Предыдущая глава - Глава 14
Глава 15. Гости без приглашения.
Катер приближался с востока, со стороны открытого моря. Он шёл без ходовых огней, без сигналов, без опознавательных знаков - чёрный силуэт на фоне белесого неба, стремительный и зловещий, как акула, почуявшая кровь. Капитан стоял у леера с биноклем и считал.
Шесть человек на борту. У троих - автоматы Калашникова, у одного - компактный пистолет-пулемёт, у двоих - багры и альпинистские кошки для абордажа. Оружие не маскировали, не прятали - напротив, держали напоказ, стволами вверх, как держат инструмент, которым привыкли работать. Главарь стоял на носу, расставив ноги, и даже без бинокля было видно: человек немолодой, кряжистый, с седой щетиной. Одет не в камуфляж, в чёрную водолазку и брезентовые штаны. На груди, поверх одежды, висел кулон - крупный, серебряный, в форме трезубца. Символ, который Георгий уже видел на монете Сержа и на амулете Жанны.
- Самоли, - сказал капитан, опуская бинокль. - Живой, гад.
Марианна, стоявшая рядом, переспросила:
- Вы его знаете?
- По архивам. Геласис Самолидис, кличка Самоли. В девяностых - контрабанда оружия через Коринфский залив. В нулевых - перехват нелегальных грузов, рэкет, похищения. Лет десять назад его объявили погибшим - якобы утонул во время шторма. Но тело не нашли. Теперь понимаю почему.
- Он работает на картель?
- Он сам картель. Только мелкий, местного разлива. Такие, как он, не возят антиквариат в Женеву - они продают доступ. Кто платит, того и везут. Значит, кто-то заплатил. И этот кто-то знал, что мы будем здесь сегодня.
Алексей, подошедший с кормы, кивнул:
- Кок. Больше некому.
Димитрис, которого выпустили приготовить обед, услышал своё имя и попятился к рубке. Лицо его побелело.
- Я не… я только передавал координаты. Больше ничего. Они обещали не трогать пассажиров!
- Кому обещали? - Громов схватил его за ворот. - Кому?! Почему ты раньше ничего не сказал?
- Они сказали, убьют, если расскажу. Я только слышал, как он говорил по телефону какому-то человеку. Я не знаю его имени. Он сказал, что им нужен только груз. Что все останутся живы. - Кок дрожал, и Георгий, брезгливо оттолкнув его, повернулся к пассажирам.
- Слушать всем. Через пять минут они будут здесь. Стрельбу не открывать - у них преимущество по огню вдесятеро. Я буду говорить. Алексей, Марианна - оружие держать скрытно, применять только в крайнем случае. Лариса, Валерия, Тамара - в кают-компанию, забаррикадировать дверь. Полина…
- Я остаюсь, - сказала она. Голос её был спокоен, но Георгий увидел, как побелели костяшки её пальцев, сжимавших поручень.
- Вы не понимаете. Им нужны вы.
- Именно поэтому я остаюсь. Если они увидят, что меня прячут, они будут искать. А если я здесь - возможно, удастся выиграть время.
Георгий хотел возразить, но Алексей положил руку ему на плечо:
- Она права. Я буду рядом.
Катер застопорил ход в полусотне метров от «Амфитриты». С него закричали в мегафон - по-гречески, с сильным островным акцентом:
- Капитан! Глуши двигатель! Всем оставаться на местах! Первый, кто дёрнется, получит пулю. Сопротивление бесполезно. Мы здесь за грузом, а не за вашими жизнями. Ведите себя разумно и никто не пострадает.
Капитан взял судовой мегафон, ответил:
- Говорит капитан «Амфитриты». Мы гражданское судно, туристическая экспедиция. Оружия на борту нет. Что вам нужно?
- Скоро узнаешь, капитан. - Катер мягко ткнулся носом в корму яхты. Двое с баграми зацепили леерное ограждение, подтянули судно вплотную. Первым на борт, легко, несмотря на возраст, перемахнул Самоли.
Он был ниже, чем казался с катера, но шире - настоящий медведь. Лет шестидесяти, с лицом, изрезанным морщинами, как старая карта. Глаза - тёмные, быстрые, ничего не упускающие. Трезубец на цепочке качнулся, ударился о грудь. Самоли оглядел палубу, пассажиров, столпившихся у рубки, и улыбнулся - одними губами.
- Доброе утро. Извините, что без приглашения. Но вы, кажется, ждали гостей.
- Мы ждали береговую охрану, - ответил Георгий.
- Береговая охрана в Патрах, - Самоли кивнул на восток. - С утра у них учения. Странное совпадение, правда? Кто-то очень влиятельный попросил их не выходить сегодня в этот квадрат.
Марианна и Алексей переглянулись. Политик, на которого был собран компромат. Тот самый, чей архив лежал на дне Гелики. Значит, он знал об экспедиции. Знал и принял меры.
- Ладно, - Самоли хлопнул в ладоши, - давайте без лишних формальностей. Мне нужны три вещи. Первое: «Зеркало Гелики». Маленький бронзовый диск. Он здесь, на борту. Кто везёт - знаю, но хочу услышать добровольное признание.
Лариса не шелохнулась. Лицо её было спокойным, как маска.
- Второе: «Ключ Посейдона». Вы, я вижу, уже ныряли. Что нашли?
- Ничего, - ответил Георгий. - Разведочный спуск. Вход затоплен, нужна расчистка.
- Врёшь, капитан. У нас был сонар. Вы подняли тело.
- Это останки моего друга, археолога. Он погиб здесь пятнадцать лет назад.
Самоли помолчал, и что-то в его лице дрогнуло - не сочувствие, скорее досада. Он знал об Александросе. Возможно, даже был причастен. Но ничего не сказал.
- Третье, - он обвёл глазами пассажиров, - женщина. Та, что носит браслет-спираль. Я знаю, что она здесь. Её зовут Полина.
Пауза. Самоли всматривался в лица. Полина стояла в двух шагах от него, у леера, но спиральный кулон был скрыт под кофтой. Она не пряталась - просто стояла и смотрела, как смотрят на опасного зверя: без страха, без вызова, внимательно.
- Вы меня ищете, - сказала она, выходя вперёд, и Алексей инстинктивно шагнул за ней.
Самоли улыбнулся - на этот раз по-настоящему.
- Вот ты какая. А говорили - не отдадут без шума.
- Зачем я вам?
- Не мне. Тебе там, внизу, делать нечего. Но заказчик хочет, чтобы ты указала вход. А потом - чтобы тебя не было. Нигде.
Алексей сделал полшага, заслоняя Полину, но она тронула его за локоть:
- Подождите.
Она смотрела на Самоли, и впервые с момента его появления он осёкся - потому что увидел в её глазах то, чего не ожидал: спокойную, древнюю уверенность.
- Вы сказали - три вещи. «Зеркало», «Ключ» и я. Но вам не сказали самого главного, господин Самоли.
- Чего же?
- Без меня вы не войдёте в святилище. Ваш заказчик знает это, и потому хочет, чтобы я указала вход, а потом - чтобы меня убрали. Но он не знает другого: святилище умеет защищаться. Вы верите в проклятие Гелики?
Самоли усмехнулся, но усмешка вышла не такой уверенной, как ему хотелось.
- Сказки. Старушечьи сказки.
- Сказки? - Полина подняла левую руку, и кулон блеснул на запястье. - Тогда почему человек, который пятнадцать лет назад пытался войти в храм, лежал там, внизу, с проломленным черепом? Его звали Александрос Мавридис. Он был археологом. И он знал то же, что я: без спирали в храм не войти. Но он вошёл. И не вышел.
Самоли молчал. Его люди, забравшиеся на палубу и державшие автоматы на изготовку, переглянулись. Александрос. Имя, которое здесь, на этом квадрате, знали все.
- Ты хочешь сказать…
- Я хочу сказать, что «Ключ Посейдона» - не предмет. Это знание. И оно у меня. Вы можете убить меня здесь, сейчас, но тогда вы никогда не войдёте в храм. И ваш заказчик вам не заплатит.
Наступила тишина. Потом Самоли расхохотался - громко, хрипло, с каким-то уважением.
- А ты смелая, женщина. Я таких люблю. - Он повернулся к своим. - Ладно. План меняется. Наша цель - Святилище. Эта женщина покажет нам вход. Капитан предоставит снаряжение. Остальные сидят тихо, и к вечеру мы уйдём. Если кто-то дёрнется, я расстреливаю первого попавшегося, а потом спрашиваю, кто следующий.
Он махнул рукой. Пираты рассредоточились по палубе: двое ушли на нос, двое - на корму, один остался у рубки, остальные принялись выгружать с катера оборудование: верёвки, подводные фонари, запасные баллоны. Самоли лично проверил снаряжение, отложил лучший комплект для Полины и добавил насмешливо:
- Не пытайся хитрить. У меня человек с автоматом будет стоять у тебя за спиной. И ещё один - здесь, на палубе. Дёрнешься - он исполнит приказ.
Алексей приблизился к капитану и, произнес, не глядя на него, почти беззвучно:
- Жанна?
- В каюте. Готовит второй фронт, - так же беззвучно ответил капитан.
Жанна действительно была в каюте. Она слышала всё через приоткрытый иллюминатор и теперь, сидя в темноте, проверяла маленький баллон, спрятанный под койкой ещё до отплытия. Не тот, что для основного погружения. Аварийный, с семиминутным запасом воздуха. И с узким ножом в нагрудном кармане.
Она знала, что Полина тянет время. И знала, что её час настанет не сейчас, а позже, когда они спустятся под воду. Там, на глубине, где нет автоматов, где каждый вдох на счёту, где плавание решает всё, - там она встретит пиратов по-своему.
Через полчаса подготовка была закончена. Пираты связали кока - Самоли не доверял даже стукачам. Потом загнали пассажиров в кают-компанию, выставили охрану. Серж, несмотря на протесты Тамары, заявил, что останется на палубе: «Я раненый, какой от меня вред?». Самоли смерил его взглядом и нехотя разрешил.
Полина облачилась в гидрокостюм. Алексей тоже, он настоял, что пойдёт страхующим, и Самоли, здраво рассудив, что лишний профессионал под водой не помешает, согласился.
Перед самым спуском Полина подошла к борту и задержалась на секунду. Повернулась к Самоли:
- Знаете, что самое страшное в проклятии Гелики?
- Просвети меня, жрица.
- Оно сбывается не для того, кто его нарушил. А для того, кто им пренебрег. Вы ведь думаете, что работаете на картель, да? А на самом деле картель работает на того, кто сидит в Афинах и сейчас пьёт кофе, зная, что к вечеру вы либо вернётесь с добычей, либо не вернётесь вовсе. Вы - расходный материал.
Самоли побагровел, но сдержался. Только трезубец на цепочке качнулся, когда он резко повернулся к своим.
- Второй водолаз с ними. Контролировать каждый шаг.
- Это я, - сказал один из пиратов - тот, что помоложе, с коротким ёршиком волос. Он проверил автомат, отложил в сторону, взял акваланг.
Жанна из каюты не выходила. Она ждала момента. Тамара стояла у двери кают-компании, сжимая контейнер с пробой - той самой, из которой, вероятно, можно было синтезировать эликсир. Лариса прятала «Зеркало» под футболкой, молясь, чтобы обыск не повторился. Валерия проклинала себя за то, что вообще затеяла эту экспедицию. Серж, бледный, с забинтованной головой, сидел на скамье и смотрел на море.
Громов застыл в рубке, положив руку на сейф. В сейфе, под грудой бумаг, лежал кортик - старый, армейский, но всё ещё острый.
Алексей поправил регулятор, проверил подачу кислорода, посмотрел на Полину. Их взгляды встретились.
- Готовы? - спросил он.
- Я была готова к этому всю жизнь, - ответила она.
И они ушли в воду.
Чёрный зев арки распахнулся перед ними. Луч фонаря высветил спираль на камне - точно такую же, как на кулоне. И уходящую вниз лестницу.