Думаю, в этом гипотетическом сценарии стоит учитывать две вещи.
- Во-первых, действительно ли подвергшиеся чисткам представляли угрозу для Сталина?
- Во-вторых, действительно ли они были более компетентны, чем те, кто пришёл им на смену?
Трое из этих пяти маршалов будут казнены.
Что касается угрозы для Сталина, я считаю, что она существовала, но не была особенно важной или срочной. Николай Бухарин, Григорий Зиновьев и Лев Каменев исторически были политическими оппонентами Сталина и при очень специфических обстоятельствах могли бы бросить ему вызов в борьбе за руководство страной. Теоретически, в момент вторжения в СССР в 1941 году, когда страна находилась в состоянии паники, они могли потребовать от Сталина уйти в отставку или попытаться блокировать часть его решений. Если бы это произошло, последствия для СССР и его населения, скорее всего, оказались бы катастрофическими.
Однако я не думаю, что они действительно пошли бы на это. Насколько серьёзную угрозу представляли репрессированные – вопрос спорный. Но одно можно сказать точно: Сталин получил то единство, которого добивался. Во время Второй мировой войны не было сколько-нибудь значимых расколов или вызовов его власти. Да и после войны, вплоть до самой его смерти, серьёзных внутренних конфликтов тоже не наблюдалось.
К сожалению для СССР, Николай Бухарин, Григорий Зиновьев и Лев Каменев, если бы не были репрессированы, возможно, могли бы предложить более плюралистичное и менее жёсткое продолжение руководства страной после смерти Сталина.
Но, возможно, для выживания СССР во Второй мировой куда важнее другой вопрос: были ли репрессированные действительно более компетентными?
Я считаю, что некоторые из старших советских генералов были кем угодно, только не компетентными. Советский военный устав перед Второй мировой имел два серьёзных изъяна, о которых я раньше писал в своём блоге. Во-первых, в нём фактически отсутствовала доктрина ведения боёв в городской среде. Во-вторых, отсутствовала полноценная оборонительная доктрина.
Что касается городских боёв, то подход сводился буквально к фразе: «избегайте городов». Во время боёв за Сталинград, Киев или Смоленск такая рекомендация выглядела, мягко говоря, бесполезной. За значительную часть современной теории городского боя советская сторона должна благодарить Василия Чуйкова, который во многом импровизировал прямо по ходу войны.
Оборонительная доктрина выглядела не лучше. В некоторых текстах её можно было свести к формуле: это то, чем солдаты занимаются в ожидании начала наступления. Советская оборона в 1941–1942 годах, откровенно говоря, была крайне слабой. Обычно она представляла собой длинные, тонкие линии, где противотанковые и артиллерийские орудия распределялись вдоль фронта почти без учёта рельефа местности и концентрации сил.
Советская доктрина делала ставку на массивные механизированные соединения, которые должны были проводить контратаки как основную форму обороны. Проблема заключалась в том, что это попросту не работало. Конечно, в 1941 году у СССР хватало и других проблем, но отсутствие цельной оборонительной доктрины, во многом из-за людей, разрабатывавших советскую военную теорию, стало серьёзным фактором. Одним из таких людей был Михаил Тухачевский, который в итоге оказался среди репрессированных.
Когда прежнее руководство было устранено, освободилось место для других генералов, которых начали быстро продвигать наверх. Один из них – Георгий Жуков, и объяснять, почему это оказалось важно, вряд ли нужно. Стоит отметить, что благодаря чисткам на ведущие позиции вышли и другие весьма компетентные и принципиальные советские командующие: Маркиан Попов, Николай Ватутин, Александр Василевский, Иван Конев и Семён Тимошенко.
При этом чистки не уничтожили, возможно, самых способных советских командиров – Константина Рокоссовского и Кирилла Мерецкова, хотя оба были арестованы.
Советский Союз стремительно продвигал молодых генералов, способных адаптироваться к новым условиям, осваивать новые подходы, импровизировать и решать проблемы по мере их возникновения в ходе войны. Возможно, старая гвардия справилась бы лучше. Но ведь немецкой армией как раз командовала старая гвардия – и хотя на начальном этапе войны она действовала успешно, позже именно она не сумела адаптироваться к реалиям современной войны, переоценила собственную значимость и высокомерно смотрела на противников. Типичные проблемы старшего поколения командиров.
Факт остаётся фактом: какими бы огромными ни были потери СССР, нет никаких гарантий, что репрессированные генералы справились бы лучше. Более того, они вполне могли проиграть войну. А генералы, пришедшие им на смену, как ни посмотри, войну всё же выиграли.
Карл Гамильтон, Дания, военный эксперт
******
Р. Кумар, Индия
Операция «Багратион» — лучший пример того, как свежая кровь поступает в армию. Средний возраст маршалов СССР составлял 45 лет, по сравнению с 55 годами в Германии.
Оззи
Главный вопрос: представляли ли они угрозу для СССР, для своей собственной страны? Могли ли они саботировать оборонные усилия, как это, по мнению некоторых высокопоставленных французских военных?
Мордехай Мандель
Потеря Бухарина стала для нас большой утратой.
Карл Гамильтон
Да, это так. Он был, по крайней мере, довольно хорошим теоретиком, который действительно понимал, как работает современная рыночная экономика, а это то, что СССР временами было крайне необходимо.
Буй Туан, Вьетнам
Почему так? На самом деле меня очень интересуют мнения о рыночных реформах в СССР, поскольку я лично отношусь к ним крайне скептически.
Я читал некоторые его работы, включая «Политскую программу». Не могли бы вы уточнить, что именно было утрачено? Можно предположить, что проблема заключалась в коллективизации, что некая система крестьянского кредитования/долговая кабала модернизировала бы сельское хозяйство более экологичным способом и т.д. Это действительно очень интересное предложение.
Карл Гамильтон
Каким бы хорошим ни было централизованное планирование, некоторое планирование «снизу вверх» всё же важно. Советский Союз поздно это понял.
Буханин понимал, как рынки адаптировались от Карла Маркса к его времени, и, я думаю, именно он ввел термин «государственный капитализм», описывая взаимоотношения между банками, корпорациями и правительством в западных странах. Он хорошо это понимал, и, по сути, то, что он теоретизировал около 1917 года, в значительной степени остается актуальным и по сей день.
Обладая этими знаниями и пониманием микро- и макроэкономики, он мог бы помочь создать менее громоздкую бюрократическую систему, возможно, хотя бы после смерти Сталина. Возможно, это помогло бы СССР воссоздать более устойчивую экономическую модель, которая могла бы смягчить некоторые проблемы.
Смешанные рынки имеют множество преимуществ, если их правильно организовать. На мой взгляд, сельское хозяйство не так уж сложно коллективизировать, а вот в решении простых задач и региональных проблем частное предпринимательство проявляет себя наилучшим образом.
******
Еще по теме рот Карла Гамильтона: