- Максим, ты ведь уже взрослый, должен понимать все, - мама вздохнула и протянула руку, чтобы погладить сына по голове. Десятилетний мальчишка нахмурился и привычно уже увернулся от ее руки.
- Нечего понимать. Ты меня бросаешь. Просто берешь – и бросаешь. Как папа. Вы одинаковые, хотя ты сама говорила, что он плохой.
- Вот только не надо нас сравнивать. Твой отец тебя променял на веселую жизнь с друзьями – такими же любителями глаза залить. А я на заработки еду. Где я в нашем поселке работу найду, ты думал?
Максим помотал головой. Он знал уже, что нигде. Нет у них работы. Все на вахты ездят. Кому-то повезло найти работу в ближайшем городе, но там тоже негусто, основная часть народа все равно на север мотается. Или на уборку урожая. Или в южную часть страны на лето, официантками да горничными. Но мама уезжала на два года. Сказала, что ей предложили контракт. Хорошее место и все в таком духе. Но ведь два года – это ведь не месяц и не два. И даже не три, как у других, кто на вахтах. Она ведь забудет сына родного за эти два года.
- Не выдумывай. Ничего я не забуду. Я звонить буду каждый месяц. Деньги присылать. В школу наконец-то в нормальной обуви пойдешь, а не в старых сапогах, бумагой набитых. И есть будешь нормально. Тебе что врачи сказали? Надо больше мяса. Вот, будет тебе больше мяса.
Худо-бедно, но убедила мама Максима, что так действительно будет лучше. Хотя и неспокойно было у него на сердце, когда мать отправлялась на эти свои заработки. Все боялся, что пропадет она, позабудет отца и сына… Как оказалось – боялся не зря.
Нет, первое время и платежи, и звонки были регулярными. Дед и в школу его собрал, и крышу на доме починил, и даже один раз в санаторий Максима отправил. Да, конечно, путевка сама была бесплатной – ему на работе выдали, но вот билеты, еда в дорогу и все необходимые вещи были за свой счет. Стандартная практика. И не будь денег, которые передавала мама – ничего этого бы не было.
А потом она приехала. Неожиданно, буквально на пару дней. Не взглянула даже на Максима, не поздоровалась, лишь о чем-то говорила с дедом с глазу на глаз. А потом – уехала, словно и не приезжала. Долго пытался Максим узнать о том, что было сказано. Все не понимал, почему соседки при взгляде на него плачут и пирожками угощают. Дед потом объяснил. Уже когда все документы были переоформлены. Как сумел, объяснил. Потому что мозгами Максим все понимал, а вот сердцем…