Они прошли очередную чересчур людную для полуночи улицу, когда Хено заметил тех двоих, что слишком уж чётко повторяли их с Мирель маршрут. Сперва он видел их у пекарни — те делали вид, что покупают хлеб; потом — в тоннеле у кожевенной мастерской, где кинули монетку спящему там нищему. Тогда наёмник списал это на случайность, но теперь, когда эта парочка снова оказалась рядом, сомнений не осталось.
Слежка.
Напарники вышли на оживлённую просторную улицу, где уличные фонари отражались в сырой после дождя брусчатке. Преследователи не отставали. Иногда меняли дистанцию, но всегда находились где-то неподалёку.
— Мирель, за нами хвост.
— Угу, — та коротко кивнула и, как бы невзначай, повернула голову, чтобы рассмотреть, а затем надела капюшон.
Она неосознанно схватилась за сумку, которую держала под боком, перекинув ремень через плечо. Возможно, преследователей интересовало её содержимое. Наниматель ясно дал понять, что устройство в виде пирамидки необходимо спрятать.
— Давай сюда, — Хено резко свернул с широкой улицы в переулок.
Они стали петлять меж домов в попытке быстро скрыться из виду. Тёмные проулки, где не было фонарей, помогали им слиться с тенями. Лишь изредка кое-где в окнах мелькали тусклые лампы.
Сменив направление несколько раз, они юркнули в узкую нишу, разделявшую две деревянные хозпостройки. Вдвоём они едва там помещались. Им пришлось прижаться. Дыхание Мирель было ровным и спокойным. От неё исходил резкий запах пота и аромат яблок.
Хено выглянул в переулок. Пусто.
— Кажется, оторвались.
До «логова» оставалось пройти театральную площадь, где часто ставили пьесы местные артисты, а музыканты то и дело исполняли свои баллады.
Наёмники выскочили на широкую улицу и тут же замерли.
Перед ними протянулась длинная процессия. Сотни горожан брели медленно, покорно склонив головы. От кирпичных фасадов домов отражался чистый голос певчей, исполняющей церковный гимн. Обвившие дома медные трубы вибрировали в тон песне, придавая её звучанию металлические нотки. Процессию сопровождали вековники в своих неизменных блестящих шлемах и начисто выбритыми подбородками.
Хено встал как вкопанный.
— Ночное бдение, — шепнул он себе под нос, припомнив, что до Обновления осталось как раз три дня.
Мысленно выругался на себя за то, что забыл. Обернулся.
Мирель выглядела словно статуя. Лицо — белее мела. Казалось, она даже не дышала. Он проследил за её взглядом и грязно выругался, на этот раз вслух, когда увидел причину панического ступора напарницы. Во главе процессии шёл Вестник. Орлиный взгляд главы церкви Ашгалона пронзил бывшую послушницу.
Хено машинально заслонил собой Мирель, постаравшись сделать вид, что они простые горожане.
— Быстро, идём отсюда!
Но её ноги не слушались. Колени подкосились. Взгляд широко раскрытых голубых глаз застыл в том месте, где секунду назад она видела фигуру старика, шагавшего в гордом молчании. Как будто весь мир сжался до одного момента. Мирель судорожно схватилась за Хено, пытаясь удержаться на ногах.
Одновременно с этим наёмник заметил движение дальше по улице. Из переулка неподалёку вышла преследовавшая их пара подозрительных мужчин.
Снова ругань. На этот раз самая отборная.
Хено подхватил Мирель и помог ей вернуться к месту, откуда они вышли на эту улицу. Там, в темноте переулка, громоздилась куча ящиков. Хено спрятал Мирель за ними и усадил её на землю. А она вцепилась пальцами в его предплечье так сильно, что он ощутил боль.
— Слушай меня, — Хено заглянул Мирель в глаза и положил ладонь ей на щеку. — Спокойно. Они тебя не увидели. Он тебя не узнал. Всё, мы уже ушли, понимаешь?
Она судорожно глотала ртом воздух, будто тонет и, казалось, вообще не слышит напарника. Хено действовал так, как действовал каждый раз, когда Мирель накрывала паника. Он взял её холодные пальцы в руки и стал греть, попутно повторяя те слова, которые обычно её успокаивали. Раньше этого было достаточно.
— Дыши, слышишь? Медленно. Проклятье! — Хено пришлось отвлечься от напарницы.
Он резко развернулся, когда заметил движение в переулке. Преследователи их настигли. Две высокие фигуры угрожающе приближались. Шагали уверенно, синхронно и почти бесшумно. Опытный глаз Хено сразу это приметил.
Блюстители?
Один носил жуткий шрам на пол-лица, придающий его фигуре более грозный вид. Второй же выглядел, как рядовой вышибала в трактире и носил золотую серьгу.
— Набегались? — бросил один, словно довольный кот, загнавший мышь в угол.
Хено напрягся.
Как много они видели? Он заметил слежку уже далеко от ратуши. Но где она началась? Как их отследили? Может, по устройству в рюкзаке Мирель? А если в нём есть эмирра? Калин сказал, его необходимо спрятать. Возможно, именно потому, что им могут заинтересоваться.
