Рита резко проснулась от того, что кто-то настойчиво дёргал её за рукав пижамы. Рядом стоял её младший сын, Миша.
— Мам, — настойчиво произнёс он, — надо принести в садик семечки, веточки и пуговицы. Я не пойду никуда без этого!
Рита моргнула, пытаясь собраться с мыслями. Часы на тумбочке показывали 6:15 — слишком рано для таких важных поручений. Но Миша смотрел на неё с такой серьёзностью, что спорить было бесполезно.
— Хорошо, — хрипло сказала она, протирая глаза. — Сейчас поищем.
Пока она, ещё не до конца проснувшись, перебирала в шкафу нитки и старые ткани в поисках пуговиц, Миша деловито ходил за ней по пятам.
— И ещё, — добавил он, — воспитательница сказала, что можно взять что-то блестящее. У нас есть что-то блестящее?
Рита вздохнула. В голове промелькнула мысль о том, что вчерашний разговор с Артёмом так и остался где-то на задворках сознания — не было времени обдумать его как следует. Но сейчас нужно было сосредоточиться на насущном.
— Блестящее… — она на секунду задумалась, потом подошла к полке с сувенирами и достала старую ёлочную игрушку, наполовину потерявшую свой блеск. — Вот, подойдёт?
Миша внимательно осмотрел находку и кивнул:
— Да, это будет солнце в нашем лесу.
Через полчаса, когда Миша был одет, накормлен и снабжён всеми необходимыми «материалами для воспитательницы», Рита наконец смогла перевести дух. Она взглянула на себя в зеркало: тёмные круги под глазами никуда не делись, но она хотя бы успела причесаться. «Главное — держаться», — мысленно повторила она вчерашнюю мантру и вышла из квартиры вместе с детьми. Одного в сад, другого с собой в школу. Как обычно.
В школе было шумно, как всегда по утрам: дети бегали по коридорам, звенели голоса, хлопали двери. Рита шла к своему кабинету, сжимая в руках стопку тетрадей, и старалась не обращать внимания на тянущую усталость.
Урок в пятом «Б» должен был начаться через десять минут, и она решила ещё раз просмотреть план занятия. Сегодня они должны были перейти к басням Эзопа — Рита надеялась, что новый материал заинтересует детей, а может, и отвлечёт Артёма от его вечных провокаций.
Когда она вошла в класс, гул голосов стих. Ученики рассаживались по местам, шелестели страницами учебников. Артём, как обычно, занял место в последнем ряду. Он не ухмылялся, не строил гримасы — просто сидел, глядя в окно.
— Доброе утро, ребята, — сказала Рита, стараясь, чтобы её голос звучал бодро. — Сегодня мы познакомимся с баснями Эзопа. Вы, наверное, слышали это имя?
Несколько рук неуверенно поднялись. Рита кивнула Саше Смирнову, высокому мальчику с веснушками, который всегда старался отвечать, даже если не был до конца уверен в своих знаниях.
— Эзоп — это такой древний грек, который писал басни, — сказал Саша, немного запинаясь.
— Верно, — улыбнулась Рита. — Эзоп жил очень давно, но его басни до сих пор читают во всём мире. Они учат нас мудрости, помогают понять, как поступать в разных ситуациях.
Она начала рассказывать о жизни Эзопа, о том, как он, будучи рабом, использовал басни, чтобы говорить правду, не рискуя навлечь на себя гнев хозяев. Дети слушали внимательно, даже Артём оторвался от окна и теперь смотрел на Риту, хотя и с привычной долей скептицизма.
— А давайте попробуем сами придумать басню? — предложила Рита, заметив, что интерес в классе начинает угасать. — Представьте, что вы — Эзоп. Вам нужно рассказать о каком-то важном правиле жизни, но так, чтобы это было интересно и понятно. Можете работать в парах или даже в группах. Можете пересесть.
Класс оживился. Дети задвигали стульями, начали переговариваться, обсуждать идеи. Рита ходила между рядами, подсказывала, направляла. Когда она подошла к парте Артёма, тот сидел один, склонившись над чистым листом бумаги.
— Не хочешь объединиться с кем-нибудь? — мягко спросила она.
