В любой колонии есть люди, которых никто не трогает. Они ходят в общую баню, едят ту же баланду, но почему-то их никогда не вызывают на «разборки». Это стукачи. Опера вербуют их годами, и система их защищает. Я сам видел, как это работает, и от восьми лет в разных колониях и СИЗО у меня осталось достаточно деталей, чтобы рассказать без прикрас. Вербуют обычно ещё в СИЗО или на первых месяцах в колонии. Опера вызывают на беседу под предлогом «профилактической». Кабинет маленький, пахнет сигаретами и старыми бумагами. Человек в штатском предлагает: «Помоги с информацией — и мы тебя не обидим». Взамен обещают перевод в другой отряд, где помягче, или защиту от беспредела. Многие соглашаются из страха. Особенно те, кто слаб физически или уже получил первые «пинки». В колонии стукач получает реальные плюшки. Его не ставят на тяжёлую работу в цех, где нужно таскать мешки по двенадцать часов. Ему могут дать место у станка, где меньше грязи и усталости. Одежда чище — не та рваная роба, которую