Попытка воспользоваться арбалетом не увенчалась успехом — настолько неожиданным и стремительным был удар громилы со шрамом. Тот выбил оружие из рук ногой, лишь только завидел блеск металлических дуг, показавшихся из-под куртки наёмника.
Хено рыкнул от боли и тут же рванул вправо, рассчитывая разорвать дистанцию и разобраться сперва со вторым, тем, что носил золотую серьгу. Этот громила казался не таким опасным, как его друг.
Они среагировали мгновенно. Первый ушёл в защитную стойку, а второй, тот, от которого Хено хотел оторваться, метнулся назад, перекрывая выход из переулка.
Если раньше он ещё сомневался, то теперь был точно уверен в том, что эти двое не из простых солдафонов. Наёмники? Такие же, как он? Да какая, Азара-мать его, разница?
Хено отогнал ненужные мысли, сосредоточившись на настоящем. И вовремя.
Ему не удалось нанести свой удар, потому что громила выхватил из рукава кинжал. Лезвие сразу устремилось в лицо. Хено увернулся, опустив корпус, и оттолкнулся от стены, придав мощный импульс для последующего удара локтем в ребра. Тот, что со шрамом, отшатнулся, хватая воздух ртом, но кинжал не выронил. Второй громила бросился вперёд с кулаками, рассчитывая схватить наёмника со спины.
Хено это увидел. И был готов. Резким ударом ноги, он выбил оппоненту колено. Тот сразу повалился наземь и стал рычать себе под нос что-то нечленораздельное. Должно быть, отборные проклятья в адрес наёмника.
Громила со шрамом не позволил добить товарища и в ту же секунду, когда услышал хруст сустава, бросился вперёд. Сталь звякнула о сталь. Хено до последнего не хотел использовать меч, спрятанный в ножнах на спине под курткой. Звон металла мог привлечь ненужное внимание. Но пора заканчивать.
Громилу ничуть не смутило наличие у наёмника клинка.
— Что ж, как хочешь, — бросил он. — Повеселимся сперва с тобой, а потом с твоей подружкой. Думаю, она будет посговорчивее.
Раздался глухой удар. Нож звякнул о камень. Громила покачнулся, закатил глаза и рухнул лицом вперёд.
Позади стояла Мирель. Она всё ещё тяжело дышала, сжимая в руках арбалет напарника. Держала за ствол, будто понятия не имела, как этим оружием пользоваться, и воспользовалась так, как сумела.
Лишь когда стало ясно, что противник без сознания, Хено развернулся ко второму громиле. Сжал рукоять меча и сделал два решительных шага вперёд, намереваясь закончить дело одним точным колющим ударом.
— Нет! — Мирель быстро подскочила, поймав напарника за запястье.
— Они нас видели! — прорычал тот в ответ и попытался вырваться.
— И что?!
— Надо от них избавиться.
— Нет, — уже тише, будто успокаивая горячую кровь напарника, сказала Мирель.
Потом пошатнулась. Вероятно, головокружение ещё не прошло.
Хено шумно выдохнул, от души пнул страдающего громилу в живот и подхватил Мирель под локоть:
— Эй-эй, ты как? Нормально?
— Нормально, — выдавила она, вставая уже чуть твёрже.
— Давай, ты же знаешь, — он положил руки ей на плечи. — Четыре на вдох, восемь на выдох. Помнишь? Дыши, давай.
Хено понял, что Мирель приходит в норму, когда её щеки посетил лёгкий румянец. И ещё по тому, как она начала задумчиво осматривать тех двоих, а затем изобразила руками, будто вяжет узел.
— Ну ладно... Хорошо. Сделаем по-твоему. Достань верёвку.
Мирель стала рыться в сумке, а Хено нахмурился. Ему казалось, что они сейчас совершают ошибку, и он зря согласился. Нужно их убить. Но Мирель... Она не позволит. Стоят ли её принципы такого риска? Хено мотнул головой, отгоняя неприятные мысли. Решение принято, он дал слабину. Теперь нужно действовать, исходя из сложившихся обстоятельств.
Хено возился долго, тщательно проверяя каждый узел. Прежде чем засунуть им кляпы, он, конечно, попытался узнать, кто они такие, однако встретил лишь злое молчание в ответ. Из опознавательных знаков при них были только одинаковые кольца с печаткой в виде трёх пересекающихся клинков, формирующих треугольник. Хено не стал выяснять, что они означают.
Наёмники оставили преследователей в той нише в переулке, где ранее от них же и прятались.
— Довольна? — пробурчал Хено, затягивая кляп посильнее.
Мирель не ответила. Её лицо оставалось хмурым и отстраненным. Решив, что это последствия паники, он добавил:
— Не думай об этом. Всё, идём.
Для себя Хено отметил, что нужно будет рассказать об этих двоих Калину. Ему наверняка будет интересно то, что кто-то суёт нос в их дела. И про кольца спросить не помешает. Возможно, Зодчий знает, что означает тот символ.
Но это потом. А сейчас нужна передышка.
Ссылка на продолжение:
Ссылка на пролог: https://dzen.ru/a/aeziTJ7rPVL-Xpq4