Артём поднял глаза, в них снова мелькнуло то самое выражение — не насмешка, а что-то более сложное, что Рита никак не могла понять.
— Я сам, — буркнул он.
Рита кивнула и отошла, но краем глаза продолжала наблюдать за ним. Мальчик хмурился, что-то черкал карандашом, стирал, снова писал. Иногда как будто сдерживал улыбку, или Рите это только казалось?
В какой-то момент он поднял голову, посмотрел на одноклассников, которые оживлённо обсуждали свои идеи, засмеялся, и снова уткнулся в лист.
Через пятнадцать минут Рита попросила желающих прочитать свои басни. Первой вызвалась Маша Петрова. Её басня была о двух птицах, одна из которых ленилась, а другая трудилась, и в итоге трудолюбивая птица смогла пережить зиму, а ленивая — нет. Класс вежливо похлопал.
Затем выступила группа девочек, которые сочинили басню о завистливой лягушке, пытавшейся допрыгнуть до солнца. Их басня получилась смешной, и дети дружно рассмеялись.
— Кто ещё? — спросила Рита, оглядывая класс.
На секунду повисла тишина, а потом Артём неуверенно поднял руку.
— Я… могу, — сказал он, не глядя на Риту.
— Конечно, Артём, мы слушаем, — кивнула она, стараясь скрыть удивление.
Мальчик встал, сжимая в руках лист бумаги. Он прокашлялся, словно прочищая горло, и начал читать.
На ферме свинья жила,
и весь день всех учить могла:
То скажет Овце: «Ты не так жуёшь!»,
То Петуху: «слишком тихо поёшь!»
А сама, лишь корыто увидят глаза, Налетает на еду, словно вихрь и гроза, Не заметит, как съест все чужие котлеты,
Сразу забыв раздавать всём советы.
Как-то раз говорит она Козе свысока: «Ты слишком проста и лёгка!
о будущем бы думать,
меру в лени знать,
А не просто весь день на лугу отдыхать!»
Коза лишь вздохнула, промолчала в ответ,
Ведь Свинья уже съела её обед.
Но тут подошёл Хозяин, глянул строго в упор: «Что ж, Свинья, ты опять устроила разор? Весь корм для птиц умяла, не зная стыда, Теперь без зерна останутся все навсегда!»
Свинья рот протёрла, смутилась чуть-чуть:
"Я лишь перекусить хотела что-нибудь!И вообще, я ж учила их жить хорошо, Разве это не значит, что я мудрей всего?»
Хозяин покачал головой: «Вот беда — Ты учишь других, но себе не видна. Коль за словом не следует честный пример, То совет твой — пустой на ненужный манер».
Мораль: Коль хочешь учить — сперва себя проверь: Не в словах мудрость кроется, а в делах теперь.
Артём бросил басню на свой стол и громко добавил:
- Короче, свинью Хозяин на шашлык пустил, потому что прокормить ее становилось все сложнее.
В классе грянул смех, но Рита растерянно молчала.
Поначалу ей было приятно: мальчик сумел выстроить сюжет, подобрать рифмы, донести мораль. Но чем дальше он читал, тем сильнее она чувствовала, как внутри что-то сжимается. Свинья, которая поучает всех вокруг, но сама не следит за собой… Слова басни будто отражали её собственные дни — как она твердит детям о дисциплине, о важности учиться, а сама едва справляется с хаосом в своей жизни. «Проблемы на работе…», «задержка алиментов…», «некогда поесть…» — эти мысли, словно эхо, отозвались в её голове.
«Он сочинил это про меня», — ещё до того, как басня закончилась, поняла она.
Хлопнув в ладоши, и дождавшись, пока стихнет смех, она похвалила мальчика.
— Очень хорошая басня, Артём, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Ты сумел показать, как смешно и нелепо выглядит тот, кто учит других, не глядя на себя.
— Мне пятерка? — с вызовом спросил он.
Звонок избавил Риту от необходимости отвечать "баснописцу" прилюдно.
Вы прочитали третью главу, новые главы выходят ежедневно, в 8 утра и 8 вечера.
Что бы вы сказали на месте Риты?
Следующая глава:
Предыдущая глава тут:
