Продолжение. Начало тут.
В своих воспоминаниях, которые были им написаны перед смертью, Иван Александрович Пырьев остановился на «Кубанских казаках». После рассказа о съёмках этого фильма его записки обрываются.
Вот и мы пока ничего не будем рассказывать о «Кубанских казаках», об этом фильме мы расскажем, когда напишем о самом, наверное, забытом и многим зрителям неизвестном его фильме, вышедшем на экраны в 1962 г., «Наш общий друг». «Кубанские казаки» и «Наш общий друг» неразрывно связаны между собой. «Наш общий друг» снимался, когда у Пырьева был очень серьёзный кризис в личной жизни и он подвергался очень серьёзным нападкам со стороны хрущёвского партийного руководства за «Кубанских казаков». Но об этих фильмах в следующих частях.
А пока, получив свою последнюю Сталинскую премию за «Кубанских казаков», которые по итогам проката посмотрело 40 млн. 600 тыс. зрителей, второе место в прокате после одного из лучших советских боевиков «Смелые люди», Пырьев приступил к работе над новой комедией на сельскохозяйственную тему «Родные просторы». Действие фильма должно было происходить в Сальских степях, в одном из колхозов, где колхозники трудились по воплощению в жизнь великого «Сталинского плана преобразования природы».
План этот предусматривал мелиорацию сельскохозяйственных земель в степных и лесостепных зонах европейской части страны. Её центральной и наиболее трудоёмкой частью было создание восьми государственных лесозащитных полос (ГЗЛП) общей протяжённостью свыше 5300 километров по берегам рек по берегам Волги, Дона, Урала и Северского Донца. Помимо защитных лесополос, план включал в себя строительство прудов и водохранилищ, обсаживание их берегов и краёв оврагов лесопосадками и внедрение травопольных севооборотов. После смерти т. Сталина все работы по нему были Хрущёвым прекращены.
То есть очень актуальная для советского кинематографа тема. Да к тому же с комедийным уклоном.
И надо сказать, что как раз на это время — 1950-1953 гг. — приходится пик так называемого «малокартинья», когда в год снималось 7-10 художественных фильмов. Почему-то распространено мнение, что и тут т. Сталин виноват, дескать, дал указание снимать по принципу «лучше меньше, да лучше». И поэтому советские режиссеры должны были снимать одни шедевры. Но что-то шедевров особо не получалось.
Основная же причина «малокартинья» была в другом. Как раз в это время все материальные ресурсы страны были брошены на создание ракетно-ядерного щита страны. Атомный и ракетный проекты поглощали основную массу ресурсов. А в советском кинематографе сложилась ситуация, что художественные фильмы снимались от полутора до двух лет и стоили поэтому очень дорого: от 3 млн. до 10 млн. рублей. И поэтому кинопроизводство было очень убыточным, кинопрокат отечественных фильмов не окупал их производство.
В связи с этим и было решено сократить финансирование кинопроизводства, сосредоточиться на выпуске историко-биографических фильмов о выдающихся отечественных ученых, композиторах, художниках. А чтобы получать доходы от кинопроката, в нём демонстрировались зарубежные, т. н. «трофейные» кинокартины. Доля отечественных фильмов в кинопрокате составляла около четверти, всё остальное — это «трофейные» или фильмы стран «народной демократии». Особенно ценились американские «трофейные» фильмы о «Тарзане». Народ на них валил валом. О копиях «Тарзана» мечтали все конторы кинопроката страны.
То есть иностранные боевики типа «Тарзана», «Индийской гробницы», «Дилижанса» давали кассовые сборы, а немногочисленные советские фильмы, которые шли при полупустых залах, несли идеологическую нагрузку. Разрешая показывать иностранные фильмы, планировалось, что доход от их проката должен был составить в первый же год не менее 750 млн рублей.
В 1952 г. Правительство приняло решение о съёмках историко-патриотических фильмов. Лучшим советским режиссёрам было поручено снять новые фильмы об Иване Грозном, Петре Первом, Дмитрии Донском, Александре Невском, Суворове, Кутузове, Ушакове. В конце 30-х — начале 40-х годов уже были сняты ставшие советской киноклассикой фильмы о Петре Первом, Иване Грозном, Суворове, Кутузове, Александре Невском. И вот теперь решено было снять теперь уже в цвете, на новом техническом и идейном уровне, новые историко-биографические фильмы об этих деятелях.
Ивану Александровичу Пырьеву было поручено снимать фильм об Иване Грозном. Вначале сценарий должен был написать Николай Погодин, с которым Пырьев работал на «Кубанских казаках». Но Погодин отказался. Сценарий написал поэт Илья Сельвинский, герои у него разговаривали белым стихом. Это предложил сам Пырьев: «Белый пятистопный ямб… впервые перейдёт на экран с классической русской сцены. Это будет способствовать романтической окрылённости и поэтичности фильма и спасёт его от опасности впадения в иллюстративность». Стихами у Пырьева уже разговаривали герои в фильме «В шесть часов вечера после войны».
Но в ходе работы Пырьев отказался от Сельвинского и написал сценарий сам. Время действия фильма — с 1553 г., момента взятия Казани, и до начала Ливонской войны, до 1564 г., до взятия Полоцка.
Работал Пырьев, как всегда, очень быстро, и к началу 1953 г. сценарий был утверждён в верхах, прошёл историческую экспертизу, была уже подобрана съёмочная группа, композитором должен был быть И.О. Дунаевский. Выбрана натура, начался подбор исполнителей на персонажей фильма, а их было 39.
На подготовительный период уже было выделено финансирование, но тут в марте 1953 г. умер И.В. Сталин. И сразу же изменилась политика в области кинопроизводства. Было решено прекратить выпуск дорогостоящих историко-биографических фильмов и сосредоточиться на современности. Больше выпускать отечественных комедий и боевиков. И уже в мае 1953 г. были прекращены все работы над фильмами об Иване Грозном, Петре Первом, Александре Невском, Дмитрии Донском, Суворове, Кутузове. Лишь Михаил Ромм успел снять фильм об адмирале Ушакове.
Фильм об Иване Грозном, который собирался снять Пырьев, был в наибольшей степени готовности. При пырьевской работоспособности фильм был бы снят уже к концу 1953 г. Но не судьба. Чтобы Пырьев сильно не расстраивался, руководством «Мосфильма» ему была выписана премия в 35 тыс. рублей за успех в прокате «Кубанских казаков».
И уже в конце мая того же 1953 г. в рабочий план «Мосфильма» была включена заявка Пырьева на фильм «Испытание на верность». Снят фильм был в 1954 г. и в прокат вышел в 1955 г. под названием «Испытание верности».
Быстро Пырьев перешёл от «Ивана Грозного» к «Испытанию верности»? В начале мая работы по «Ивану Грозному» были прекращены, а через пару Пырьев подаёт заявку на новый фильм? А тут ничего странного. Пырьев решил экранизировать пьесу «Семья Лутониных». Пьеса эта давно с успехом шла во многих театрах, и автором её был сам Иван Александрович и братья Тур (советские писатели Тубельский и Рыжей).
И почти с той же киногруппой, с которой Пырьев собирался снимать «Ивана Грозного», он снял одну из лучших советских мелодрам «Испытание верности». Это был последний фильм, к которому написал музыку и песни Исаак Осипович Дунаевский. И это был последний фильм Пырьева, в котором играла Марина Ладынина. После этого фильма она вообще прекратила сниматься, были лишь два небольших эпизода в других фильмах, один из которых вообще не вышел на экраны.
Поскольку сверху была дана команда снимать современность, Пырьев и обратился к своей пьесе, в которой рассказывал о потомственной рабочей семье Лутониных. Глава семьи, старый рабочий Егор Кузьмич Лутонин, работает литейщиком на ЗиСе. Его дочери Ольга и Варя работают там же. Среди героев пьесы два передовых рабочих-литейщика с того же ЗиСа — Петя Гребенкин и Вася Жучок. Молодой инженер Варенцов — прохиндей и карьерист. Летчик полярной авиации Бобров, строитель-железнодорожник Калмыков, муж Ольги.
Производственная тема по созданию нового сорта чугуна и борьбе с прохиндеем Варенцовым переплетается с мелодраматическими отношениями между Ольгой, Калмыковым и Бобровым, между Петей Гребенкиным, Варей Лутониной и Варенцовым.
В общем, самая что ни на есть современность в полный рост. Тут и мудрый старый рабочий, участник революционной борьбы, и молодые передовые рабочие-стахановцы, и прохиндей-инженер, стремящийся проникнуть в семью Лутониных (лет за пять до этого Варенцов однозначно был бы ещё и агентом какой-нибудь иностранной разведки), и изменщик-муж Калмыков, и страдающая верная ему Ольга. Современность на любой вкус.
Фильм был восторженно принят руководством Министерства культуры, которое руководило кинопроизводством.
Этот фильм является большим и принципиально важным произведением киноискусства, интересным по своему творческому замыслу и художественному решению. Значение его состоит прежде всего в том, что, рассказывая о жизни одной рабочей семьи, фильм поднимает вопросы морали,этики, личной жизни советских людей, — то есть те важные проблемы, которые в последние годы находили весьма слабое отражение в киноискусстве. Колоритны в фильме образы молодых рабочих — Вари (артистка Гребешкова) и Петра (артист Михайлов). Исполнители этих ролей сумели правдиво раскрыть в созданных ими образах лучшие черты нашей молодежи, показать юную, чистую любовь молодых.
Зам. министра культуры, ранее министр высшего образования, С.В. Кафтанов, отметил
В этом фильме, мне кажется, наиболее ярко и убедительно, хорошо даны образы рабочих. Даже если сравнивать с картиной «Большая семья», здесь более ярко даны рабочие, обаятельный человек, государственный ум и очень умный человек вообще. За все время работы я не помню, что бы картина была сделана так хорошо, как эта картина. Поставлена очень смело и очень смело решена. Решена без сусальности, лакировки. Есть эти вопросы в нашей жизни. Мы как-то пугались острых вопросов в жизни советских людей. Это очень смело и очень сильно дано. Следующий вопрос, который мне очень понравился там, это любовь. О любви мы говорили, как о явлении второстепенном, особенно в кино. В пьесах люди пахали, работали, а любовь занимала второстепенное место. Любовь молодежи должна быть показана чистой, настоящей… Он раскрыл всю красоту этого чувства волнующего, мне это очень понравилось.
Но были и замечания, другой замминистра культуры А. И. Назаров остался недоволен, как показано, в каких жилищных условиях живёт семья простых работников автозавода Лутониных.
...я не знаю, откуда у наших режиссеров берется такое желание — надо или не надо — приукрасить жизнь. Вот квартира рабочего. Зачем перегибать?.. Я сам из рабочих, я знаю, как мой дед жил,как отец жил, как я сам жил и как я сам живу, хотя я и заместитель министра. Вот недавно выпустили "Стрекозу» — возмущаться можно, насколько извращают наше материальное существование. Это вызывает только протесты.И здесь то же самое. Зачем надо давать семью рабочего в такой обстановке?
Квартира, в которой живут Лутонины, и правда шикарная, о ней мы напишем ниже, она, можно сказать, один из главных героев фильма. А вот замминистра позавидовал, что он при его положении не живёт в такой квартире.
Но в целом фильм получил самые положительные оценки как у начальства, так и у критиков со зрителями. Четвертое место в прокате с почти 32 млн. зрителей после абсолютного лидера индийского «Бродяги» и наших «Судьбы Марины» и «Анны на шее».
И это в то время, когда началась кампания по критике "Кубанских казаков"
Так, в фильме И. Пырьева “Кубанские казаки” авторы фильма чрезмерно увлеклись показом изобилия колхозной жизни, отступив от жизненной правды. Несмотря на успех в прокате «Кубанских казаков», изображение в нем жизни колхозников было очень далеким от реальности. Эти фильмы, вместе с фильмами «Сказание о земле Сибирской» и «Кавалер Золотой звезды», летом 1954 года были раскритикованы еще и за то, что в них культивируется либерально-поощрительное отношение к выпивкам,как к якобы неизбежному ритуалу быта советских людей,в частности, молодежи.
О как. В «Сказании о земле Сибирской» культивируется выпивка. Да там же в чайной-теремке пьют только чай и квас, максимум пиво. А как же классическое?
Ну, а класс-то жажду заливает квасом? Класс — он тоже выпить не дурак
На фоне этой критики «Кубанских казаков» свой лыч в строку решил вставить Пырьеву директор «Мосфильма» Кузнецов. Он пожаловался, что Пырьев, когда снимал «Испытание верности», на три месяца остановил съёмку, в связи с чем павильон, занятый декорациями к фильму, простаивал и не мог использоваться для съёмок других фильмов.
Но тут ему в Минкульте ответили: «А ты сам-то кто? Директор или этот самый... собачий? Не можешь с одним Пырьевым справиться? Так зачем нам такой директор "Мосфильма" нужен?» В итоге Кузнецова с работы сняли, а Пырьева в октябре 1954 г. назначили директором "Мосфильма".
Вот такая небольшая преамбула к нашему рассказу о фильме «Испытание верности», который в какой-то мере оказался пророческим для самого Пырьева и особенно для Ладыниной. И опять же, через много лет подала голос ещё одна «потерпевшая» от Пырьева, которая "образовалась" на этой картине. О самой картине в следующей части.
Продолжение следует.