Вопрос (Сергей, 54 года):
«У меня ПСА 7,3. Уролог в поликлинике сразу направляет на биопсию. Это правильно?»
Ответ:
Нет. Прямая биопсия при ПСА 7,3 без предварительной магнитно-резонансной томографии — это тактика двадцатилетней давности. МРТ позволяет увидеть очаг в простате. Если очаг есть — биопсия идёт прицельно в него. Если очага нет — вероятность клинически значимого рака крайне мала, и биопсия не показана. Поэтому мой ответ: сначала МРТ. Потом решение.
Вопрос (Ирина):
*«У мужа диагноз: рак простаты, Gleason 6 (3+3). Хирург настаивает на операции. Мы сомневаемся».*
Ответ:
Ваши сомнения оправданны. Современные клинические рекомендации (включая American Urological Association и European Association of Urology) относят Gleason 6 к категории очень низкого риска. Во многих центрах такой диагноз перестали называть раком, используя термин «ацинарная неоплазия очень низкого злокачественного потенциала». Десятилетний риск метастазирования при активном наблюдении не превышает 1%. При этом радикальная простатэктомия даёт стойкое недержание мочи в 5–20% случаев и эректильную дисфункцию в 50–80% в зависимости от методики и возраста. Поэтому при Gleason 6 стандарт мирового лечения — активное наблюдение, а не операция.
Вопрос (из Директ, без подписи):
«Доктор, а если наблюдать, а рак всё-таки вырастет и даст метастазы? Кто будет виноват?»
Ответ:
Вина определяется нарушением протокола, а не исходом. При активном наблюдении протокол жёсткий. ПСА каждые 3–6 месяцев. МРТ и повторная биопсия каждые 12–24 месяца или при изменении ПСА. Если опухоль прогрессирует (рост ПСА, повышение Gleason при повторной биопсии, появление очага на МРТ), мы своевременно переходим к лечению — лучевому или хирургическому. В этом случае риск развития метастазов остаётся крайне низким.
Вопрос (Светлана):
«Свекру 78 лет. Рак простаты. Никаких болей, только частое мочеиспускание. Его жена уговаривает сделать операцию. Что делать?»
Ответ:
Объяснить жене разницу между целью и средствами. Средняя продолжительность жизни 78-летнего мужчины в нашей стране — около 8–10 лет. При низко- и умеренно-дифференцированном раке простаты риск умереть именно от этого заболевания в таком возрасте не превышает 2–5%. При этом радикальная операция у пациента старше 75 лет даёт высокий риск сердечно-сосудистых осложнений, тромбозов, а также стойкого недержания мочи — до 30–40%. Таким образом, операция 78-летнему пациенту без агрессивного рака и без симптомов обструкции, не поддающейся лекарственной терапии, не показана. Наблюдение и симптоматическое лечение — адекватная и безопасная тактика.
Резюме: рак простаты низкой степени злокачественности (Gleason 6, ПСА менее 10, стадия T1c–T2a) — это ситуация, в которой активное наблюдение имеет лучший профиль безопасности, чем хирургическое вмешательство. Оперировать или нет — вопрос чётких критериев, а не страха. Запишитесь на консультацию уролога.
📌 Больше о робот-ассистированной хирургии: https://dzen.ru/video/watch/6a04d49ad64a573468a4fc15
📌 Отзывы пациентов после операций —https://prodoctorov.ru/moskva/vrach/364392-shpot/otzivi/#otzivi