Марфа смотрела на еще спящих врагов и почувствовала, как внутри закипает гнев. Легкая улыбка на губах исчезла в долю секунды. Да, она могла их отравить в любой момент, сжечь ночью вместе с домом за все их преступления - это было несложно, но она четко знала: она не убийца. Она не сможет. Как бы она их ни ненавидела, но не сможет. Поэтому мстить она будет по-другому.
Начало: https://dzen.ru/a/ahnjJCdhUzzlCKt8
Когда немцы проснулись, Марфа начала собирать на стол. Поставила горшок с вареной картошкой, кувшин с молоком, нарезала хлеб и отошла в угол, к сундуку.
Молча наблюдала за тем, как они садятся за стол и принимаются за еду. Затем открыла сундук и достала оттуда шкатулку с семейными фотографиями. Аккуратно вынула снимки: вот они с Иваном вдвоем, а вот фото, где они все вместе - она с мужем и их дети: Петр, Алеша, Михаил, Степан, Гриша.
Она взяла семейную фотографию и подошла к немцам, все еще занятых завтраком.
- Что нужно? – настороженно спросил офицер, поднимая взгляд на Марфу, застывшую у стола.
- Хочу показать вам, кого вы убили, - тихо, но твердо произнесла Марфа и положила снимок на стол прямо перед солдатами.
- Она с ума сошла?! Как она смеет подходить к нам с какими-то фотографиями? – воскликнул один из солдат и схватил оружие, лежащее тут же рядом на лавке.
Но Марфа не остановилась. Она продолжила тем же спокойным голосом:
- Это вот мой муж, а это сыновья, - сказала она, поглаживая фотографию. – А вы пришли и забрали их у меня. И нет вам прощения.
Последнее, что помнила Марфа, это хлесткий удар прикладом по голове и покачнувшаяся занавеска на окне.
Очнулась Марфа от ведра холодной воды, которым ее окатил один из немецких солдат.
- Вставай, - грубо сказал офицер, - приготовь нам обед. И постирай наши вещи. Еще раз позволишь себе такую выходку - расстреляю.
Солдаты были раздражены. Атмосфера не располагала к спокойствию и тишине, не было порядка, а этого они не любили. Любое неудобство выводило их из себя, тем более, если причина в какой-то "полоумной" старухе. Но в этом и был ее тихий план - вносить хаос в их жизнь, даже если это будет небезопасно.
Марфа поднялась, держась за стенку. Перед глазами все плыло, во рту чувствовался вкус крови. Она медленными шагами подошла к печке, взяла слабыми, дрожащими руками ведро и вышла из избы.
Набрав воды из колодца, она не спешила обратно, оперлась на сруб, переводя дыхание. Боль в голове пульсировала в такт биению сердца, во рту по-прежнему чувствовался металлический привкус крови. «Они думают, что сломали меня, — думала Марфа. — Ударом, угрозами. А я их не боюсь и буду продолжать создавать им невыносимую жизнь в своем доме, как и задумала. Каждый день. Они не на своей земле, и наша земля их не примет».
На следующий день немцы ушли из дома чуть свет. В последнее время их очень беспокоила ситуация с партизанами, которые устраивали внезапные нападения, их вызвали в штаб. До ухода немецкий офицер приказал постирать вещи.
Марфа взглянула на груду грязного белья у порога. Поставила греться несколько ведер воды.
После вчерашних побоев голова еще болела, но руки уже обрели прежнюю силу и твердость.
Стирка заняла полдня. Развесив белье, она зашла домой и начала готовить обед.
Офицер со своими солдатами вернулись поздно вечером, злые и уставшие. Марфа стала накрывать на стол. Один из солдат, энергично потирая руки, начал что-то быстро и раздраженно говорить на своем языке. Офицер вопросительно посмотрел на Марфу:
- Почему дома холодно?
- Дров мало, - сухо ответила Марфа.
- Иди найди дрова и протопи печь, как следует. Быстро!
Офицер тоже поежился и накинул поверх рубашки шинель.
Марфа накинула на голову шаль и вышла.
Да, дрова были, но она намеренно не дотопила печь - не будет отогревать фашистов в своем доме. Этот дом они с мужем строили не для них, и пусть они это чувствуют и знают.
Марфа занесла дрова в дом и вновь вышла во двор за постиранным бельем. Белье на морозе заледенело, и она с трудом сняла его с веревки. Дома развесила на печи.
Ее жильцы отдыхали. Марфа взглянула на офицера. Он лежал на кровати, прикрывшись шинелью, и неотрывно смотрел на фотографию своей жены и дочерей.
На следующее утро немцы стянули с печи свои высушенные рубашки, брюки и начали неторопливо, переговариваясь друг с другом, одеваться. Настроение у них было отличное: выспались в теплом доме, переодеваются в свежее. Но через минуту послышались дикие крики и ругань.
Марфа осторожно раздвинула занавеску, разделяющую дом на две половинки, и убедилась, что ее план сработал. Посреди комнаты стояли ее враги в нелепых коротеньких штанах и в рубашках с рукавами почти до локтя. Марфа вчера использовала при стирке очень горячую воду, и их форма просто-напросто села.
Офицер быстрым шагом подошел к Марфе с рубашкой в руках:
- Что это? Я спрашиваю, что это? Ты нам испортила форму!
Марфа «удивленно» развела руками:
- Для вас старалась, хотела, чтобы хорошо выстиралось. Вашу форму шьют видимо из какой-то другой ткани, с нашими вещами ничего не случается.
С тех пор Марфа устраивала каждый день такие неожиданности. «Случайно» проливала воду на их бумаги на столе, расставляла в доме вещи мужа и сыновей (что очень злило солдат), «забывала» убрать крошки или остатки еды со стола. И каждое свое действие она объясняла случайностью, старостью, забывчивостью. Каждый эпизод сам по себе был незначителен, но все вместе создавало в доме атмосферу постоянного напряжения.
Марфа понимала, что играет с огнем, но остановиться не могла. Она мстила, оставаясь верна своему принципу – не убивать. Она не убийца, но и жизни врагам в своем доме она не даст. Конечно, в глубине души она понимала, что все это незначительно, мелко. Но что еще она могла сделать, пожилая, слабая женщина?
Как-то раз Марфа поздно вечером вышла во двор. И тут она в сумерках разглядела у забора Лизу, девочку из их деревни. Лиза переминалась с ноги на ногу и беспокойно оглядывалась по сторонам. Марфа поняла – девочка хочет ей что-то сказать.
Она подошла к забору, и Лиза тут же затараторила:
- Тетя Марфа, в соседнем лесу партизаны готовят засаду на немецкий обоз с боеприпасами. Но чтобы это сделать, надо увести немцев из деревни на несколько часов, чтобы они не услышали стрельбу и не пришли на помощь. Вы сможете что-нибудь придумать? Обоз проедет через два дня.
Марфа машинально согласно кивнула головой.
Она согласилась, но еще не знала, как же это сделать.
Окончание: https://dzen.ru/a/ah0bgjjsyR2xbmDT