Марк
Смотрю на два платья, которые сделала моя ночная гостья, и глазам поверить не могу. Это она из моих футболок сотворила?
Варя и Аня одеты в самые настоящие длинные ночнушки. Ничего нигде не торчит и не сваливается. Идеально сидит, словно так было изначально задумано.
Майя за короткое время исправила все мои косяки, а еще нарисовала по яркому оранжево-желтому единорогу на ночных рубашках. Девочки счастливы.
И я счастлив вместе с ними. Хоть здесь мозг никто не вынесет.
Быть отцом сложно. Очень. И это только начало.
— Папа, тебе нравится? — Варя крутится вокруг себя. Малышка довольно хихикает и аж светится от счастья. — Я как принцесса, — делает реверанс. Улыбаюсь.
— Очень, — киваю. — Ты настоящая королевишна, — заверяю малышку.
— А я? — куксится Аня. — Я кто?
— Ты тоже, — тут же исправляюсь, понимая свою оплошность.
Если сделал комплимент одной, то обязательно нужно выделить и другую. Девочки—они же такие девочки. Конкуренция и стремление быть красивее всех у них в крови.
— Красота неописуемая! — смотрю с восторгом на дочь. Затем перевожу внимание на другую. Восторгаюсь еще раз.
Надеюсь, они не заметят веселье в моем взгляде.
Приходится собрать в кулак весь свой профессионализм, чтобы не поддаться малышковому очарованию.
Такими темпами девочки совсем скоро будут из меня веревки вить. И как только у Антона и Вадима получается быть строгими отцами?
Малышки расплываются в довольных улыбках. Майя тихонько хихикает.
Ловлю себя на мысли, что мой дом впервые за долгое время ожил. Оказывается, это так круто.
— Ты дизайнер? — спрашиваю, удивленно глядя на свою ночную гостью. Почему-то я уверен вположительном ответе.
— Неа, — хитро улыбается. — Не угадал.
Во взгляде девушки столько задора, что мне становится интересно, кто же она по профессии. Чувствую, есть некий подвох.
— Кто? — спрашиваю напрямую.
— Угадай, — продолжает улыбаться она.
Я ведь узнаю то, что хочу.
— Портниха? Швея? — перечисляю все профессии, которые так или иначе связаны с производством одежды.
— Ты быменя еще в модельеры записал, — хихикает.
— Технолог? — вспоминаю еще одну. Нет. На технолога она не похожа. — Кто ты? — повторяю вопрос.
— Юрист, — отвечает, пожимая плечами.
— Юрист? — переспрашиваю, окончательно оседая.
Быть этого не может! Случайно подобранная на обочине девушка оказалась не только в состоянии успокоить моих новоиспеченных дочерей, но еще и по профессии идеально мне подходящей.
— Ну да, — говорит робко.
Вижу, что смущена. Интересно, почему у нее такая реакция странная?
— Не похоже? — спрашивает осторожно.
— Нет, — отрицательно покачиваю головой. — Совсем, — делаю паузу. — Юристы… Они другие.
— Это ты меня просто не знаешь, — расслабляется после моих слов. — К слову, я еще ни одного дела не проиграла, — улыбается довольно.
— Да ладно? — Она меня продолжает удивлять. — Так не бывает.
— Бывает, — ухмыляется. — Как видишь.
— Не верю! — заявляю,глядя девушке прямо в глаза. — Чем докажешь? — Она тут же перестает улыбаться. В один миг закрывается от меня.
— Ничем, — говорит совсем иным тоном. Веселье пропало. — Девочкам, наверное, спать пора, — кивает в сторону малышек. — Где их спальня? Я могу уложить.
— У них нет комнаты, — признаюсь.
— В смысле? — спрашивает возмущенно.
— Так вышло, — говорю как бы невзначай.
— Папочка, а где мы будем спать? — хлопают глазами малышки.
— В кроватях, — говорю обреченно.
Собираюсь отправить детвору спать, как понимаю, что хочу есть. Наверное, они тоже.
— Вы голодные? — внимательно всматриваюсь в глаза дочерей.
— Да, — признаются спустя несколько секунд игры в «гляделки».
— Идем, — бросаю им, направляясь в сторону кухни. — Майя, ты тоже, — кидаю ночной гостье, когда краем глаза замечаю, что она осталась стоять там, где была.
Не дело оставлять женщину голодной…
Подхожу к холодильнику, открываю его и тихо ругаюсь. У меня же еды нет. Как я мог забыть про это?
— Мышь повесилась? — не без издевки интересуется Майя. — Воздухом кормить собрался? — продолжает ерничать.
Достаю из морозилки несколько пачек замороженной лазаньи. Я когда-то покупал себе на всякий случай. Посчитал, пусть лежит в морозильнике, ничего с ней не будет. Когда-нибудь пригодится.
— Ты этим собрался кормить детей? — Майя строго смотрит на меня. Она не скрывает своего возмущения. — Это же сплошная химия! — гневно сводит вместе брови.
— У тебя есть другие варианты? — разворачиваюсь и зло смотрю на нее. В моем доме провела всего ничего, а уже устанавливает свои правила.
— Позволишь? — показывает жестом, чтобы я от холодильника отошел. Скрепя сердце выполняю просьбу.
Майя встает на то место, где я недавно стоял, скептически осматривает полупустые полки.
— Бекон есть, — бурчит тихонько себе под нос. — Сыр, — принимается выставлять на стол продукты. — Лук, — удивленно выкладывает головку репчатого лука на столешницу. — Не ожидала.
— Чего? — не понимаю ее реакции.
— Увидеть лук в холодильнике холостяка, — поворачивается и смотрит на меня. — Это за гранью фантастики, — продолжает подкалывать.
— А кто сказал, что я холостяк? Может, у меня жена есть, — возвращаю ей ее же издевку. Вот пусть теперь мучается угрызениями совести!
— Ой, — тут же смущается. Снова захлопывается, прекращая кокетство. — Извини, — виновато тупит глаза. А я хочу дать себе подзатыльник, что испоганил такой прекрасный вечер.
Майя
Сон не идет. Я лежу с закрытыми глазами уже, кажется, целую вечность, а толку от этого нет совершенно. Уже с боку на бок перевернулась, подушку взбила, снова легла.
Не спится.
Все попытки уснуть сводятся к нулю. Все бесполезно! Жаль… Неизвестно, когда еще смогу спокойно поспать.
Начинаю проваливаться в долгожданное забытье, но вдруг резко распахиваю глаза. Сердце колотится. Не знаю, что именно меня разбудило, но после этого сон как рукой сняло.
Сажусь. Пытаюсь восстановить дыхание.
Нахожу выключатель и зажигаю свет. Благо, в этой комнате рядом с кроватью на тумбочке стоит светильник.
Пять утра. Мда…Выспалась, называется!
Поднимаюсь с кровати, иду на кухню и наливаю себе воды. За окном уже начинает светать, и этого вполне хватает, чтобы разглядеть очертания предметов.
По дому передвигаюсь практически бесшумно, не хочу никого потревожить. Но внутри меня гложет тревога. Не понимаю почему.
Борясь с противоречивыми чувствами, все же им поддаюсь и на обратном пути заглядываю в комнату, где спят девочки. Приоткрываю дверь и нерешительно останавливаюсь на пороге. В груди щемит.
Надеюсь, мои дочки тоже где-то мирно спят. Их никто не обижает, и малышки, сладко сложив под голову ручки, посапывают на мягких подушках.
— Мама? — Сонный голос одной из близняшек разрезает тишину. Я перестаю дышать, сердце подпрыгивает к горлу. — Ты пришла! Ты принесла мне попить?
— Нет, малышка, я не твоя мама, — отвечаю печально.
— А где тогда моя? — не унимается. — У меня горлышко болит, мне мама очень нужна,— хнычет. — Когда она приедет?
— Не знаю, малыш, — вздыхаю. Жалость к маленькой девочке разрывает душу на мелкие кусочки.
Подхожу к девочке, поправляю на ней одеяло, присаживаюсь на кровать.
— Хочешь, подержу тебя за руку? — предлагаю первое, что приходит в голову. — Могу сказку рассказать.
— Хочу! — Малышка протягивает свою ручку. Беру ее ладонь и вдруг понимаю, что она слишком горячая.
Меня окатывает ледяной волной.
Подхватываюсь, проверяю лоб. Горит!
Не имею ни малейшего понятия, что делать с больным ребенком, но точно знаю, что болезнь пускать на самотек нельзя. В висках стучит от беспокойства.
— Пить хочешь? — спрашиваю первое, что приходит на ум.Видимо, насчет больного горлышка она не придумала.
— Неа, — отрицательно мотает головой.
Только что же просила…
Просто так не уйдешь
— А я вот очень хочу, — сочиняю на ходу. — Подождешь меня?
— Только если недолго, — шепчет и тут же покашливает. Голос охрип.
На сердце с каждым вдохом становится тревожнее, волнение поднимается волной. Малышке плохо. Нужно вызывать врача!
— Я быстро, — обещаю. Не сдержавшись, целую ее в щечку. — Ложись. Скоро вернусь.
Вылетаю из комнаты, сердце надсадно бьется, ударяясь о ребра. Где Марк?
Останавливаюсь. Судорожно кручу головой в разные стороны, пытаясь вспомнить, в какой стороне спальня хозяина дома. Не помню!
— Марк, — произношу в пустоту.
Принимаюсь беспорядочно заглядывать в каждую из комнат. Вокруг тишина и темнота. Никого и ничего не слышно.
— Марк! — зову мужчину шепотом.
Не останавливаясь продолжаю искать мужчину. Пытаюсь вспомнить, в какую сторону он пошел, и не могу. Помню лишь, как проводил меня до комнаты и пожелал спокойной ночи.
Открываю дверь за дверью, но спальня хозяина дома мне так и не попадается.
— Где же ты? — топаю, психуя.
Я прохожу весь второй этаж, но так и не нахожу, где он спит. Делать нечего. Придется лечение малышки брать в свои руки.
Спускаюсь на кухню и принимаюсь перерывать шкафы.
— Да! — кидаю в сердцах. — Где же ты?
У малышки температура, и я должна точно знать, какая именно. Потому что у маленьких детей от слишком высокой случаются судороги. Это опасно.
Мне нужен градусник.Срочно!
В верхних шкафах нет ничего более или менее напоминающего аптечку. Я перерыла их от и до.
Слезаю со стула, встаю на колени, открываю нижнюю тумбу. Но меня кто-то резко отшвыривает назад.
Марк жестко хватает за плечи, заставляет подняться. Резко разворачивает к себе, я впиваюсь поясницей в столешницу. Больно.
— Ты что творишь?! — рычит, вжимая меня в кухонный гарнитур.
Глаза мужчины горят от гнева, на скулах подрагивают желваки.
— Обокрасть решила? — нависает сверху надо мной. — Так не там ищешь!
Его обвинение бьет хлеще пощечины. Я? Обокрасть? Он нормальный вообще?!
Ударяю мужчину в грудь, отталкиваю от себя.
— Совсем сдурел?! — взрываюсь. — Не нужны мне твои деньги! У меня свои есть! — с жаром произношу.
— Почему тогда по шкафам шаришься? — недобро щурится. — Проголодалась? — усмехается надо мной. — Или еще что придумаешь?
Придурок!
— Градусник где? — спрашиваю единственное, что волнует на данный момент. Смотрю мужчине прямо в глаза, сжимаю зубы.
Да, мне обидны его обвинения. Это бесспорно. Только вот сейчас речь не о моих чувствах и в принципе не обо мне.
— У тебя дочка заболела! У нее температура, — цежу сквозь стиснутые зубы. — И если ты не в состоянии проследить за здоровьем дочерей, так хоть няню найми! А то девчонок угробишь, — бью его словами наотмашь. Не только он умеет делать ими больно.
Марк ошарашенно делает шаг назад.
— Высокая? — уже совсем иным тоном задает вопрос. Мужчина обескуражен, вместо гнева в глазах тревога и печаль.
— Без понятия! — шиплю. — Градусник нужен, — повторяю причину своего появления на кухне. — Где у тебя аптечка? — продолжаю допытываться. Ведь должны же в этом доме где-то храниться лекарства. — У нее лоб огненный, медлить нельзя.
Чем больше я говорю, тем сильнее теряется Марк. Ох, эти мужчины!
— Градусник? — спрашивает удивленно.
— Да, — смотрю на него с вызовом. — Только не говори,что его у тебя нет!
— Нет, конечно! — говорит на эмоциях. — Мне он не нужен.
— Ну да, — усмехаюсь. — Серьезным и строгим некогда болеть, — принимаюсь ерничать.
Я зла на Марка до жути! Мало того, что переживаю за малышку, так еще и он меня обвиняет в чем попало.
— Здесь аптека есть? — не отступаю от своего. Стою напротив мужчины, руки скрещены на груди. Я зла. Непомерно!
Готова прямо сейчас отправиться на улицу за градусником и жаропонижающим. Мне плевать на время, плевать, что я не знаю окрестности. На все плевать!
— Круглосуточная, — добавляю. А то отправит меня в ту, что закрыта. Только зря время потеряем.
— Без понятия, — признается растерянно. Разворачивается и собирается выйти из кухни.
— Ты куда? — кидаю ему вслед.
— К дочери, — оборачивается на пороге. — Пойдешь со мной или так и будешь стоять здесь? — спрашивает с вызовом, вопросительно выгибая бровь.
Все части внизу 👇
Для вашего удобства я завела канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"(не) чужие дети. Мама для близнецов", Кэти Свит, Кара Мель ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 7 - продолжение