Каждый раз, когда мы обходим стороной то, чего боимся, мозг записывает: «Правильно. Это опасно». Страх не уходит — он укрепляется.
По данным ВЦИОМ, около 78% россиян имеют те или иные специфические страхи. Страх высоты, пауков, замкнутых пространств, толпы — в разной степени это касается большинства из нас. И при этом одна из самых распространённых реакций на фобию — избегать всего, что с ней связано. Не летать. Не заходить в лифт. Не появляться на вечеринках. Стратегия понятная, но, к сожалению, работающая ровно в обратную сторону.
Что происходит в мозге, когда мы боимся
Страх — это эволюционно древняя система. Когда мозг регистрирует угрозу, миндалина — небольшая структура в глубине мозга — запускает каскад реакций: учащается сердцебиение, напрягаются мышцы, внимание сужается до источника опасности. Это происходит раньше, чем вы успели осознанно подумать о происходящем.
При этом медиальная префронтальная кора (мПФК) — область, отвечающая за рациональную оценку и регуляцию эмоций, — в момент острого страха как бы отходит в сторону. Миндалина «перехватывает управление», и поведение становится рефлекторным: убегай, замри, избегай.
Фобии отличаются от обычного страха тем, что эта система запускается даже при отсутствии реальной угрозы. Паук в стеклянной банке. Фотография высоты на экране смартфона. Мысль о том, что придётся выступать перед аудиторией. Мозг реагирует так, словно угроза настоящая, потому что когда-то — возможно, в очень давнем и не всегда осознанном опыте — он зафиксировал эту связь как опасную.
Почему избегание закрепляет страх
Здесь и начинается самая важная часть. Когда человек избегает пугающей ситуации, он получает мгновенное облегчение — тревога спадает, тело расслабляется. Это ощущение облегчения становится наградой. Мозг запоминает: «Избегание работает».
Но именно это и создаёт ловушку. Чтобы страх угас, мозгу нужно накопить новый опыт: «я оказался рядом с этим — и ничего не произошло». Это и есть угасание. Если же контакт с пугающим объектом или ситуацией постоянно прерывается, угасание не происходит. Тревога не получает возможности проверить себя на реальность — и остаётся на прежнем уровне или нарастает.
Более того: каждый акт избегания посылает мозгу дополнительный сигнал опасности. Мы бежим — значит, есть от чего бежать. Страх подпитывается собственным же избеганием, и со временем зона запрещённого начинает расширяться.
В клинической практике я наблюдаю это регулярно. Человек, у которого сначала был лёгкий дискомфорт в метро, через несколько лет обнаруживает, что перестал пользоваться общественным транспортом, а потом и выходить из дома без сопровождения. Фобия не стоит на месте — она растёт вместе с зоной избегания.
Усугубляет ситуацию и «защитное поведение»: держаться за поручень, не смотреть в окно самолёта, проверять выходы в помещении. Такие действия создают иллюзию, что именно они предотвратили катастрофу — и мозг не получает возможности узнать, что катастрофы не случилось бы в любом случае.
Как на это смотрит гештальт-терапия
В гештальт-подходе страх — как и любая друга эмоция, которая сигнализирует о чём-то значимом: о потребности, о границе, о незавершённом переживании.
Когда человек систематически избегает пугающего, в гештальт-терминах это называется дефлексией — прерыванием контакта до его осуществления. Переживание не завершилось, тревога не рассеялась, и она остаётся в поле как незакрытый гештальт.
Работа с фобиями в гештальт-терапии - это постепенное восстановление способности быть рядом со своим страхом, не разрушаясь: замечать, как страх ощущается в теле, исследовать, что за ним стоит. В результате человек перестаёт бороться со страхом как с врагом и начинает слышать его как сигнал и учитывать в своих действиях, таким образом энергия страха используется по назначению и человек лучше приспосабливается к происходящему. Его качество жизни повышается.
Автор: Юрий Михеев
Психолог, Гештальт - терапевт
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru