать. Она же всё-таки женщина, и вообще далека от всех агротехнических моментов.
Но Сергей Петрович, сославшись на вечерний обход, отключил телефон.
У Андрея тоже с отцом состоялся разговор. Не такой эмоциональный, потому как Николай Григорьевич был только-только переведён из палаты интенсивной терапии, но также по делу.
- Сынок, ты уж не загуби наше общее дело, чтобы перед дедами стыдно не было, - прошептал отец.
- Я обещаю, папа, — сказал Андрей.
Хотя и понимал, что врёт отцу, что он сможет, совершенно не разбираясь в сельском хозяйстве.
Разобраться с документами, проверить договоры — вот это его.
Но Николай Григорьевич смотрел на него умоляюще. В глазах матери он читал надежду.
Столько сил, столько средств было вложено в это фермерское хозяйство, что не мог отступить.
И началась новая жизнь у Алёны и Андрея отдельно, но в одном направлении.
Однажды встретившись в управлении сельского хозяйства, они рассмеялись.
«Тоже не хочешь посрамить дело предков?» — улыбнулась Алёна.
«Стараюсь, но как-то без особых успехов», - с улыбкой ответил Андрей.
А та посевная действительно была тяжёлая.
Начались затяжные дожди, слякоть, холод. Техника не могла выйти в поле, но поджимали сроки, и когда только-только подветривало, тракторы шли на полосу. Зерно буквально хоронили в вязкой жиже. Климовы сыпали в борозды рапс, лён, пшеницу, Котовы всё больше пшеницу, всё то, что было отложено на семена. Но оба хозяйства были в растерянности.
А что взойдёт?
Впрочем, во всех хозяйствах была подобная ситуация.
- Зона экстремального земледелия. - только и вздыхали специалисты всех мастей.
Алёна и Андрей за время посевной стали общаться больше, разговаривали на агрономические темы, рассуждали, спорили. Каждый из них образовывался через Интернет, читали нужные учебники, советовались с отцами, которые ещё лежали в больнице, а также с другими профи в этом деле.
Так незаметно они и закончили посевную. А потом вдруг солнышко, тепло, благодать, на радость всем всходы на всех полях зазеленели дружно. Но там уже и химпрополка нужна. Андрей за голову схватился.
Он вообще в этом году домой попадёт, его в конторе скоро забудут.
Однако следующие события заставили его пересмотреть свои планы на будущее.
продолжение