Глава 8. Справедливость на рассвете
Глава 1: Тайна мыса Айя в Крыму. Находки смотрителя маяка
Глава 2: Тайна мыса Айя в Крыму. Сигнал бедствия: пропала «Чайка»
Глава 3. Тайна мыса Айя в Крыму. Подводный след
Глава 4. Тайна мыса Айя в Крыму. Неосторожное поручение
Глава 5. Тайна мыса Айя в Крыму. Зашифрованная правда
Глава 6. Тайна мыса Айя в Крыму. Операция «Прибрежная сеть»
Глава 7. Тайна мыса Айя в Крыму. Перехваченный сигнал
Ночь перед операцией выдалась неспокойной. Николай Петрович почти не спал. Ворочался на узкой кровати в комнате при маяке, вслушивался в шум волн и думал о том, что ждёт их завтра. В голове крутились обрывки фактов: неопознанное судно, датчики у берега, шифрованная пластина, пропавшая «Чайка»… Всё складывалось в тревожную картину — кто‑то вёл скрытую разведку у берегов Крыма. И теперь они с Гусевым собирались поймать нарушителей с поличным.
На рассвете Воронов уже был на ногах. Он проверил снаряжение, закинул в рюкзак запас еды и воды, накинул ветровку и вышел из маяка. Воздух был свежим, пахло морем и соснами. Вдали, на дороге, показался милицейский уазик с майором Гусевым и лейтенантом Смирновым.
— Готовы? — спросил Гусев, вылезая из машины. — Пограничники уже на позициях. Флот выделил катер для перехвата. Всё по плану: наблюдаем, ждём, берём, как только судно подойдёт к бухте за Фиолентом.
Группа выдвинулась к наблюдательному пункту — старой рыбацкой избушке на высоком берегу, откуда открывался вид на бухту. Внутри — рация, бинокли, карта с отметками. Лейтенант Смирнов настроил радиосвязь с пограничниками и флотом.
— По данным разведки, судно обычно появляется между двумя и четырьмя часами ночи, — пояснил Гусев. — Стоит у берега 2–3 часа, потом уходит. Наша задача — не спугнуть раньше времени. Дождаться, пока начнёт приём данных с датчиков, и тогда — блокируем.
Николай Петрович встал у окна, вглядываясь в море. Волны мерно катились к берегу, небо было усыпано звёздами. Тишина, покой — и в то же время ощущение, будто за этой красотой скрывается что‑то опасное.
Часы тянулись медленно. Смирнов поддерживал связь с постами, Гусев изучал карту, Воронов наблюдал за морем. В половине второго на горизонте появилась тёмная точка.
— Есть контакт, — тихо сказал Николай Петрович. — Судно идёт.
Точка на горизонте росла, превращаясь в силуэт шхуны. Она двигалась медленно, осторожно, явно выбирая безопасный фарватер. Через полчаса судно вошло в бухту, встало на якорь в том самом месте, которое Воронов указывал на карте.
— Начинается, — прошептал Гусев. — Смирнов, связь с флотом. Пусть выдвигаются, но без резких движений. Мы должны взять их на приёме данных.
Воронов взял бинокль. На палубе судна суетились люди в тёмной одежде. Один склонился над каким‑то прибором, другой передавал ему бумаги. Кабели от оборудования уходили в воду — значит, они действительно связывались с подводными датчиками.
— Пора, — решительно сказал майор. — Действуем по плану. Пограничники блокируют берег, флот окружает судно. Мы с Вороновым спускаемся к бухте — будем на месте, если что‑то пойдёт не так.
Они спустились по тропе к бухте, укрылись за скалами. В этот момент с моря раздался сигнал — катер флота вышел на позицию и включил прожекторы. Свет залил бухту, ослепил людей на палубе.
— Внимание! — прогремел усиленный мегафоном голос. — Вы окружены! Поднять руки, выключить оборудование, приготовиться к досмотру!
На судне началась суета. Кто‑то бросился к приборам, кто‑то попытался перерезать кабели. Но было поздно: с катера спрыгнули пограничники, быстро поднялись на борт.
Воронов и Гусев подошли ближе. Майор поднялся на палубу, представился, предъявил удостоверение. Николай Петрович осмотрелся: вот ящики с аппаратурой, вот кабели, уходящие в воду, вот — раскрытый блокнот с записями, рядом — карта прибрежных глубин с отметками датчиков.
— Кто старший? — строго спросил Гусев.
Вперёд вышел мужчина в капитанской фуражке, бледный, но спокойный:
— Я капитан. Что происходит? Мы рыбаки, занимаемся промыслом…
— Рыбаки не устанавливают подводные датчики и не передают шифрованные данные, — перебил майор. — Где ваш инженер Павлов Сергей Николаевич? Тот, что нанимал геологов для установки оборудования?
Капитан побледнел ещё сильнее.
— Не знаю такого…
— Врёте, — резко сказал Гусев. — У нас есть показания геологов, записи с датчиков, шифр‑пластина. А теперь — полный досмотр судна. И обыск всех членов экипажа.
Пока пограничники работали, Воронов спустился к воде, где водолазы уже поднимали из моря часть оборудования — тот самый датчик, с которым связывалось судно. Николай Петрович осмотрел его: та же маркировка, те же узлы крепления. Всё сходилось.
К утру картина стала ясной. Судно действительно было плавучим ретранслятором: оно собирало данные с подводных датчиков и передавало их дальше — вероятно, на корабль‑носитель за пределами территориальных вод. Капитан и часть команды оказались агентами иностранной разведки, действовавшими под прикрытием рыболовецкой артели. Павлов, «инженер из Симферополя», был связным — его уже искали по всей области.
— Мы сделали это, — устало улыбнулся Гусев, когда первые лучи солнца окрасили море в розовый цвет. — Спасибо, Николай Петрович. Без вас мы бы не справились.
Воронов кивнул, глядя на море. Оно снова выглядело мирным, спокойным — но он знал теперь: за этой красотой могут скрываться опасности. И кто‑то должен быть на страже.
— Всегда готов помочь, — ответил он. — Главное, что «Чайка» и её пассажиры найдены. Что датчики обезврежены. Что наш берег в безопасности.
Он вдохнул солёный воздух полной грудью. Впереди — разбор документов, допросы, отчёты. Но сейчас можно было просто постоять у воды, послушать шум волн и почувствовать: справедливость восторжествовала. Море хранило тайны, но правда всегда находила путь на поверхность. И он, Николай Петрович Воронов, смотритель маяка у мыса Айя, был частью этой правды.
Спасибо что дочитали статью. Отдельно благодарю за лайк и комментарий. И не забудьте подписаться на мой канал:
А если вам понравилась статья, то вы можете материально поддержать автора ЗДЕСЬ
Читайте также: