Ещё до окончания зимних школьных каникул Эмилия перевела Риту в другую школу.
- Наверное, давно нужно было это сделать. Сразу же, как только у Риты не сложились отношения с одноклассниками, - рассказывала Зарянская директору новой общеобразовательной школы, находящейся неподалёку от академии танцев.
- Что же вы сразу к нам не пришли, голубушка? - директор Пётр Ильич прекрасно знал Эмилию и её детище. - Мы с радостью приняли бы Риточку к нам.
- Знаете, Пётр Ильич, хотелось-то, как лучше, рядом с домом, чтобы Рита сама могла уходить и приходить.
- А получилось, как всегда... Понимаю. Надеюсь, ваша девочка быстро привыкнет к новой обстановке, а мы ей поможем!
- Спасибо вам большое, Пётр Ильич! Знаю, что вы не слишком любите переводы в середине учебного года, но так уж получилось...
- Ничего, ничего! Риточка только в первом классе, а в этот период во всех школах всё одинаковое. Ваша девочка танцует?
- Да, она занимается у меня в академии. А что?
- Ну, мы, знаете ли, ставим иногда номера для концертов. Думаю, нам пригодится её талант.
- Поняла. Мне кажется, Рита с радостью будет участвовать, она очень любит танцевать.
- Вот и прекрасно! - директор потёр ладони. - Ждём Риту десятого января.
Эмилия ещё раз поблагодарила пожилого директора и отправилась в академию.
Георгий был на своём месте, как всегда. Он бросил быстрый взгляд из-за монитора на вошедшую Эмилию, но не смог угадать её настроения, поэтому вскочил со стула и поздоровался, ровно, без лишних эмоций.
- Доброе утро, Эмилия Львовна!
- Доброе, Георгий.
Она уже взялась за ручку двери в свой кабинет, когда услышала вопрос:
- Эмилия Львовна, вы всё ещё сердитесь на меня?
- Почему я должна сердиться на вас, Георгий? - брови женщины удивлённо взлетели вверх.
- За то, что я рассказал Абрамову про мать Маргариты...
- Знаете, Георгий, с одной стороны я даже благодарна вам за это, потому что Михаил Михайлович оказал помощь в похоронах несчастной Елены, но.... Вы не должны за моей спиной разглашать информацию, касающуюся меня или Риты, или академии. Ещё раз, и мне придётся вас уволить. Понимаете меня?
- Дда, я понял, - Гера слегка струхнул, здесь его работа была совсем не пыльной, и найти другую такую же он вряд ли сможет.
- Я бы на вашем месте не надеялась получить работу у Абрамова, - Эмилия будто бы подслушала его собственные мысли. - Так что подумайте десять раз перед тем, как снова соберётесь сплетничать.
- Я так больше не буду! - пообещал Гера, сейчас он очень сильно напоминал Эмилии нашкодившего пацана, который раскаивается, а вот искренне ли, покажет только время.
- Я запомнила, - строго ответила Зарянская. - Я сегодня ненадолго, если кто-то придёт, то всех пропускай ко мне.
Георгий уселся на место. Страх потерять работу отпустил его, он так и думал, что Эмилия простит ему эту оплошность.
"А каков Абрамов! Я думал, что он хочет девчонку забрать себе, а он даже и не собирался."
Гера вернулся к своему привычному занятию - блуждал по просторам интернета, играл в игры и общался с такими же счастливыми обладателями компьютера с выходом во всемирную сеть. Увлекшись, он не сразу увидел нового посетители, это был Михаил Абрамов.
- Доброе утро, у себя? - кивнул он головой в сторону кабинета Эмилии.
- Здравствуйте, Михаил Михайлович! Эмилия Львовна на месте и велела сразу всех пропускать к ней. Только подождите одну секундочку - я доложу.
Гера нажал на телефоне кнопку связи с Эмилией:
- К вам - Михаил Михайлович.
- Пусть заходит, - тут же отозвалась Эмилия.
Абрамов, казалось, ничуть не удивился такому радушию, он невозмутимо кивнул Георгию и зашёл в кабинет директора академии.
- Здравствуйте, Эмилия Львовна. Я зашёл на счёт рекламы.
- Здравствуйте. Слушаю.
- Принёс фото образцов одежды. Рите нужно будет всего лишь станцевать в некоторых из этих вещей. Выбор музыки заказчик доверил вам, слов у девочки нет, а текст говорит голос за кадром, на экране появляются надписи. Всё.
- Кажется, что всё просто. Покажите фотографии.
Абрамов протянул Эмилии папку, на фото было белое платье принцессы, свободная футболка с принтом, изображающим куклу Барби, простые чёрные велосипедки, пижама розового зефирного цвета - брючки и удлинённая рубашка с блёстками.
- Симпатичные вещицы, а как по качеству? - заинтересовалась Зарянская.
- Обещают достойное качество. Кстати, все эти вещи останутся у Риты.
- А что с обувью?
- Обуви не будет. Ритина фишка - танцы босиком, и рекламодатель хочет продолжить эту, так сказать, традицию.
- Хорошо, сегодня же покажу всё это Рите и расскажу о съёмках.
- Эмилия, вы не спрашиваете о гонораре, а между тем он весьма приличный, - Абрамов взял со стола Зарянской листок для заметок и написал сумму с несколькими нулями.
- Да, впечатляет, тем более для первых съёмок, - поразилась Эмилия.
- Человек богатый, хочет, чтобы все остались довольны, а одеждой занимается его жена, он для неё ничего не жалеет.
- Прекрасно! Думаю, Рита станцует, как надо.
Абрамов собрался уходить, но всё-таки задержался и спросил:
- Вы были в опеке?
- Да, была, мне пообещали озвучить решение через десять дней.
- И оно, конечно же, будет в вашу пользу!
- Уверены?
- Мне там пообещали. Но я им ещё позвоню сегодня, чтобы ничего не перепутали. - Абрамов улыбнулся одними губами. - До свидания, Эмилия, до скорой встречи.
- До свидания, Михаил.
Как бы Зарянская не относилась к этому мужчине, но она вынуждена была признать, что пока от него видит только помощь без всякого подвоха.
- Может быть, он изменился с момента нашего знакомства, - думала Эмилия, хотя точно знала, что люди меняются очень-очень редко.
Она ещё раз внимательно просмотрела фото с одеждой. Обычные детские вещи, даже более скромные, чем всё то, что сейчас предлагали для детей: яркие, аляповатые расцветки, огромные наклеки, которые в процессе стирки смывались вместе с порошком, а ещё надписи на английском языке и стразы повсюду.
Потом она начала мечтать, как откроет счёт на имя Риты, и будет все гонорары девочки отправлять туда, чтобы к её восемнадцатилетию там накопились деньги, которые повзрослевшая Рита могла бы потратить на образование или жильё, или что-то ещё, что захочет сама.
- Мечты, мечты, где ваша сладость... - негромко произнесла Эмилия, улыбнувшись. - Ещё даже контракт не подписан, а я уже делю шкуру не убитого медведя.
Работать не хотелось, да и не было никаких важных дел на данный момент, поэтому Эмилия собралась, прихватила папку с фотографиями и вышла из кабинета.
- Гер, меня сегодня уже не будет, если кто-то придёт или позвонит, записывай всех на завтра. Завтра целый день буду тут.
- Хорошо. До свидания, Эмилия Львовна.
- До завтра, Георгий.
С плеч Эмилии будто камень свалился, когда она прошла по притихшему зданию академии и оказалась, наконец, на улице.
Погода стояла чудесная - лёгкий мороз пощипывал за щёки, но их тут же грело яркое зимнее солнце, и хотя даже до календарной весны было почти три месяца, её запах уже витал вокруг, заставляя улыбаться без причины и дышать, дышать полной грудью.
Эмилия неспеша прошлась до машины и поехала домой.
- Рита, я дома! Как ты тут без меня?
Рита отозвалась из своей комнаты:
- Я рисую!
Эмилия сняла верхнюю одежду и зашла к девочке:
- Рит, я, наверно, должна была с тобой обсудить, но я уже сделала это...
- Что? - Рита даже не подняла головы от альбомного листа, на котором уже проступали очертания маленькой балерины в пуантах.
- Я перевела тебя в другую школу. Она очень хорошая и находится рядом с академией, - Эмилия заговорила быстро, будто хотела убедить Риту в правильности своего решения, - я думаю, что тебе там понравится. И никто не будет дразнить тебя.
- Ладно, - пожала плечами Рита и больше ничего не сказала.
Эта девочка, вообще, все новости, все решения принимала спокойно и никогда не пыталась сопротивляться происходящему. С одной стороны Эмилии не приходилось тратить время и нервы на уговоры и объяснения, а с другой - это отстранённость ребёнка напрягала её. Даже не отстранённость, а равнодушие к собственной судьбе. Может быть, Рита совсем не возражала, потому что боялась, что Эмилия сдаст её в детский дом? Наверняка, наслушалась на похоронах матери о незавидной доле "несчастной сиротки".
- Рит, у меня для тебя ещё одна новость. Может, ей ты обрадуешься больше. Знаешь, что такое реклама?
- Знаю, - вздохнула девочка, - постоянно её показывают по телевизору, мешают мультики смотреть.
- А тебе приглашают сняться в ней, - улыбнулась Эмилия, она и не догадывалась, что Рита рекламу не любит.
- И что же нужно делать? - вроде бы заинтересовалась девочка.
- Танцевать в разных нарядах! Подожди, сейчас я принесу фотографии, - Эмилия вернулась в прихожую, где на тумбочке оставила папку Абрамова. - Вот, смотри.
Рита внимательно рассмотрела все фото, по долгу задерживая взгляд на одежде.
- Симпатичная пижама, - девочка сказала всего два слова.
- Хочешь сняться в рекламе? А все эти вещи тебе подарят.
- Если нужно, то я снимусь и станцую, - покладисто ответила Рита.
- Точно?
- Тётя Эми, я снимусь, я же понимаю, что тебе теперь придётся поить и кормить меня, пока мне не исполнится восемнадцать лет, так что я заработаю хоть сколько-то денежек, чтобы ты тратила поменьше.
- Какая ты у меня умница! - только и смогла ответить Эмилия, но в мыслях у неё много чего крутилось.
"Рита повторяет чьи-то слова, сама она вряд ли додумалась бы так выразиться! Ох, уж эти сердобольные соседки и знакомые её матери."
Девочка серьёзно кивнула и продолжила рисовать.
- Рит, ты поменьше слушай, что говорят другие, ладно? Раз уж я взяла тебя к себе, то теперь ни за что никому не отдам! - Эмилия обняла Риту и поцеловала её в макушку.
Она почувствовала, как девочка сжалась и застыла под её руками, словно не ожидала ничего хорошего. Неужели мать её била?
Дорогие друзья, благодарю вас за ожидание и поддержку канала!
Берегите себя и будьте здоровы!