Елена долго сидела на краю дивана, сжимая в руках старую записную книжку. Страницы давно пожелтели, уголки загнулись, некоторые номера были зачеркнуты, рядом с другими короткие пометки, понятные только ей одной. Когда-то она бережно вносила туда контакты людей, с которыми жизнь то сталкивала, то разводила в разные стороны. Сейчас эта книжка казалась шансом всё изменить.
Горькая месть. Часть вторая из трех
Она быстренько перенесла в телефон несколько номеров и отложила блокнот в сторону. На душе стало даже легче, словно решение уже найдено и всё остальное лишь дело времени. Лена откинулась на спинку дивана, прикрыла глаза и начала мысленно раскладывать завтрашний день по шагам.
С самого утра начнёт обзванивать.
Первым – Ефима Михайловича. Она даже улыбнулась, вспомнив его. Солидный мужчина, старше её лет на пятнадцать, ещё до знакомства с Борисом несколько раз приглашал Лену в ресторан. Тогда ей казалось, что он слишком серьёзный, слишком взрослый, да и скучноватый, поэтому ничего у них не вышло. Но относился он к ней всегда с особым теплом, даже как-то сказал, слегка сжимая её руку на прощание:
— Если когда-нибудь понадобится помощь, обращайся в любое время.
Лена тогда только рассмеялась, не придав словам значения. А сейчас они всплыли в памяти как нельзя кстати. Ефим работал в органах, имел связи, мог достать любую информацию. Вот его она и попросит разузнать всё о женщине, на которой Борис собирается жениться. Кто такая, откуда взялась, чем дышит. Наверняка там есть за что зацепиться.
Следующий номер принадлежал Кире Авдеевой, бывшей однокласснице. В школе они почти не общались, но Кира всегда была тихой, правильной и очень старательной. После выпуска поступила в мединститут, а теперь работала врачом в областной клинике.
Её Лена задумала использовать иначе. Нужна всего лишь справка. Официальная бумага - пара строк, печать, и всё. Пусть выдумает что-нибудь серьёзное, такое, чтобы Борис испугался. Чтобы понял: мать его детей тяжело больна, детям нужен присмотр, семья снова должна быть вместе. Он обязан будет вернуться. Даже если не из любви, то хотя бы из чувства долга.
А третий номер даже вызвал у неё азарт. Лёнчик Северцев, бывший одноклассник, смешной рыжий парень. Сейчас, как рассказывали, стал известным комиком, вёл канал в интернете, снимал розыгрыши, собирал подписчиков. Лена однажды случайно наткнулась на его видео и даже удивилась, как тот школьный балагур сумел превратиться в такую знаменитость. Вот он-то ей и нужен.
Лёнчик прекрасно умеет устраивать сцены. Подговорить его, чтобы он сыграл случайную встречу с невестой Бориса. Пара объятий, несколько двусмысленных слов, всё это снять на телефон и отправить Борису. Пусть посмотрит, какую «порядочную» женщину собрался вести под венец. Лёнчик был талантлив — всё обставит так, что и сомнений не останется: между ними явно что-то есть. Потом, конечно, извинится, скажет, что ошибся, обознался, устроил очередной розыгрыш. Дамочка и не поймёт, что произошло.
Борис вспыльчивый. Внешне спокойный, но внутри ревнивый. Лена слишком хорошо это знала. Достаточно маленького зерна сомнения, и он сам всё разрушит.
От этих мыслей её буквально захлестнуло сладкое чувство предвкушения. Всю ночь Лена ворочалась в постели и почти не спала. Она лежала в темноте, смотрела в потолок, снова и снова прокручивая в голове будущие события: вот Борис узнаёт правду о своей невесте. Вот ссорится с ней. Вот приходит к Лене, потерянный, раздавленный, благодарный за то, что она оказалась рядом. Садится на кухне, опускает голову и говорит так тихо:
— Лена, я чуть не совершил страшную ошибку. Лучше тебя мне никого не найти.
И тогда она, конечно, простит, но не сразу. Пусть помучается. Пусть поймёт, каково было ей. Но потом, ради детей… она великодушно позволит ему вернуться.
Эта картина грела её так сильно, что к утру она уже не сомневалась – всё случится именно так.
Проснулась Лена рано, хотя почти не спала. В голове гудело от недосыпа, но возбуждение было сильнее усталости. Она наскоро приготовила детям завтрак. В полуха слушала, что они рассказывают про школу, и торопила:
— Быстрее, быстрее, опоздаете.
Проводив их за дверь, Лена заперла квартиру, прошла на кухню и сварила себе крепкий кофе. Такой крепкий, что с трудом удалось проглотить. Телефон лежал перед ней на столе. Она несколько секунд смотрела на экран, собираясь с духом, а потом нажала первый номер. Ефим Михайлович.
Гудки шли долго. Наконец трубку сняли. Но вместо знакомого мужского баритона раздался резкий, раздражённый женский голос .
— Алло?!
Лена опешила.
— Э-э… Могу я услышать Ефима Михайловича?
Женщина мгновенно сорвалась на крик:
— Ещё одной девахе понадобился Михалыч! Да иди ты лесом! Поняла? Теперь этот номер мой! А он, видимо, не просто так его сменил! Достали уже!
Связь оборвалась, а Лена ещё несколько секунд держала телефон у уха. На душе стало так мерзко, словно её облили чем-то грязным.
— Ну и шут с ним, — пробормотала она, стараясь стряхнуть неприятное чувство.
Если не узнает ничего о невесте Бориса, не страшно. В конце концов, главное – вернуть его самого, остальное второстепенно. Про нынешнюю можно и через Нину выяснить, та наверняка что-нибудь знает. А сейчас важнее справка.
Бывшая одноклассница ответила сухо, даже равнодушно, будто разговаривала через силу. Они и в школе-то никогда особо не дружили. Просто учились в одном классе, привет-пока, не более. Но Кира, кажется, совсем не удивилась звонку. Видимо, привыкла, что бывшие знакомые вспоминают о ней, когда что-то нужно.
— Лен, ты диагноз сразу скажи, — устало произнесла она. — А то, может, не по адресу вообще.
Лена растерялась.
— Какой диагноз?
— Ну что у тебя нашли?
Лена спешно замахала рукой, хотя собеседница её не видела.
— Нет-нет, Кир, ничего такого… Я просто хотела встретиться. Тут дело деликатное.
На том конце повисла пауза. Кира помолчала, будто что-то обдумывая, а потом коротко сказала:
— В три часа подъезжай к приёмному покою. На пару минут выйду.
Лена едва дождалась этого времени. К назначенному часу она уже стояла у областной клиники. Старое серое здание, машины скорой помощи у входа - всё это навевало неприятные мысли. Но Лена была слишком сосредоточена на своём плане.
— Ну? Что случилось? — спросила Кира сразу.
Лена нервно улыбнулась, взяла её под локоть и отвела чуть в сторону, подальше от входа. Озираясь, словно их могли подслушать, она сбивчиво начала объяснять. Сначала осторожно, намёками. Потом прямо – что ей нужна справка. Не настоящая болезнь, а просто документ. Чтобы муж вернулся. Ради детей.
Пока она говорила, лицо Киры становилось всё жёстче. Когда Лена закончила, та резко отдёрнула руку.
— Ну уж нет.
Сказала так громко, что Лена вздрогнула.
— Как тебе вообще такое в голову пришло?
Люди у входа обернулись. Лена покраснела и попыталась что-то сказать, но Кира не дала.
— Даже разговаривать с тобой не хочу. Я о тебе была лучшего мнения. Уходи.
Она шагнула назад, а потом, уже тише, но с холодком добавила:
— И запомни! Если ты даже найдёшь кого-то, кто на это согласится, сама себе беду накличешь. Такими вещами не шутят.
С этими словами Кира развернулась и быстро ушла обратно в здание, а Лена осталась стоять на ступеньках, чувствуя, как лицо пылает от стыда и злости. Прохладный ветер трепал волосы, а в груди всё клокотало. Она цокнула языком.
— Надо же, о грехе заговорила… Сама небось за деньги не такое делает.
Но думать о Кире долго не хотелось. Ни о ней, ни о её морали. У Лены была цель, и она не собиралась от неё отказываться только потому, что кто-то оказался слишком правильным.
Она достала телефон, ещё раз посмотрела на сохранённый номер Лёнчика Северцева и улыбнулась. Если один план не сработал, значит, пора переходить к следующему.
В этот момент ей позвонила Нина.
— Ну что? Узнала? — Сразу спросила Лена.
Подруга вздохнула так тяжело, будто сама устала от всей этой истории.
— Да толком ничего. Сенька упёрся, как баран. Говорит, не будет лезть в дела Бориса. Всё, что вытянула – имя. Надежда.
Лена уже хотела раздражённо бросить, что и без этой «ценной» информации можно было обойтись, но вдруг замерла. Надежда. Имя будто вспыхнуло в памяти, вытащив наружу давний разговор, который она когда-то пропустила мимо ушей.
Борис рассказывал ей об этом много лет назад, ещё в первые месяцы их брака. Они тогда сидели вечером на кухне, пили чай, и он неожиданно заговорил о своей юности. О том, как сильно был влюблён в одну девушку ещё со студенческих времён. Надю. Лена тогда слушала через слово, больше занятая новым маникюром, чем откровениями мужа, но всё же кое-что запомнила.
Надежду после института пригласили работать за границу. Хорошая работа, перспективы, новая жизнь. Борис хотел, чтобы она осталась. Просил, уговаривал, даже обещал ждать, если она сама попросит, но та уехала. Выбрала карьеру, а не любовь. Он тогда обиделся очень. Сказал, что не станет два года сидеть и ждать неизвестно чего. Ушёл с головой в работу, начал строить карьеру, а потом встретил Лену и решил, что всё так и должно было случиться, что это и есть судьба.
Неужели теперь… Неужели он снова встретил ту самую Надю?
И сердце, как назло, заныло от неприятной догадки.
— Вот же… — прошептала она. — Старая любовь не ржавеет…
Не дослушав Нину, она быстро попрощалась и сбросила вызов.
Домой Лена почти бежала. В голове шумело. Если это действительно та самая Надежда, всё становилось гораздо хуже. Случайная женщина – это одно. Но первая любовь… с этим бороться сложнее.
Она влетела в квартиру, не разуваясь, и сразу бросилась к шкафам. Где-то была записная книжка Бориса, с телефонами его знакомых и родственников. Лена точно помнила, что видела её не раз. Только куда она делась?
Она начала вытаскивать ящики, сбрасывать на пол папки, старые квитанции, детские рисунки, какие-то коробки. Ничего. Через десять минут поисков её уже трясло от раздражения.
— Неужели забрал? — прошептала она, чувствуя, как в груди разрастается паника.
Руки дрожали так, что Лена, не думая, открыла кухонный шкафчик, достала бутылку с янтарным напитком и налила себе почти полный бокал.
Она села на табурет, огляделась мутным взглядом и вдруг вспомнила. Когда Борис ушёл, она освобождала его письменный стол, чтобы отдать ящики дочери под учебники. Все его бумаги, блокноты и мелочи тогда просто свалила в коробку и вынесла в кладовку на лестничной площадке.
Лена вскочила так резко, что голова закружилась. Накинув куртку, она выбежала в подъезд. Через пару минут уже тащила тяжёлую пыльную коробку домой.
Коробка была набита старыми вещами: документы, какие-то технические журналы, папки, фотографии. И вот она, записная книжка. Лена жадно схватила её и стала перелистывать страницы.
Из книжки выпала старая фотография. На ней молодой Борис, совсем ещё мальчишка, худой, смешной, с длинноватой чёлкой, стоял, обнимая девушку с волнистыми светлыми волосами. Оба улыбались так искренне, что у Лены сразу неприятно свело в животе.
На обороте было написано аккуратным почерком: «Бореньке. Чтобы не забывал. Надежда».
Лена сжала фото так сильно, что оно смялось.
— Надежда… — почти выплюнула она это имя.
И тут же нашла в записной книжке номер, подписанный так же. Домашний телефон. Она даже усмехнулась. Кто вообще сейчас пользуется домашними телефонами? Но всё равно набрала.
Ответили почти сразу. Женский голос был спокойным, мягким, даже приятным.
— Алло?
— Надежду я могу услышать?
— Это я. Слушаю вас.
Лена молча сбросила звонок. Сердце колотилось необычно громко. Она оказалась права. Борис действительно вернулся к своей первой любви. Лена даже почувствовала странное удовлетворение - интуиция её не подвела.
Воодушевлённая, она тут же позвонила Лёнчику. Тот ответил не сразу. На фоне слышался шум, смех, кто-то громко говорил — видимо, очередные съёмки. Лена быстро изложила свой план. На удивление, Лёнчик заинтересовался.
— Ну, идея смешная, — сказал он, хмыкнув. — Только предупреждаю: если снимаем, то видео пойдёт и на мой канал. Такой материал зря пропадать не должен.
Лена на секунду прикусила губу. Ей не нравилась мысль, что всё увидят чужие люди, но желание разрушить свадьбу оказалось сильнее.
— Хорошо, — согласилась она. — Только сделай всё так, чтобы выглядело убедительно.
— Не учи учёного, — засмеялся Лёнчик.
На следующий день всё было готово. Лена сама позвонила Надежде. Голос сделала встревоженным и немного дрожащим.
— Простите, я не знаю, как это сказать… Но я обязана предупредить. Ваш мужчина вам изменяет. У меня есть доказательства. Нам нужно встретиться.
После короткой паузы Надежда согласилась. Они назначили встречу в небольшом сквере возле кафе. Всё было заранее согласовано с Лёнчиком. Лена спряталась неподалёку, так, чтобы видеть происходящее. Сердце колотилось, ладони вспотели. Она уже представляла, как всё получится.
Надежда подошла вовремя. Высокая, ухоженная, спокойная женщина. Совсем не похожая на «грымзу», как описывала Нина. Напротив, в ней было что-то уверенное, достойное. Это ещё сильнее разозлило Лену.
На встречу ней направлялся Лёнчик. Как и договаривались, он подошёл к Надежде с радостным видом, будто встретил старую знакомую, и без лишних слов начал её обнимать.
Но дальше всё пошло совсем не по плану. Откуда-то, словно из воздуха, возник огромный мужчина – самый настоящий амбал. Он в два шага оказался рядом, схватил Лёнчика за шиворот и так резко оттащил в сторону, что тот едва не упал.
— Ты кто такой?! — рявкнул мужчина.
Лёнчик побледнел. Лена, наблюдая из-за кустов, почувствовала, как сердце ухнуло чуть ли не в пятки. Ещё секунда, и Лёнчику точно бы начистили лицо. Но тот, надо отдать должное, быстро сориентировался.
— Спокойно! Спокойно! Это розыгрыш! Съёмка! Вон оператор! — затараторил он, указывая на парня с камерой, который действительно сидел в кустах.
Надежда что-то быстро сказала мужчине, тот нехотя отпустил Лёнчика, но взгляд у него был такой, что даже со стороны становилось не по себе.
Когда всё, наконец, утихло, Лёнчик быстрым шагом направился к месту, где ждала Лена. Он был злым.
— Ну ты и подставила, — процедил он сквозь зубы.
— Что случилось? — растерянно спросила Лена.
— Ты сказала, что это любовница твоего бывшего мужа. А у неё, между прочим, свой муж есть. И очень даже ревнивый. Она ему рассказала про твой звонок, он её и привёз сюда. Я еле убедил, что это обычный розыгрыш. Спасибо скажи, что тебя не сдал.
Лёнчик ушел, бросив на прощание:
— Всё, Ленка. Больше мне не звони.
А Лена стояла, будто оглушённая. Как же так? Если у Надежды есть муж… то что происходит? Борис собирается увести её из семьи? Но как тогда заявление в ЗАГС? Вопросов становилось всё больше, а ответы не находились. Она чувствовала, как все её планы рассыпаются один за другим, как карточный домик. Злость, обида, растерянность – всё смешалось.
Лена шла по улице, не разбирая дороги, пока не оказалась у небольшого кафе. Зашла внутрь как на автомате, заказала кофе и села у окна. Чтобы отвлечься, она открыла интернет и стала читать женские форумы.
Одна история особенно зацепила её. Женщина рассказывала, как бывший муж женился во второй раз. Новая жена уговорила его переписать квартиру на неё, а потом выгнала и его, и детям от первого брака ничего не досталось, хотя жильё они когда-то покупали вместе с первой женой.
Лена прочитала это и вдруг её словно ледяной водой окатило. А ведь Надежда может сделать то же самое. Борис доверчивый. Особенно если влюблён. Перепишет квартиру на неё – и дело в шляпе. Лена с детьми окажется на улице. От этой мысли внутри всё сжалось так сильно, что стало трудно дышать.
Она даже не стала ничего обдумывать. Сразу набрала номер Бориса. Он ответил быстро.
— Да?
Лена постаралась, чтобы голос звучал серьёзно и встревоженно.
— Борь, у меня к тебе очень важное дело. Очень.
Он насторожился.
— Что случилось?
— Очень важное. – Повторила она. – Приезжай немедленно в кафе. Это серьёзно.
После короткой паузы он ответил:
— Еду.
Борис приехал через полчаса. Вошёл быстрым шагом, оглядел зал и сразу направился к столику. На лице читалось беспокойство.
— Что-то с детьми? — спросил он сразу, даже не садясь.
Лена посмотрела на него и медленно кивнула.
— Да. С детьми.
Борис сел напротив, нахмурившись. И тогда Лена, наклонившись вперёд и понизив голос, словно сообщала что-то страшное, сказала:
— Наши дети рискуют остаться на улице после твоей женитьбы. Поэтому ты должен переписать квартиру на меня. ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