Волк прыгнул сверху так неожиданно, что Егор даже не успел схватиться за ружьё. Огромный. Матёрый. Голодный.
До зверя было всего несколько шагов. До ружья - чуть дальше. А сам Егор лежал в снегу, запутавшись в лыжах. Он сразу понял: если волк доберётся до него первым - второго шанса уже не будет.
---
Тот год выдался лютым. Мороз под сорок, снег не таял с октября. Тайга стояла белая, звонкая, пустая. Зверь ушёл в глухие места, и охота была тяжёлой.
Егор шёл по насту, проваливаясь по колено. За ним, чуть впереди, бежал Ветер. Четырёхлетний пёс, чёрный, лобастый, с жёлтыми глазами. Он работал с азартом, жадно нюхал след, иногда оглядывался на хозяина.
Ружьё висело на плече. Патрон в стволе.
Они проверяли дальний путик у Чёрного ручья. Место глухое, волчье. В прошлый раз Егор видел там свежие следы. Крупные, матёрые. Один волк или вожак.
Ветер шёл впереди. Уши торчком, хвост трубой.
До распадка оставалось с полкилометра. Егор прибавил шагу. Хотелось скорее выбраться на открытое место, развести костёр, согреть чай. Пальцы в рукавицах уже немели.
Он не заметил валун под снегом.
Лыжа хрустнула. Егор потерял равновесие и тяжело рухнул на бок. Ружьё вылетело из рук, плюхнулось в сугроб. Старик выругался, пытаясь встать, но лыжи перепутались, и он увяз по пояс.
Именно тогда волк решил, что настало его время.
Зверь приземлился бесшумно. Только снег взметнулся белым облаком.
Жёлтые глаза смотрели прямо на человека.
Волк скалился. Из пасти валил пар.
Он был в трёх метрах. Отчаявшийся, голодный зверь. Он вышел на тропу человека, потому что в лесу не осталось добычи.
Егор успел только вскинуть руку в толстой рукавице. Понял: до ружья не дотянуться. До ножа тоже. Лыжи спутались, снег держит.
И тогда вперёд бросился Ветер.
Чёрной молнией он сбил волка в полёте. Два зверя клубком покатились по снегу. Раздался рык. Страшный, яростный. Такой, от которого кровь стынет в жилах.
Ветер вцепился волку в горло. Тот рванулся, ударил лапой по собачьей морде. Ветер заскулил, но не отпустил.
Он держал. Держал мёртвой хваткой, понимая: если отпустит - волк кинется на хозяина.
Егор позже много раз вспоминал тот день. И каждый раз думал об одном: если бы Ветер задержался хотя бы на секунду, он не вернулся бы домой.
Егор выстрелил в воздух. Руки дрожали.
Выстрел грохнул. Волк дёрнулся и рванул в сторону, отскочил и бросился в чащу. Исчез за деревьями.
Егор стоял с дымящимся ружьём. Смотрел в ту сторону, где скрылся зверь.
- Ушёл, - сказал он.
Егор опустился на колени.
- Ты его прогнал, брат. Сам прогнал.
Ветер лежал в снегу. Морда вся в снегу и ссадинах. Правый глаз был закрыт, веко распухло. Пёс тяжело дышал, но, услышав хозяина, попытался встать.
Не смог.
Егор упал на колени. Обхватил пса за шею.
- Ветер… - голос сорвался. - Ветер, брат…
Пёс лизнул его в щёку. Слабо вильнул хвостом.
Мол, всё в порядке, батя. Я свою работу сделал.
Егор разорвал на бинты свою рубаху. Пальцы не слушались - от холода, от страха, от того, что пёс дышал тяжело и всё тише.
Он перевязал голову Ветра. Плохо, наспех, но рану закрыл.
Встал на лыжи. Оглянулся. До зимовья - двадцать вёрст.
- Держись, старый, - сказал он собаке. - Я тебя вытащу.
Он шёл час. Другой. Третий.
Снег глубже колена. Мороз злее, чем утром. Ветер стих, но холод стал плотным, как ледяная стена. Егор проваливался, вылезал, снова проваливался. В одной суконке, без шапки. Всё тепло он отдал собаке.
Нёс. Не выпускал из рук.
Иногда пёс тихо скулил. Егор останавливался, поправлял тулуп, шептал:
- Сейчас, Ветер. Ещё немного. Терпи.
Не знал, кому это говорит. Себе или собаке.
К вечеру начал терять сознание. Останавливался, садился в снег. Закрывал глаза. Но тут же вставал. Потому что если он сядет - они оба замёрзнут.
Он нёс пса. А пёс дышал ему в грудь. Тепло, тяжело. И это тепло держало Егора в живых.
Зимовье он увидел уже в сумерках.
Дым из трубы. Свет в окне. Но он знал, что там никого нет. Это печка тлела с утра, и он не затушил - торопился на охоту.
С крыльца свалился. Открыл дверь, затащил пса внутрь.
Потом разжёг печь. Размотал бинты. Он понял: глаз не спасти.
Егор обработал края чистой тряпицей с водкой.
Старик сидел рядом. Гладил по голове.
- Всё будет хорошо, - шептал он. - Всё будет.
Всю зиму он выхаживал Ветра.
Варил бульоны из рябчиков. Поил тёплым молоком. Промывал рану отваром коры. Не спал ночами, слушая, как дышит пёс.
Иногда Ветер метался во сне - лапы дёргались, пасть открывалась. Егор будил его, гладил, успокаивал. Пёс смотрел на хозяина своим единственным глазом и затихал.
К весне пёс встал.
Сначала на передние лапы. Потом осторожно поднялся весь. Сделал шаг. Другой. Подошёл к двери, ткнулся носом в щель.
Егор стоял на крыльце, смотрел. Ветер вышел следом. Остановился. Втянул ноздрями воздух.
В тайге пахло настом, смолой и близкой весной.
Пёс повернулся к хозяину. Лизнул его руку.
Глаз не спасли. Шрам стянул морду так, что Ветер словно всегда немного скалился. Но он был жив. Он был на ногах. Он был охотником.
Егор сел на крыльцо. Ветер лёг рядом. Положил голову ему на колени.
- Спасибо, брат, - тихо сказал старик. - Спасибо, что не дал мне тогда умереть.
Пёс вздохнул. Закрыл свой единственный глаз.
И они сидели так долго - старик и собака. В тайге, которая стала их домом.
Ветер прожил ещё десять лет.
Каждый раз, когда они выходили на охоту, пёс шёл первым. Как тогда. Припадал на заднюю лапу, но шёл. Нюхал след, работал голосом, находил зверя. Не жаловался. Не просил пощады.
Он был работником до последнего дня.
А когда наступил тот самый день, когда Ветер не встал с подстилки, когда его единственный глаз смотрел в одну точку и не моргал, когда старый пёс просто устал, Егор позвонил сыну.
- Андрей, приезжай, - сказал он.
Сын приехал через три дня. На снегоходе. С ярким комбинезоном и пакетом сухого корма, от которого Ветер отвернулся.
- Батя, ну ты посмотри на него, - сказал Андрей. - Ослеп почти, лапы не держат. Мучается животина.
- Не мучается. Он живёт.
- Это не жизнь, пап, это обуза. Я договорился в городе. Усыпим по-человечески.
Егор тогда промолчал. Только взял со стола старый ошейник - тот самый, из кожи первого лося, сделанный двадцать лет назад. Сжал его в кулаке.
Он не повёз пса в город, он поступил иначе...
Продолжение можно прочитать здесь. Ссылка станет активна, когда выйдет статья.
---
А у вас была собака, ради которой вы готовы были на всё? Жду ваши комментарии.
Что еще почитать: