Со времен увлечения авангардной тусовкой «Антифотография», Бексиньский не принадлежал ни к одной художественной группе. Тем не менее, не был он и заспиртован в пробирке собственных внутренних видений. На формирование его стиля повлияло множество разноплановых факторов, от польской культурной среды до мирового художественного искусства, литературы и музыки.
Прежде всего, Бексиньский впитал традиции польского искусства, хотя и шел наперекор официальным тенденциям. В 1950-е, когда в ПНР доминировал социалистический реализм, художник дерзко занялся абстракцией и авангардной фотографией, словно продолжая линию довоенного модернизма.
Уже в 1960-е, разочаровавшись в авангарде, он предвосхитил постмодернистскую идею синтеза стилей. Критики отмечали, что его отказ от чистой абстракции и возврат к фигуративности совпал с глобальным постмодернистским переломом, когда в моду вновь вошли историзм и эклектика.
В одном интервью он признавался, что корни его художественного идеала лежат в разглядывании картин старых европейских школ. И можно считать, что по итогам Бексиньский стал одним из тех, кто соединил авангард и традицию.
Если говорить о стилистических параллелях, то естественно Бексиньского чаще всего относят к сюрреализму. Безусловно, его фантазии созвучны европейским сюрреалистам, но всё же больше общего у него с традицией мистического символизма. Критики нащупывали сходство с визионерскими полотнами Босха, и символистами конца 19 века.
#art #personalii
