Согласно докладу Atlantic Council «Global Foresight 2036», основанному на опросе 447 экспертов из 72 стран, 63% из них считают, что к 2036 году мир будет в худшем состоянии, чем сегодня . 71% прогнозируют ослабление влияния ООН, 65% — Всемирной торговой организации, 50% — Всемирного банка и 41% — Международного валютного фонда.
Мир движется к многополярной конфигурации, где старые институты кооперации перестают работать.
Глобальный контекст: мир конкуренции
Ключевой технологический рубеж — создание сильного искусственного интеллекта (AGI). 58% экспертов Atlantic Council полагают, что к 2036 году ИИ достигнет или превзойдёт человеческий уровень . При этом 56% оценивают влияние ИИ как положительное, 32% — как отрицательное .
Всемирный экономический форум в докладе «Global Risks Report 2026» назвал главным краткосрочным риском геоэкономическую конфронтацию — торговые войны, санкции, технологические блокировки . Экстремальные погодные явления и потеря биоразнообразия остаются главными долгосрочными рисками. 80% экспертов ожидают превышения критических температурных порогов, а 64% — конфликтов за водные ресурсы .
Квантовые технологии определены как новые риски — они способны взломать существующие системы шифрования, что создаст угрозу для финансовой и оборонной инфраструктуры .
Россия 2036: три вызова от Решетникова
Глава Минэкономразвития Максим Решетников в апреле 2026 года выделил три глобальных вызова для экономики РФ до 2036 года .
Первый — демографический. Старение населения и дефицит кадров становятся структурной проблемой. Экономике потребуется почти 12 млн новых сотрудников до 2032 года. Рост продолжительности жизни меняет структуру потребительского спроса.
Второй — технологический. Обострение конкуренции за доступ к критическим технологиям: языковым моделям, чипам, низкоорбитальным спутниковым группировкам. Ограничение доступа требует крупных инвестиций в собственные разработки.
Третий — геоэкономический. Необходимость выстраивать стратегические альянсы с незападными странами, которые «сами пока не имеют суперпередовых технологий». Россия должна создавать собственные цепочки добавленной стоимости.
Эльвира Набиуллина, выступая на Альфа-Саммите, заявила, что технологические тренды — ИИ, платформизация занятости, цифровая трансформация — станут определяющими для России . Полная цифровая трансформация кредитных организаций произойдёт через 10-15 лет. При этом она предупредила: «структурную реформу не подмазать дешевыми деньгами, должен быть отбор эффективных».
Демографические сценарии ВЦИОМ
ВЦИОМ на Футурологическом конгрессе в мае 2026 года представил сценарий «Демография 3.0» (робо-будущее).
При сохранении текущих трендов рождаемости и без стимулирования миграции произойдёт сокращение человеческого населения России. Недостающую рабочую силу заменят роботы — около 10 млн высвободившихся работников к 2036 году . Пенсионный возраст может повыситься до 70 лет.
Однако сегодня в России всего 19 роботов на 10 тыс. работников (в мире — 162). План Минпромторга на 2030 год — 145 роботов на 10 тыс. работников, что означает рост в 8 раз за 4 года. Стоимость рабочей силы в России пока ниже стоимости робота, что не стимулирует модернизацию.
Остаётся вопрос: куда «пристроить» 10 млн высвобождающихся работников?
Нужны новые центры приложения труда.
Второй сценарий — «Дикая карта» (климатическая миграция). При сохранении климатических тенденций жизнь в Африке, Индии, на Ближнем Востоке и в Средней Азии может стать невыносимой. Рост «климатической» миграции в Россию имеет ненулевую вероятность. В этом сценарии критически важны социальные лифты и программы интеграции мигрантов.
ВЦИОМ также фиксирует кризис института брака — трансформацию семьи, прагматизацию отношений, деградацию ценности отцовства. При этом прогнозируется, что к 2030-м годам ожидается возрождение маскулинности и традиционных семейных ценностей. Главная демографическая угроза — бесплодие: урбанизация снижает рождаемость, растёт мужское бесплодие.
Развивается «серебряная экономика»: рост занятости среди людей старше 50 лет, изменение моделей потребления. Активные пенсионеры инвестируют в здоровье, жильё, путешествия. Требуется «умная пропаганда деторождения».
Эксперты также обсуждают потенциал репатриации. Размер «русского мира» — этнических русских и их потомков за рубежом — оценивается в 20-30 млн человек. Это потенциальный ресурс для восполнения кадрового дефицита.
Технологическое развитие
Набиуллина подчёркивает: ИИ кардинально изменит экономику России, это тектонические сдвиги. Высокая потребность в роботизации и автоматизации связана с дефицитом кадров. Риски — потеря рабочих мест (10 млн человек), необходимость переобучения, отчуждение от результатов труда, падение мотивации.
К 2036 году также ожидается полная цифровая трансформация госуслуг и управленческих процессов. Платформизация занятости станет ключевым трендом на рынке труда. Квантовые вычисления остаются emerging risk для систем шифрования и кибербезопасности.
Президент Владимир Путин, выступая на Форуме будущих технологий, оценил вклад ИИ в ВВП к 2030 году в 11 трлн рублей. Указом президента от 7 мая 2024 года утверждены 7 национальных целей развития до 2030 и на перспективу до 2036 года: технологическое лидерство, цифровая трансформация, сохранение населения, комфортная среда, экологическое благополучие.
В ракетно-космической промышленности Россия должна быть флагманом. К 2030 году планируется увеличить число спутников на орбите. Россия также должна сохранять позиции в атомной энергетике.
Арктика и Дальний Восток
Развитие дальневосточных городов — стратегический приоритет. Цель — превращение региона в «зону с глобальной конкурентоспособностью» через интеграцию с Азиатско-Тихоокеанским регионом. Ключевые направления: инновационные технологии, инфраструктура, энергетика, человеческий капитал.
Разрабатываются мастер-планы 16 опорных городов Арктики и Дальнего Востока. Премьер-министр Михаил Мишустин поставил задачу обновить жилищный фонд не менее чем на 20% к 2036 году.
Освоение Арктики остаётся национальным приоритетом. Развитие Северного морского пути, добыча ресурсов, создание опорных населённых пунктов должны создать новые рабочие места и остановить отток населения. Однако, как признают эксперты, сейчас страна находится в ресурсной ловушке: санкции перекрывают доступ к технологиям, кадры уезжают, а бюджет отягощён военными расходами.
Внешнеполитические тренды
Россия вынуждена выстраивать стратегические альянсы с незападными странами — Китаем, Индией, странами БРИКС, Ближнего Востока, Африки и Латинской Америки. Развиваются транспортные коридоры (Север-Юг) и новые цепочки добавленной стоимости. Укрепление суверенитета сочетается с открытостью для сотрудничества там, где это возможно.
Сможет ли Россия совершить рывок от сырьевой экономики к экономике данных к 2036 году или нас ждёт долгая стагнация — ключевой вопрос десятилетия. Окно возможностей для рывка, по мнению экономистов, стремительно закрывается.
Как вы считаете, какой сценарий для России к 2036 году вам кажется наиболее вероятным — технологический прорыв, стагнация или адаптация к новому феодализму? Или миром будут править инопланетяне?
Подписывайтесь на наш Дзен-канал
Подписывайтесь на наш Телеграм-канал: коротко по делу
Также подписывайтесь на канал "Ленинградская Панорама"