В 1941 году советский пехотинец получал в руки винтовку Мосина — оружие, которое не подводило русских солдат ещё с царских времён, и требовавшее от бойца лишь терпения и меткого глаза. У более везучих или заслуженных бойцов была самозарядная винтовка Токарева СВТ-40, позволявшая вести огонь быстрее.
Когда же в войсках появились пистолеты-пулемёты Шпагина, молодые бойцы с восторгом хватали новинку, а старые фронтовики морщились: «Игрушка. Настоящий солдат стреляет редко, но метко». Сегодня, когда «папаша» стал символом Победы, а винтовки остались в тени, стоит разобраться: а была ли у старой трёхлинейки и у капризной «Светы» своя правда, и в чём они были лучше юркого ППШ?
Дальность и меткость: 800 метров против 200
Главное преимущество винтовок — их дальность и точность. Прицельная дальность стрельбы из «трёхлинейки» составляла 800-1000 метров, а опытный стрелок мог поразить цель и на 1200-1500 метров. Пуля винтовки калибра 7,62×54 мм R сохраняла убойную силу на дистанции до 2 километров и пробивала 10-миллиметровую стальную плиту на 500 метрах. СВТ-40, несмотря на более короткий ствол (625 мм против 730 мм у «мосинки»), сохраняла прицельную дальность до 800 метров, хотя её кучность из-за автоматики была чуть хуже.
ППШ, в свою очередь, был эффективен на дистанциях до 200-300 метров. На 400 метрах его пуля калибра 7,62×25 мм ТТ теряла точность и убойную силу, а попасть в прицельную цель с такого расстояния было уже делом случая. В открытом поле, где враг залёг в 400-500 метрах, винтовка оставалась единственным спасением пехоты.
Интересный факт: Пуля винтовки Мосина пробивала шлем, шинель и бронежилет того времени (хотя бронежилетов в Красной Армии было мало), а пуля ППШ застревала в толстом слое одежды или рикошетила от каски при попадании под острым углом.
Останавливающее действие: что надёжней валит врага
В ближнем бою — до 100-150 метров — преимущество было у ППШ. Очередь из 5-7 пуль, выпущенных за секунду, сметала всё на своём пути, и враг, даже не раненный в жизненно важные органы, выходил из строя от болевого шока. Винтовки требовали точного попадания в корпус или голову, чтобы гарантированно остановить атакующего. СВТ-40 могла дать 2-3 быстрых выстрела, но всё равно уступала автомату по плотности огня.
Однако у винтовок была другая сильная сторона: их пули, выпущенные из укрытия, пробивали деревянные заборы, кирпичные стены, мешки с песком и автомобильные двери. ППШ в городских боях тоже был эффективен, но против врага, укрывшегося за стеной, он был бессилен.
Интересный факт: В Сталинграде снайперы из винтовки Мосина уничтожали немецких офицеров на дальностях, недоступных для ППШ. С другой стороны, штурмовые группы автоматчиков с ППШ зачищали дома и подвалы, где длинные винтовки были бесполезны.
СВТ-40: попытка догнать время
Самозарядная винтовка Токарева СВТ-40 была создана для того, чтобы дать пехотинцу возможность вести быстрый прицельный огонь без перезарядки после каждого выстрела. Её 10-патронный магазин позволял выпустить 20-25 прицельных выстрелов в минуту (против 10-12 у «мосинки»), а по скорострельности она приближалась к автомату, сохраняя дальность винтовки. В теории СВТ должна была стать идеальным компромиссом.
Но на практике «Света» оказалась капризной. Она требовала тщательной смазки и чистки, боялась пыли и грязи, а в окопах, где чистота была недостижима, часто заклинивала. Её сложный газоотводный механизм и тонкостенный ствол были уязвимы для осечек и задержек. Солдаты, особенно в 1941-1942 годах, не любили СВТ, предпочитая надёжную «трёхлинейку» или, наоборот, простой и безотказный ППШ. К концу войны производство СВТ было свёрнуто в пользу автоматов.
Сержант Пётр Григорьевич Новиков, стрелок-автоматчик 8-й гвардейской армии (из воспоминаний):
«СВТ — бабская винтовка. Капризная, как девка. Упадёт в грязь — всё, приехали, чисти её, а немец уже рядом. А ППШ — мужик. Грязный — плюнул, отряхнул, и стреляй. Винтовка Мосина вообще железная. Ей хоть болото, хоть снег — ей всё равно. Так что я за "папашу" и за "мосинку". А "Свету" пусть тыловики носят»
Надёжность и живучесть в грязи
Винтовка Мосина славилась своей надёжностью. Её затвор, с его тугой подачей и массивными деталями, работал в любой грязи, пыли и даже после падения в болото. Солдаты любили её за «вездеходность»: упал в грязь — отряхнул и стреляй дальше, не боясь заклинивания.
ППШ был тоже надёжен, особенно по сравнению с немецкими MP-40, замерзавшими на морозе. Однако его дисковый магазин иногда перекашивало при забивании грязью, а при падении на твёрдую поверхность оружие могло дать случайный выстрел. В чистом поле, в окопах и траншеях, где грязи было много, это создавало проблемы.
СВТ-40 в этом смысле была аутсайдером. Её газоотводная трубка и поршень забивались пылью и копотью, и после 50-70 выстрелов оружие требовало чистки, иначе отказывало. На фронте, где чистить оружие можно было только между боями, это было серьёзным недостатком.
Генерал армии Василий Иванович Чуйков, командующий 62-й армией в Сталинграде (из мемуаров):
«Я приказывал своим разведчикам и штурмовым группам брать только ППШ. В уличном бою винтовка — это лишний вес и неудобная длина. Но в окопах, на передовой, я требовал иметь при себе и винтовку: снайперы противника работали с дальних дистанций, и автомат был против них бесполезен. СВТ я не рекомендовал: она часто подводила в самый ответственный момент»
Друзья, как вы считаете, можно ли было в 1943-1944 годах полностью отказаться от винтовок в пехоте, вооружив всех автоматами ППШ, или же советское командование правильно оставило винтовки снайперам и части пехоты для боя на дальних дистанциях? Напишите своё мнение в комментариях.
Экономика и производство: винтовка Мосина — дешевле и проще
Винтовка Мосина была крайне проста в производстве. Её основные детали изготавливались на токарных и фрезерных станках, не требовавших сложной настройки, и выпускалась она на многих заводах СССР, включая эвакуированные в тыл предприятия.
ППШ требовал штамповочных прессов и точечной сварки, что было технологичнее для массового выпуска, но в 1941 году, когда заводы только разворачивались, это было проблемой.
СВТ-40 была самой сложной и дорогой: её производство требовало высокоточного оборудования, а на один экземпляр уходило в два-три раза больше станко-часов, чем на «мосинку». К концу войны производство ППШ достигло 1,5 миллиона штук в год, а винтовок Мосина — более 2 миллионов. Винтовка была дешевле: 150 рублей против 200-250 у ППШ. СВТ стоила около 300 рублей и была самой дорогой.
Тактическое противостояние: винтовки — для обороны, ППШ — для штурма
Винтовки были идеальным оружием для обороны. Спрятавшись в окопе, солдат мог вести прицельный огонь по наступающему врагу на дистанциях 200-400 метров, не расходуя боезапас впустую. ППШ был незаменим в штурме: при зачистке домов, в лесах и городских кварталах, где дистанция боя сокращалась до 20-50 метров, его высокая скорострельность давала огневое превосходство над винтовками. СВТ пыталась занять промежуточное положение, но не преуспела ни в том, ни в другом.
Советская пехота так и не стала полностью «автоматной». К концу войны дивизия имела в своём составе около 30% автоматов и 70% винтовок. Винтовки оставались у снайперов, у части пехоты для стрельбы на дальние дистанции и у тыловых подразделений. СВТ, несмотря на все свои недостатки, ещё в 1941-1942 годах была на вооружении некоторых частей, но к концу войны её почти полностью вытеснили ППШ и «мосинки». Это было разумное соотношение, учитывавшее разную тактику боя.
Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков (из книги «Воспоминания и размышления»):
«Пехоту нельзя вооружить одним типом оружия. В наступлении нужен автомат, в обороне — винтовка, в лесу и в городе — автомат, в чистом поле — винтовка. СВТ была попыткой совместить несовместимое — скорострельность автомата с дальностью винтовки. Мы не могли позволить себе роскошь иметь две разные армии, но и гнаться за универсальностью не стоило. Поэтому винтовка оставалась с нами до самого Берлина, а СВТ ушла в историю»
Винтовки и ППШ не были конкурентами, а дополняли друг друга, и в этом было их главное преимущество. Мосинка давала солдату дальность и точность, ППШ — огневую мощь и плотность огня. СВТ пыталась стать универсальным солдатом, но оказалась слишком сложной и капризной для окопной войны. Вместе «мосинка» и «папаша» делали пехоту универсальной, способной воевать и в чистом поле, и в городе, и в лесу, и в окопах. Поэтому советское командование до конца войны держало в дивизиях и те, и другие образцы, справедливо рассудив, что лучше иметь два оружия для разных задач, чем одно, но «усреднённое», которое не подходит ни для чего.
Если материал показался полезным — поделитесь им с друзьями. Подписывайтесь на канал, чтобы ничего не пропустить.