Представляем вам новую статью нашего давнего друга, патриарха русского освободительного движения, историка, публициста, поэта и переводчика с нескольких европейских языков Анатолия Михайловича Иванова.
В "МК" от 26 февраля сего года напечатали статью доктора экономических наук и профессора Н. Новичкова "Предприниматели vs капиталисты". Ну не может учёный муж не щегольнуть знанием иностранных и древних языков. Или это название придумали падкие до броских заголовков, но не очень грамотные газетчики? "VS" - это сокращённая форма предлога "versus", который в латинском языке первоначально означал движение в определённом направлении, но позже обрёл значение "против" и в этом виде вошёл в современные европейские языки, а этот предлог требует согласования в родительном падеже, так что правильнее будет "Предприниматели против капиталистов". Для кого-то такое противопоставление будет неожиданным, но оно звучит не впервые.
Подзаголовок статьи: "Малый бизнес страдает от олигархов не меньше, чем наёмные работники".
Начинается она со слов: "Классики политической экономии научили когда-то нас тому, что труд и капитал находятся в постоянном органическом антагонизме". Но это уже марксистская интерпретация вошедшей в марксизм в качестве одного из "трёх источников" политэкономии Адама Смита и Рикардо.
В действительности Адам Смит учил, что экономический мир - это естественная общность, возникшая в результате разделения труда, которое было бессознательным, стихийным явлением. Каждый участник этого процесса искал только собственной выгоды, но это привело к гармонизации с выгодами других, что тоже произошло стихийно. Поэтому Адам Смит считал, что лучшее, что может делать правительство, это ни во что не вмешиваться. Экономические вопросы - деликатнейшие, если не трогать их, дела сами по себе пойдут хорошо, "невидимая рука рынка" приведёт нас в светлое будущее.
В начале XIX века идеи Адама Смита у нас проповедовал Евгений Онегин, а в конце восьмидесятых годов прошлого века даже лидер Русского Народного фронта В. Скурлатов, но куда привела нас эта "невидимая рука", мы все потом испытали на собственной шкуре. Об этих идеях Адама Смита и об их недолгом торжестве в Англии на грани XVIII и XIX веков говорил X.А. Примо де Ривера в лекции, прочитанной им в коммерческом кружке Мадрида в апреле 1935 года.
В этой лекции он также сказал:
"Экономический либерализм стал клониться к упадку, потому что произвёл на свет в качестве своего сына... самое ужасное явление нашей эпохи, которое называется капитализмом".
Он хотел, чтобы этот термин правильно понимали: "Когда мы говорим о капитализме, речь не идёт о частной собственности; это две вещи не только разные, но, можно сказать, противоположные. Одним из результатов капитализма было почти полное уничтожение частной собственности в её традиционных формах".
"Древняя собственность, собственность ремесленников, местных производителей и торговцев - это как бы проекция личности на её вещи... Но, по мере совершенствования и усложнения капитализма, человек отдалялся от своих вещей" ("Стрелы Фаланги", Москва, «Слава!" 2010 стр.148)
Н.Новичков в своей статье описывает "прелести" капитализма, в который Россия снова провалилась в девяностых годах.
"Возможен ли здесь компромисс? - задаёт он риторический вопрос - Способно ли общество (Боже мой! Какое "общество"?!) защищать человека труда?" И отвечает: "Безусловно, всё это реально". Ой ли?
Такова соглашательская установка нынешней КПРФ, которая давно утратила право называться "коммунистической", от коммунистов у неё осталось одна атрибутика, это типичная реформисткая социал-демократическая партия с буквой "м" в скобках.
Зюганов говорит о каком-то исчерпанном лимите на революции, но кто его устанавливал, этот лимит? Он просто не хочет революции, но революций вообще мало кто хочет, ибо любая революция — это тяжёлое испытание для всего народа, однако они происходят, когда назревшие внутри общества противоречия доводят его до разрыва, независимо от того, хочет кто этого или нет, это закон общественного развития, Зюганов не в силах его отменить. Ленин накануне 1917 года хотел революции, но порой впадал в отчаяние и думал, что не доживёт до неё. Импульс Февральской революции дал государственный переворот, совершённый верхушкой генералитета, которая, разумеется, никакой революции не хотела. Революция может принимать иные формы, классовая борьба тоже.
Н. Новичков пишет далее в своей статье:
"Дело в том, что не следует путать капиталиста и предпринимателя... За период своего развития их природа и сущность радикально изменились, сделав эти две сущности если не антиподами, то точно оппонентами. По факту малый или средний предприниматель страдает от капиталиста (олигарха) в не меньшей степени, чем наёмный работник от крупного корпоративного работодателя. Исторически предпринимательский труд вышел из ремесленничества".
Об этом же говорил Хосе Антонио 90 лет назад, но Н. Новичков добавляет важные элементы, которых не было у испанского политика: крестьян, которые продавали излишки своей продукции. Таких было немного, самим не хватало, крестьянство расслаивалось, одни превращались в кулаков, другие уходили в город и становились рабочими.
"В России в начале XX века интересы малого предпринимательства, ремесленничества и крестьянства отстаивала "партия эсеров". Н. Новичков напоминает, что именно она получила большинство на выборах в Учредительное собрание в 1918 году, но она имела большинство и в Советах в первые месяцы после Февральской революции, а потом стало его терять. Почему?
Большевики считали, что эсеры и меньшевики - это партии, представляющие интересы "мелкой буржуазии". Этот резиновый термин марксистов, по сути, включал в себя всех, кто не был ни капиталистом, ни пролетарием, подобно тому, как в индуистской кастовой системе были две правящие касты - брахманы и кшатрии - и были все прочие ( вайшья) - крестьяне, ремесленники, торговцы и т.п.
Тогда большинство этих "всех прочих" составляли крестьяне (сегодня ситуация изменилась), по мнению марксистов, реакционная масса, жизнь которой - "идиотизм", не способна быть самостоятельной политической силой, идущая либо за буржуазией, либо за пролетариатом.
Большевики решили поторопить их с этим выбором, имея упрощённое представление о социальном расслоении в деревне, судя о них по городскому образцу, пролетариат против буржуазии. Так и здесь: сделать ставку на бедняка, прижать кулака, всё остальное приложится. Не приложилось. Первая попытка "окончательного решения крестьянского вопроса" провалилась. Повсюду вспыхнули крестьянские восстания, и пришлось посылать то туда, то сюда латышей - тушить очаги пожаров. Ленин потом удивлялся: удары, предназначавшиеся кулаку, сплошь и рядом попадали в середняка. А удивляться было нечему: в деревне много промежуточных состояний, провести чёткие границы между ними и крайностями трудно.
Крестьяне стали воевать и против белых, и против красных, им поневоле пришлось превратится в самостоятельную силу. Типичные примеры: крестьянская вольница Махно, восстание 1918 года на Дону, описанное Шолоховым в "Тихом Доне", восстание Антонова на Тамбовщине, Ишимо-Петровское восстание в Западной Сибири.
Второй атакой на крестьянство была пресловутая коллективизация. Сталин тогда ловко вывернулся, свалив вину за "перегибы" на исполнителей, но её катастрофическим последствиям был страшный голодомор, унёсший миллионы жизней. Вот чем оборачивается борьба с "мелкой буржуазией", когда она кому-то чем-то начинает мешать.
Говоря об успехе мелкобуржуазных партий на первом этапе революции 1917 года, Л. Троцкий вспоминал классическую марксистскую формулировку "взбесившийся мелкий буржуа" (так у нас переводили немецкое слово "rabiat"). Позже этого "взбесившегося мелкого буржуа" называли главной социальной опорой Гитлера. Но, опираясь на эту массу, которая действительно взбесилась от ужасов капитализма после кризиса 1929 года, партия Гитлера набрала 6 млн. голосов и стала первой партией Германии, намного опередив коммунистов. Мелкая буржуазия доказала, что вполне может играть самостоятельную политическую роль. Но её вождь предал тех, кто привёл его к власти, перешёл на сторону крупного капитала и феодальной реакции и в угоду им расправился с левой оппозицией в НСДАП в ночь длинных ножей 30 июня 1934 года.
В начальный период существования этой партии её главным экономическим экспертом был Готтфрид Федер, который основным пороком современной экономической системы называл "процентное рабство", противопоставляя промышленный капитал паразитическому ростовщическому финансовому капиталу. Когда Гитлер стал ренегатом, он заменил левого Федера правым Функом.
О негативной роли финансового капитала говорил и Хосе Антонио в речи, цитаты из которой уже приводились выше. По его словам, ни хозяева, ни рабочие "не знают, что являются участниками экономической борьбы, но в этой борьбе они представляют одну сторону, а им вместе, хозяевам и рабочим, противостоит власть капитала, техники финансового капитализма".
Хосе Антонио говорил это в клубе предпринимателей и обращался к ним: "Вы много раз обращаетесь за помощью в крупные кредитные учреждения и знаете, какие проценты они берут..." (эти расходы) "ложатся и на вас, и на ваших рабочих". Хосе Антонио считал, что финансовый капитал идёт по пути к своему краху, и "мы, сами того не желая, вынуждены будем во многом согласиться с критикой, которой подвергал капитализм Карл Маркс (цит соч, с.149)
В статье Н.Новичкова тоже содержатся сетования по поводу завышенного уровня ключевой ставки в нашей стране. По его словам, "буржуазия и олигархи тоже страдают от высокой ключевой ставки и запредельно дорогого кредита. Он называет цифру 15-16%, в Испании времён Хосе Антонио кредиты выдавались под 7-8%.
И в современной Западной Европе политическая мысль продолжает двигаться в том же направлении. Существует международная ассоциация "Terre et Peuple" ("Земля и Народ", её создатель - один из идеологов французских "новых правых" Пьер Виаль), которая стоит на позициях так называемого Третьего Пути - ни капитализма, ни коммунизма.
Её итальянский представитель, Габриэле Адинольфи, разработал собственный вариант этой идеологии и создал на его основе свою международную организацию (проект "Ландскнехт"). Он употребляет звучащий курьёзно термин ЭВОЛЕНИНИЗМ, поскольку противоестественным кажется сочетание имён Эволы и его метафизики и Ленина, чуждого всякой метафизике, его классового анализа, но в голове Адинольфи это как-то укладывается, только в своём классовом анализе он исходит не из антагонизма буржуазии и пролетариата, а из антагонизма финансового и промышленного капитала. Заимствует он у Ленина и его организационные идеи - создание партии, сплочённой на чёткой идеологической основе (см. Габриэле Адинольфи "Новые Ландскнехты для Европы". Москва, "Тотенбург", 2023 год). Но идеологию Адинольфи чёткой назвать никак нельзя, путается он поэтому и в политике.
Вскользь затронута в статье Н.Новичкова и проблема государственного капитализма. Ленин считал государственный капитализм последней ступенькой на пути к социализму, весь вопрос в том, какой класс правит. Достаточно заменить диктатуру капитала диктатурой пролетариата, и экономическая основа для неё уже готова.
Но диктатура пролетариата не получилась, вместо нее установилась диктатура партаппарата и возник "новый класс". Мы узнали об этом из одноимённой книги М. Джиласа, но Л. Троцкий ещё в 1935 году, в работе "Преданная революция", писал, что Сталин создал в Советском Союзе новый привилегированный класс, но все привилегии неполноценны, если их нельзя передать по наследству, и нынешние "красные директора" мечтают стать глаами акционерных обществ. В 1991 году они осуществили свою мечту.
Хосе Антонио в ноябре того же 1935 года в "Обращении к испанским рабочим" тоже констатировал, что в Советском Союзе образовался новый привилегированный класс - чиновничья бюрократия ("Стрелы Фаланги", с.244).
Выступая в коммерческом кружке Мадрида, Хосе Антонио выдвинул лозунг: "Родина -это единственная возможность коллективной судьбы" и пояснил, каким образом его партия надеется достичь этого единства каждого отдельного человека и Родины. Он упрекал правые партии в том, что "они хотят сохранить родину, хотят сохранить единство, хотят сохранить власть, но они не понимают заботы людей, им подобных, которым нечего есть". "Сколько раз мы слышали от правых... Необходимо двигаться по направлению к сильному государству, к гармонии капитала и труда". "Но когда говорят о гармонизации отношений между капиталом и трудом, хотят лишь чтобы незначительное меньшинство привилегированных питалось трудами всех" (там же, стр.157,158). Он считал лживыми патриотические лозунги в условиях, когда "массы голодают, а меньшинство купается в золоте" (там же стр.106).
В "Письме испанскому военному", написанному в октябре 1934 года, Хосе Антонио упрекал "правых" в том, что они такие же материалисты, как и марксисты, что они заботятся только о своих материальных благах и привилегиях. Ради их защиты они взывают к сильному государству" (там же, стр.110)
"Мы не защитники привилегий. Мы не реакционеры и не будем ради них таскать каштаны из огня". "Нас клеветнически изображают защитниками капиталистической системы - мы считаем её омерзительной",- так резюмировал он позиции своей партии.
Ликвидацию капиталистического строя Хосе Антонио считал исторической миссией Испании. Он вообще верил, что Испании суждено явить миру образец идеального общественного устройства, каким не смогла стать Советская Россия, где в его время уже началось вырождение идеала.
Его надежды не сбылись, как и наши мечты о "светлом царстве социализма", но история ещё не кончилась, сколько бы не доказывали обратное американский японец Фукуяма и его в изобилии расплодившиеся у нас сегодня клоны, чьи штампованные рассуждения на эту тему часто появляются (хотя читать их вовсе не обязательно, это социальный заказ правящего класса) на страницах наших газет, включая и "Московский комсомолец", который, надо отдать ему должное, публикует материалы и совсем иного рода.
Наиболее тупые из либералов полагают, что классовую борьбу вообще выдумал Карл Маркс. Сам Маркс такую свою заслугу отрицал, он читал о классовой борьбе в трудах буржуазных историков, а Макиавелли писал об извечной борьбе между богатыми и бедными за 300 лет до Маркса. Маркс только связал эту борьбу с определёнными этапами развития производительных сил, что породило потом у марксистов устойчивое заблуждение, будто социалистическая революция может произойти только в такой стране, которая достаточно дозрела до неё экономически, да ещё он предрекал грядущее бесклассовое общество, и отмирание государства, но наступлению этого земного рая должен был предшествовать промежуточный период, который не мог быть ничем иным, кроме как диктатурой пролетариата, хотя Бакунин предупреждал, что никакая диктатура не преследует никакой иной цели, кроме увековечивания самой себя, - кто думает иначе, тот просто не знает человеческую природу.
Хосе Антонио почему-то чуял в бакунизме "азиатский дух", но это было вполне европейское идейное течение. В его Испании Бакунин был больше популярен, чем у себя на родине, в России, и бакунинские профсоюзы были гораздо многочисленнее и сильнее марксистских. И так обстояло дело не только в Испании. Ведя борьбу с Марксом за влияние в Интернационале, Бакунин с удовольствием отмечал "Весь романский мир с нами!" Оставшиеся верной Марксу часть Интернационала сбежала в США и там заглохла.
"Социализм без свободы - это рабство и скотство", - таков был лозунг Бакунина. Чей в нём веял дух - свободной Европы или деспотической Азии? Бакунин довольно точно предсказал, какие формы примет "социализм", если марксисты дорвутся до власти.
Соратник Бакунина, Герцен, пытался заглянуть в будущее, и высказывал предположение, что социализм некогда займёт место консерватизма XIX века и будет сметён новой революцией. Наш социализм и был сметён, только не революцией, а контрреволюцией. И Герцен мог предвидеть именно такой вариант, ведь ему был известен опыт английской и французской революций: их периоды кончались торжеством реакции и возвратом в дореволюционное состояние. То же самое произошло и у нас, только не столь быстро.
Ленин не принадлежал к числу верующих в непрерывный прогресс человечества, он учил, что мыслить о развитии без гигантских иногда скачков назад недиалектично. Именно такой скачок Россия совершила в 1991 году.
Но после этих провалов снова начинается поступательное развитие, иногда очень медленно, иногда быстро. Образуются новые классы, складываются новые отношения между ними, и если они переходят в борьбу, то она может пойти не по тем правилам, по каким шла раньше и какие предусмотрены прежними теориями. Могут начать действовать новые факторы, которые сильно изменят всю картину в целом.
Сегодня страны Западной Европы заливают волны мигрантского потока. Либеральная мразь, возглавляющая правительства этих стран, руководствуясь абстрактными, противоестественными "общечеловеческими ценностями", которые ставят выше национальных, больше заботится о мигрантах, чем о коренных жителях своих стран, а получает взамен дикий разгул этнической преступности. В особой опасности оказываются женщины всех возрастов, насилие над ними приобрели такой размах, что кое-где женщины боятся выходить на улицу, если их не сопровождает и не охраняет какой-нибудь Ван Дамм. Преступление мигрантов замалчиваются, к уличенным преступникам суды относятся крайне милостиво, зато стихийные вспышки возмущения коренного населения строго караются как "разжигание межнациональной розни", квалифицируется как проявление ксенофобии и расизма.
Мигрантская проблема остро стоит и у нас. Известный экономист, депутат государственной Думы М. Делягин, статьи которого регулярно печатаются в "МК", считает, что меры, направленные на пресечение этой угрозы, безнадёжно запоздали, что мигранская опухоль разрослась до неоперабельной стадии.
Один из идеологов французских "новых правых" Гийом Фай незадолго до своей смерти в 2019 году выпустил книгу под названием "Расовая гражданская война" (есть русский перевод этой книги: Г. Фай "Священная война". Москва, Тотенбург, 2019 год)
В ней он рассматривал разные варианты, каким образом может идти эта война и чем она может кончиться. После событий, произошедших в Англии в конце 2024 года этот лозунг - "Расовая гражданская война", - озвучил на весь мир Илон Маск.
О "единственный гражданской войне" пел когда-то Окуджава. Как выясняется теперь, та гражданская война, которая вспыхнула в результате классовой борьбы, отнюдь не единственно возможная - есть и другие её варианты
А.Иванов, просто историк, не доктор и не профессор.
21 марта 2028 г.
Специально для канала ALMA PATER
------------------------------------------------
Интервью с автором на нашем канале:
- Последний из могикан русского движения -https://dzen.ru/video/watch/6389e4810117423998c7c309?collection=author%3A0523fbc3-fd1d-4b6b-a673-c3e33b94498c&order=reverse
- Русский философ Анатолий Иванов - https://dzen.ru/video/watch/6389eb118c336870eef99bc6?collection=author%3A0523fbc3-fd1d-4b6b-a673-c3e33b94498c&order=reverse
- Летопись борьбы. Продолжение разговора - https://dzen.ru/video/watch/6389f48d0117423998d7aabc?collection=author%3A0523fbc3-fd1d-4b6b-a673-c3e33b94498c&order=reverse
- Несгибаемый. Окончание разговора - https://dzen.ru/video/watch/6389f65f4b5a21136e6158cf?collection=author%3A0523fbc3-fd1d-4b6b-a673-c3e33b94498c&order=reverse
- "В нынешних властных структурах русским духом не пахнет" - https://dzen.ru/a/adv7tXQGc2xxlV44
- "Панорама глупости и измены" - https://dzen.ru/a/af5NskgogEXBkUWm
-----------------------------------------
Помощь каналу: Сбер №2202 2007 7016 6997 Игорь Д.