Недавно мы были приглашены в библиотеку имени Герцена на поэтическую встречу в честь выхода книги стихов тверского поэта и журналиста Галины Безруковой (23 октября 1948 – 29 апреля 1999). Тоненькая книжка в скромной салатовой обложке называется «Мой листопад». Это пятый сборник Галины Аркадьевны – при ее жизни увидели свет «Расклейщица афиш» (1978) и «Светелка», остальные книги, «Ты не забудь меня, ладно?» и «Ничейная птица», собрали и напечатали уже после ее трагического ухода.
Во время встречи звучали стихи, песни и воспоминания – выступали и те, кто любит творчество Галины Безруковой, и те, кто знал ее лично. Историей создания двух посмертных книг поделилась дочь поэта Анастасия. Она рассказала, как, работая с архивами Галины Аркадьевны, обратила внимание как раз на малоизвестные и, возможно, не во всем совершенные произведения. До этого она читала ее стихи только отобранными и напечатанными, а здесь узнала маму с неожиданной стороны. И тогда возникло желание поделиться с читателями именно такими - "неправильными", но искренними - стихами. Выступающие отмечали простоту и одновременно музыкальность поэзии Безруковой, благодаря которым стихотворения замечательно читаются и поются. Например, есть лирическая песня группы «Август» «По ночам ходят в гости друг к другу деревья...», ее можно найти и послушать.
Когда Галина Аркадьевна была жива, знакомые (особенно те, кто близко не дружил и не работал с ней) воспринимали ее как не очень счастливую в любви незамужнюю женщину. Но она бывала и веселой, смелой, юморной, иногда острой на язык и способной за себя постоять. Хотя у Галины Безруковой немало личных, именно «женских», мотивов, даже в стихах о неразделенной любви и одиночестве можно уловить философские ноты, восхищение красотой мира, робость перед его тайнами. И, конечно же, этим вроде бы незатейливым стихам, этому негромкому голосу невозможно подражать: получится искусственно и слащаво.
Новая книга вышла в серии «Тверская поэтическая библиотека», идея которой принадлежит поэту Святославу Михне, а поддержала ее издатель Ольга Кислякова. В прошлом году в той же серии вышли два сборника талантливых (также ушедших) поэтов - «Пригородный лес» Анны Кулаковой и «Непросохшие облака» Анатолия Устьянцева. Как хорошо, что есть люди, благодаря которым эти голоса продолжают звучать и на них откликаются читатели.
А мы сегодня публикуем подборку стихотворений Галины Безруковой из книги «Мой листопад».
Разлука возвратила нам,
Что отняли когда-то встречи.
...Церквушка, старый домик в Затверечье,
Сухих старух пророческие речи
И галочий голодный гам.
Что видеть, слышать мы тогда могли,
Когда кидались, как в Тверцу с обрыва,
Друг к другу — молодо, нетерпеливо?
Ты разве помнишь, как звенела ива?
Я разве помню запахи земли?
Мы были в пустоту погружены,
Окружены глухою пустотою.
И ничего вокруг. Мы только двое.
А мир шумел осеннею листвою
И волны разбивал о валуны.
Разлука наша, будь благословенна!
Я будто сызнова теперь живу.
Люблю деревья, облако, траву,
Замшелые ветшающие стены.
Вернулось всё — осенние сады,
Крик ребятишек на футбольном поле,
И эта ива с лодкой на приколе,
И нежный запах медленной воды.
Ночная жизнь сверчка и светлячка.
Ночная жизнь летучей мыши.
Сомнамбулы, шагающей по крыше.
Душистого ночного табака.
Невнятный шум. И яркий аромат.
Какая-то огромная работа,
И тайный смысл ходьбы до поворота.
От поворота, и опять назад.
Тревожное мерцанье, шелест крыл,
Зовущий запах, белая рубаха.
...Зачем они пред тьмой не знают страха?
И кто окно чердачное открыл?
И тот смертельно узенький карниз.
И лунный луч. И сомкнутые веки.
Есть неземное что-то в человеке,
Что не дает ему сорваться вниз.
Морзяночка нездешняя сверчка.
И светлячка полночные сигналы.
Кому они? Какой планете малой?
Ночная жизнь... Во тьме скрипит устало
Раскрытое окошко чердака.
Запомни этот снег в Твери,
Серебряные фонари,
И тихий шепот до зари,
И порванный билет.
Пустой и выстывший вокзал,
Где ты рассеянно сказал:
«Назад дороги нет».
Я знала: врешь. И все ж, и все ж
Оберегала эту ложь.
Уедешь, улетишь, уйдешь —
Терять мне не впервой.
Запомни только снег в Твери,
Луну и эти фонари,
И тихий шепот мой.
Покиньте меня, города,
В которых жила я когда-то.
Из памяти, как из гнезда,
Летите с печалью пернатых.
О как я устала от вас,
Красивых, убогих, нарядных.
От всех чердаков и террас,
От черных ходов и парадных.
В сиянье июньского дня,
В снегах и в осеннем тумане,
Покиньте, покиньте меня,
Летите себе в караване!
Летите! Пусть каждый простит,
Оставит меня и растает.
...Но Вятка в свистульку свистит.
Росточком Ростов прорастает.
Кольнет колоколенкой Псков
И кружит, лететь не желая.
...О преданность городов,
В которых когда-то жила я!
По ночам ходят в гости друг к другу деревья.
По ночам ходят в гости друг к другу стога.
Замечали вы чудные эти кочевья?
По-иному обставлены к утру луга.
Одинокая ель вброд идёт через реку,
Золотистые шишки в гостинец неся.
Как нельзя на земле одному человеку,
Так и дереву тоже нельзя.
Поверяют секреты свои и печали.
Или просто гуляют под ясной луной.
Hа ступеньках церквушки — вы замечали?
Лист, оброненный гостьей ночной.
И на лунных лугах шепоток еженочен.
То вдали растворится. То близко опять.
Ходят в гости стога и деревья. А впрочем —
Спите. Людям ночами положено спать.