Немного предыстории: я начал писать только в 2019 году. До этого я был вечно в блоке, не в состоянии писать дисциплинированно дольше месяца за раз. Затем, однажды, я начал. Но, конечно, за этим стоит нечто большее, и это была моя попытка уловить суть и объяснить это другим. Вам трудно писать? Эти идеи могут не решить вашу проблему, но, пожалуйста, поразмышляйте над ними. Вы много пишете, но сегодня у вас случился блок? Опять же, возможно, это не идеально подходит, чтобы помочь вам прорваться, но я надеюсь, вы найдёте в этом некоторую мудрость.
Как перейти от мечтаний о писательстве к реальному писательству?
Самый простой ответ — «просто пиши», конечно. Но он неудовлетворительный. Это всё равно что сказать, что способ бросить курить — это «просто завязать». Это игнорирует скрытую умственную войну, скрывающуюся за дисциплиной. Люди, которые спрашивают, как писать, на самом деле спрашивают, как вести эту войну. Сказать «просто пиши» — это всё равно что сказать «ха-ха. Просто победи».
Я пытался писать десятилетиями. Будучи студентом, я много писал, когда дедлайны угрожали отрезать мою пятёрку, но дисциплинированное писательство ускользало от меня. Вместо этого я коллекционировал блокноты, нося один с собой повсюду, заполненные обрывками предложений, списками дел и каракулями — и я начал добрых полдюжины проектов, ни один из которых не продержался и двух месяцев. Я много мечтал.
В 2019 году я изменился. Я начал писать ежедневно, и, чёрт возьми, это перевернуло мою жизнь. Мои блокноты наполнились идеями, которые я перерабатывал в эссе. У меня развилась нечестивая способность заканчивать курсовые работы за две недели до срока. Моё письмо продвинуло меня через черновики академических статей, сценариев для лекций и более сотни эссе, большинство из которых написано перьевой ручкой.
Мне приятно это говорить. Нечасто я могу просто констатировать, чего я достиг. Я горжусь этим, не в нарциссическом смысле, а в приятно изумлённом смысле, который приходит, когда смотришь на что-то, что ты построил, и что когда-то казалось невозможным.
Эта статья назревала давно, потому что я хочу рассказать вам, как я смог начать это делать. Моя надежда в том, что это поможет и вам.
Проблема: токсичные предварительные условия
Начнём с наблюдения: вы уже являетесь плодовитым писателем.
Однажды я попытался провести исследование работ Махатмы Ганди. Мне пришлось пересмотреть своё решение после того, как я обнаружил, что сочинения Ганди охватывают 98 томов, каждый объёмом более 400 страниц.
Это кажется огромным, но если вы посмотрите на свою собственную переписку — каждое электронное письмо, текстовое сообщение и пост, каждый твит, который вы отправили в бездушную пустоту, которой является Твиттер, — вы, вероятно, обнаружите, что к этому моменту своей жизни вы написали больше, чем Ганди за всю жизнь. Вы пользователь интернета. Сетевой гражданин; вы пишете больше текста между делом каждый день, чем большинство людей до 1980 года писали намеренно.
Однако по какой-то причине то, что важно для вас — роман, о котором вы мечтали, семейная история, которую вы хотите написать, — отличается. Они заблокированы от вашей естественной плодовитости. Почему?
Ответ — тревога, но не торопитесь; я не собираюсь давать вам кучу эзотерической чуши о том, что вам нужно быть смелее. Я предпочитаю обсуждать механику, так что вот механика.
Тревога вторгается в процесс письма двумя способами:
Сложное письмо само по себе вызывает тревогу. Согласно психологии, одной из основных причин тревоги является конфликт целей. Сталкивающиеся цели создают дискомфорт.
Письмо полно сталкивающихся целей. Когда вы пишете, вы планируете, исследуете, сочиняете и редактируете одновременно. Эти задачи сталкиваются, создавая устойчивый поток моментов высокого трения и сложных проблем. Каждый конфликт истощает, и каждый конфликт порождает желание уйти, заставляя вас прилагать усилия только для того, чтобы продолжать работать.
Озабоченность тем, как наше письмо будет воспринято, также вызывает тревогу, особенно когда аудитория важна. Представьте электронное письмо коллеге и сравните его с электронным письмом вашему начальнику — одно является делом второстепенным; второе — борьбой. Письмо становится намного труднее, когда результат имеет значение.
Смешение обоих типов тревоги всё портит, добавляя дополнительный уровень управления впечатлениями к процессу письма — невозможный уровень, поскольку вы управляете впечатлениями не людей, а самых жестоких фантомов, которые только может вызвать ваш разум. Даже если вы сможете прорваться, это превращает письмо в болезненную, тяжёлую деятельность.
Трение приводит к большему количеству проблем. Как только письмо становится деятельностью с высоким трением, мы начинаем взвешивать борьбу за письмо и его пользу. Размышление о письме таким образом искажает его до чего-то нежизнеспособного. Мы формируем ряд токсичных предварительных условий — ошибочных убеждений о том, каким должно быть письмо, чтобы оно «стоило того». Я сосредоточусь здесь на трёх. Вы можете думать о них как о предварительных условиях непишущего для письма:
Письмо должно быть стоящим. Поскольку письмо — это деятельность с высокими затратами, мы решаем, что его следует использовать только для проектов с высокой отдачей.
Писать следует сразу без подготовки. Поскольку письмо — это борьба, ценность выполнения чего-либо, что не является проектом, снижается.
Писать следует правильно. Кроме того, поскольку письмо — это борьба, нет причин возвращаться к нему, чтобы отредактировать и сделать лучше. Один раз и готово. Кто в здравом уме согласится на вторую порку?
Большинство проблем с письмом, которые я видел, проистекают из этих предварительных условий. Существуют методы, которые могут сделать письмо намного легче, но если вы решите, что всё ваше письмо должно быть важным, сделанным один раз и сделанным правильно, все эти другие полезные методы исключаются ещё до того, как вы начнёте.
Вместо того чтобы писать устойчивым образом, большинство людей, попавших в ловушку этих предварительных условий, сосредотачиваются на стратегиях повышения мотивации, которые помогают им преодолеть трение. Они откладывают дела до тех пор, пока страх перед дедлайном не протолкнёт их через проекты. Они гоняются за советами по саморазвитию в поисках трепетного возбуждения, чтобы мотивировать себя писать, пока возбуждение не угаснет и им не придётся искать следующее. Или они ждут, пока обстоятельства дадут им место, чтобы собрать свою решимость, что случается редко. Но они никогда не находят постоянного решения.
Отмена токсичных предварительных условий
Сначала немного плохих новостей: вы (вероятно) никогда не сможете выработать устойчивую привычку к письму, мотивируя себя — страхом, волнением или дисциплиной — справляться с письмом с высоким трением. Мотивация угасает, и как только она угасает, трение снова берёт верх, и вы останавливаетесь.
Теперь хорошие новости: гораздо более многообещающий путь вперёд — это выяснить, как уменьшить трение. Прямой способ сделать это — бороться со своими токсичными предварительными условиями. Вы делаете это не через терапию. Вместо этого вы делаете это, действуя вопреки вашим токсичным предварительным условиям: начните новую практику, которая напрямую противоречит предварительному условию, придерживаясь её, пока ваше старое убеждение не распадётся перед лицом новых доказательств.
Давайте поговорим о том, как это выглядит на практике.
Отмена токсичного предварительного условия номер один (письмо должно быть стоящим)
Ключ к преодолению этого предварительного условия — перекалибровка того, что вы считаете стоящим. Пример: с 2019 года я создал более 400 000 слов опубликованного текста (включая 200 000 слов для платформ для ведения блогов, таких как Медиум и Сабстэк). Но это только около трети того, что я написал. Остальное невидимо. Почему? Потому что это земля.
«Земля» не означает плохие сочинения. Это означает, что большая часть моего письма — не сочинение. Это случайные мысли, заметки для себя или исследования моих интересов. Моё правило — слушать свой мозг: если он хочет две недели писать только списки дел, я слушаю его.
Почему? Что ж, вам нужна земля, чтобы выращивать растения. Один фермер, которым я восхищаюсь, однажды написал, что 90 процентов его работы — это управление землёй. Управляйте землёй хорошо, и растения вырастут сами. Письмо тоже растёт: создайте плодородное поле для исследований, веселья и бессмыслицы, и остальное приложится. «Грозовой перевал», один из величайших романов, когда-либо написанных на английском языке, вырос из того, что сёстры Бронте играли в викторианский эквивалент настольной ролевой игры.
Как выглядит управление землёй? Самая простая версия: пишите всё, что кажется вам весёлым или полезным, независимо от его общественной ценности, особенно если это смежно с типом письма, которое вы в конечном итоге хотите создавать. Вот два примера из моего собственного письма:
Мета-письмо. Это относится к любому письму, которое экстернализирует мои мысли, чтобы я мог их просеять. По крайней мере половина моего письма — это мета-письмо. Оно освежающе обыденно; я пишу цели, планы, задачи, наблюдения и мечты. Я пишу, чтобы очистить шум, когда мой мозг слишком громкий, и создать шум, когда мой мозг слишком тихий. Это слишком обыденно, чтобы быть дневником. Но это жизненно важно для меня.
Мета-письмо помогает мне думать. Оно помогает мне ковылять вперёд, когда мой мозг полон статических помех, что случается часто. Я обнаружил, что оно невероятно ценно для конструирования идей, исследования моей души и просто для того, чтобы продумать, что я буду делать каждый день.
Мета-письмо также создаёт импульс. В плохие дни мета-письмо поддерживает мою дисциплину, давая мне повод взять ручку и бумагу. Таким образом, моё личное мета-письмо, вероятно, является величайшим помощником в создании публичного письма из всех, что у меня есть. Мои дневники полны страниц, которые начинаются с того, что я планировал съесть в течение дня, а заканчиваются свежей идеей или планом будущей статьи.
Вы бы удивились, как часто «бесполезное» письмо прямо в середине предложения превращается в нечто стоящее. Муза посещает тех, кто готовит для неё место.
Праксис. Это относится к вашей базе знаний — сырому материалу, из которого вы черпаете при письме. Большинство людей строят свой праксис бессистемно. Их материал хранится в основном в голове, и они добавляют к нему только тогда, когда исследуют тему для курсовой работы.
Однако, если вы стремитесь писать регулярно, одно из самых приятных занятий, которые вы можете делать, — это намеренно строить свой праксис, исследуя и записывая свои интересы. Пишите, чтобы учиться.
В настоящее время у меня есть несколько страниц в моём дневнике, посвящённых девятнадцати фазам льда, и ещё несколько — подделкам в ранней колониальной Америке. Такие кусочки информации регулярно и удивительно быстро перерабатываются в мои статьи и другие работы. Стройте свой праксис, и новые идеи будут приходить сами собой по ходу дела. Отличный способ начать как писатель — это начать с дисциплины «наблюдай и записывай», не намереваясь делиться. Как только вы наберёте импульс, вы можете начать писать публикуемый материал.
Отмена токсичного предварительного условия номер два (писать следует один раз)
Ключ к преодолению этого предварительного условия — сделать письмо многопроходным процессом. Изобразительное искусство является многопроходным: художники начинают с грубого наброска, который фиксирует общую идею их композиции. Затем они проходят и делают более детальный набросок, превращая грубые линии в узнаваемые черты, возясь с пропорциями и расположением, пока каждый элемент не будет расположен так, как они хотят. Затем следует чистовая линия, затем детализация и, наконец, раскрашивание, которое само по себе может потребовать нескольких проходов.
Теперь представьте художника, который начинает с квадратного сантиметра в верхнем левом углу чистого листа, настаивая на том, что он должен быть идеальным — каждая деталь линии и цвета, безупречно на месте, — прежде чем перейти к следующему сантиметру. Это звучит нелепо, потому что, как художник мог бы удержать всю картину в голове без помощи своих набросков и ориентиров?
Но… разве не это вы делаете с собой, когда требуете, чтобы ваш текст был написан за один раз? Это всё равно что пытаться собрать пазл, держа все кусочки в коробке, нащупывая нужный кусочек на ощупь.
Многопроходное письмо проще, веселее и устойчивее. Вы можете делать то, что подходит вам, но вот два метода, которые я регулярно использую:
Составление плана. Раньше я избегал составления плана. Когда бы я ни пытался, я в итоге отклонялся от своего плана, поэтому он казался пустой тратой времени. Позже я понял, что это естественно. Новые ракурсы возникают из плана так же, как новые возможности для произведения искусства возникают из наброска. Даже когда вы отклоняетесь, составление плана полезно, потому что оно снимает умственное напряжение. Перенесение крупномасштабной композиции на бумагу мешает ей мешать вашим другим задачам по написанию текста. Планирование — это классика не просто так; это работает.
Напишите черновик-размазню. Или вы можете написать свой черновик одним длинным, потоком сознания. Я называю их «черновиками-размазнями» — вы переносите всё, что у вас в голове, на страницу сразу, без учёта формы (отсюда и «размазня»). Затем вы относитесь к этому как к сырому материалу для второго, настоящего черновика. Думайте об этом как о действии высыпания кусочков пазла на стол, чтобы вы могли их просеять и увидеть, что с чем сочетается. Если вам трудно расслабить вашего внутреннего редактора, бесплатные онлайн-инструменты (например, The Most Dangerous Writing App) могут помочь.
Отмена токсичного предварительного условия номер три (писать следует правильно)
Ключ к преодолению этого предварительного условия — заставить себя писать неправильно. Это не означает отказ от качества; это означает превращение качества в отдельный этап, отделённый от сочинения.
Предварительное условие, что письмо должно быть «правильным», на самом деле не о качестве. Оно о немедленном качестве. Требование качества во время сочинения заставляет подзадачи «письма» и «редактирования» проекта мучительно мешать друг другу. Это писательский блок, чистый и простой.
Я работаю с академическими исследователями. Средняя академическая статья — это чудовищная восьмитысячесловная амальгама статистических анализов, обзора литературы и технического жаргона. Большинство исследователей, которых я знаю и которые могут регулярно писать академические статьи, согласились с тем, что для завершения статьи требуется по крайней мере три черновика.
Черновики распределяют сложность письма по этапам, делая техническое письмо намного легче — всякий раз, когда вы сталкиваетесь с неразрешимой проблемой, вы можете просто двигаться дальше, сосредоточиться на том, что вы можете написать, и позволить двум самым могущественным союзникам писателя — времени и сну — решить проблему за вас.
Однако это касается не только академического письма. Принцип, лежащий в основе черновиков, заключается в том, что сложные и полезные мысли выращиваются как растения. Они не выжимаются из вашего мозга, как зубная паста из тюбика. Поместите мысль на бумагу, правильно заботьтесь о ней, и она вырастет в лучшую мысль. Или, как я говорил студентам: сначала пишите плохо, затем пишите хорошо. Вот несколько способов сделать это:
Преднамеренная неправильность. Проблемы с вашим внутренним редактором? Вот восхитительный способ избавиться от него: намеренно возьмитесь за то, чтобы писать плохо. Вы можете сделать это многими способами. Один из моих профессоров настаивал, чтобы его аспиранты присылали ему первый черновик академической статьи по электронной почте. Вы можете думать об этом как о форме стратегической непрофессиональности. Клайв Томпсон, плодовитый писатель, также предлагает версию этого.
Но вы можете пойти дальше; если вы парализованы своим внутренним редактором, попробуйте принять личность настолько нелепую, что вы не сможете её редактировать. Когда я был парализован на первом курсе, я писал «курительный черновик» — моей целью было написать черновик, который звучал так, как будто его диктовал в мобильный телефон хипстер-сёрфер, обдолбанный травкой. Не было никакой возможности написать идеальную работу посреди всех этих «о, чувак» и «ржунимагу», поэтому мой внутренний редактор сдался и отложил чистку на потом, что и было целью.
Выберите тот голос, который вам подходит. Пишите самым безыскусным способом, который только можете вообразить. Пишите как Голлум из «Властелина колец» или как Джа-Джа Бинкс из «Звёздных войн». Цель состоит в том, чтобы отделить ваши идеи от голоса, который их произносит, чтобы вы могли сосредоточиться только на идеях.
Чрезмерное написание. Первоначальный черновик этой статьи был длиной 6000 слов. Текущая версия — менее 3000. Требуется время, чтобы вырезать лишний материал, но как только вы входите в ритм, это становится приятным. Это оттачивает ваше письмо и освобождает вас, чтобы писать так, как диктует ваш разум, без необходимости обрезать материал на лету.
Не бойтесь использовать пятьдесят слов там, где достаточно десяти. Часто, если вы начинаете с экспансивного письма, вы можете сжать ваше письмо в последующих фразах, пока каждое предложение не будет нести вес трёх или четырёх. Это легче сделать, когда у вас есть все ваши большие идеи на странице, а не сокращать их по ходу дела.
Заключительные мысли
Стать плодовитым писателем — это не о мотивации или интенсивности. Это о переопределении «письма», чтобы оно стало весёлым, назидательным и устойчивым занятием.
Как только вы начнёте выкладывать слова на страницу, вы сможете работать с ними и перерабатывать их в тот тип высококачественного письма, который вы всегда мечтали представить другим. Но для тех из вас, кто только начинает? Пишите для радости.
Пишите для удовольствия. Пишите для собственного саморазвития. Пишите так беспорядочно, как ваш мозг позволяет вам, — чтобы исследовать, прояснить свою душу, развить свои идеи или обдумать обыденность вашего дня. Делайте это так часто, как только можете, пока все эти токсичные ожидания не выщелочатся, и вы не сможете увидеть письмо таким, какое оно есть, — просто слова на бумаге, которые вы можете использовать для чего угодно.
Приверженность этой практике меняет жизнь. Как только вы перейдёте от иллюзии, что письмо — это сочинение, к пониманию, что письмо — это просто помещение вашего мозга на бумагу, где вы можете с ним подружиться, статьи, книги, стихи и всё остальное устроится само собой. Это сработало для меня. Я думаю, это сработает и для вас.
Это перевод статьи Джеймса Хортона. Оригинальное название: "The Nonwriter's Guide to Writing A Lot".