Многим кажется непонятным, как эволюционным путём возникают очень сложные адаптации. Сразу законченными? Такое невозможно, – но ещё труднее представить закрепление отбором адаптации незаконченной, а значит бесполезной и даже вредной скорее всего. Обычно, – и безуспешно, ибо ответ нужно хотя бы хотеть узнать, – путь образования «органа не снижаемой сложности» объясняется на примере эволюции глаза… Ну, вот, у гусеницы Hemeroplanes triptolemus, видимой на заглавной картинке, и на задней части тела есть не только глаза, но и голова. Правда, ложная, но откуда она там взялась?
Постижение истины мудрые люди начинают с ментальных практик. И в данном случае я бы рекомендовал медитировать, сфокусировав взгляд на изображении, – кто сколько осилит. Окончив же медитацию, каждый пусть спросит себя в сердце своём, – можно и в мозге тоже, у кого голова не ложная, – точно ли на картинке змея?.. Ну, правда? Ничего там не напрягает? Например, отсутствие тела странным вообще не кажется?
...Первое, что открывает данная практика, – вы в очередной раз стали жертвой когнитивного искажения. Спутали эффектное с эффективным, а странное со сложным. Конечно, гусеница местами, с определённых ракурсов и с определённой степени перепуга может быть принята за змею. Но едва ли результат достигнутый гусеницей может даже считаться удачным примером мимикрии. Некоторые виды животных мимикрируют под другие виды так основательно, что их действительно трудно различить. Некоторые мимикрируют под растения, – причём так изощрённо, что палочника даже в упор трудно заметить в ветвях. То есть, адаптация Hemeroplanes triptolemus в действительности заурядна. Многие животные приобрели приспособления куда более сложные, – но не привлекающие нашего внимания, потому что палочник внимания к себе привлекать и не хочет…
Второй важный вывод, – голова на хвосте у гусеницы отнюдь не «законченный» признак. Был бы законченным, ни у кого бы не возникло и тени сомнения в том, что он видит змею… Но совершенство недостижимо, так что каким-либо «законченным» признаком, механизмом или адаптацией ни одно живое существо не обладает.
Но раз нет признаков «законченных», значит и «не законченных» нет. И это уже ближе к делу, – к исследованию эволюционного пути образований «ложной головы» у бабочек.
«Ложная голова», вообще, распространённый приём, – встречается даже у млекопитающих, – у енотовидной собаки. Смысл понятен, – шибка врага может спасти голову настоящую… Бабочки же, у которых «ложная голова» часто образуется на концах крыльев, были выбраны именно из-за этого «часто». Задозмееголовая гусеница – в мире всего одна. Соответственно, развитие адаптации наблюдается в статике, – на определённом эволюционном этапе, при отсутствии наблюдательных данных об этапах предыдущих и последующих. Ложная же голова на концах крыльев взрослых бабочек имеется у десятков видов, не считая случаев, – таковых сотни, – когда она с «головой» ещё не ассоциируется.
При этом виды бабочек с ложной головой не родственны, а значит признак развивался в разных линиях независимо, и его развитие продвинулось в разной степени далеко.
Оказалось, что у возникновения ложной головы нет какого-либо общего сценария. «Голова» в данном случае – иллюзия, формируемая особенностями формы крыльев и пятнами на них. Всего насчитать удалось 21 «особенность» ложную голову образующую или же 21 мутацию, – но это максимум. Столько у одного вида бывает крайне редко. Обычно, «голову» на противоположном конце бабочки человек (или воробей) с развитым воображением начинает видеть, если «особенностей» имеется хотя бы две-три. Шесть-семь одновременно – это уже много, и бабочки редко идут дальше этого.
...О каких мутациях и особенностях речь? Да о любых. Появляются они в произвольном порядке, и, как правило, наличествуют в популяции, никак на приспособленность не влияя. Но если у одной особи найдутся сразу две, – контрастная (любая) окраска концов крыльев и выступы (любой формы) на них, – это становится уже слабым фактором отбора… Форма выступов, – это ещё раз требуется подчеркнуть, – может быть любой. Как любыми могут быть цвет и форма пятен. Ибо какого цвета у бабочек голова?.. Любого. То же цвета и формы усов касается.
При комбинации двух особенностей возникает вероятность, что хищник ошибётся. Птица конечно вряд ли, – хотя многое зависит от того, с какого ракурса она добычу видит, есть ли у неё время её рассматривать, достаточна ли освещённость… Но, кроме птиц, есть ещё, например, богомолы, видящие хуже. Захват же концов крыльев представляет собой не смертельную угрозу для бабочки. Они просто отрываются.
Прочие мутации, – опять-таки, в произвольном порядке, – «липнут» к двум первым. Эксперименты показали, что иллюзия с ростом числа «особенностей» работает всё лучше, – вероятность того, что хищник совершит ошибку, растёт… Что только и требуется для закрепления мутаций отбором. Вероятность ошибки никогда не будет стопроцентной (а признак «законченным»), хотя бы потому, что враг может находиться спереди и ложную голову не видеть.