Я прикрыла трубку рукой, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула и, наконец, собрав волю в кулак, заговорила строгим, официальным тоном:
— Всеволод Евгеньевич, поправьте меня, если я что-то упущу. Итак, вы посмотрели одиннадцать вариантов, включая квартиру, за которую, если не запамятовали, вы собирались внести задаток в двенадцать часов дня. Верно?
— Ну-у… допустим… — произнес он не совсем уверенно.
— Отлично. Я проделала для вас колоссальную работу, нашла квартиру, которая вас устроила. Ведь она вас устроила, не так ли?
— Ну… да-а, — протянул он.
— И что в итоге?
Сева замялся, выпав, по всей видимости, в осадок. Повисла пауза.
Возможно, он собирался с мыслями, как бы так ответить этой риелторше, то есть мне, взявшей на себя смелость воспитывать клиента, который, как известно, всегда прав.
— Послушайте, Алла… то есть Алла Константиновна, — наконец заговорил он. — Я всего лишь задал вам вопрос: сколько стоят двухкомнатные квартиры аналогичного уровня и можно ли их посмотреть.
— Посмотреть — с какой целью? — не унималась я.
— Как — с какой? Чтобы купить.
— Такими темпами на поиски хорошего двухкомнатного варианта уйдет не менее трех недель. За это время квартира будет продана. А где гарантия, что вам потом не захочется взглянуть еще на трехкомнатную квартиру?
— Ну и что? Это ведь ваша работа — показывать квартиры, — напомнил он мне о моих должностных обязанностях.
Пришла пора, однако, положить конец этому и я произнесла:
— Значит, так, Всеволод Евгеньевич, давайте резюмировать. Сегодня в двенадцать, то есть через два часа, должен состояться задаток по квартире. Я даю вам час, чтобы все обдумать и принять решение. Ровно в одиннадцать я вам позвоню. Если вы подтвердите намерение купить эту квартиру, в двенадцать часов я жду вас в агентстве с паспортом и деньгами. Если же вы откажетесь от покупки, я ставлю точку в наших отношениях.
Я положила трубку.
Меня колотило, точно в лихорадке, в голове крутились одни непристойные слова, которые мне хотелось сказать этому гаду Всеволоду Евгеньевичу. Я пошла на ресепшн и попросила у Олеси валерьяновых капель.
За распитием успокоительного меня застал Славик Белорецкий, ворвавшийся в кухню. Я вскрикнула от неожиданности и едва не выронила из своих трясущихся ручонок стаканчик с валерьянкой.
— Алла Константиновна! — радостно возопил голубоглазый отрок. — Мои покупцы твою забирают! Сегодня вечером задаток! Под пять процентов! Мы с тобой богатые люди! — И выскочил из кухни.
Я присела на высокий стул, чтобы не упасть в обморок от наплыва чувств, и поставила стакан на столешницу. Жизнь, кажется, в очередной раз начинала налаживаться.
Это был один из самых дорогих «эксклюзивов» нашего агентства. Бывают такие квартиры, которые по каким-либо причинам никому даром не нужны, и сколько их ни рекламируй, сколько ни расхваливай… Нет, справедливости ради следует заметить, что эта квартира была весьма неплоха. Скажу больше, я за всю свою практику не видела ничего подобного. Дизайнер, явно не без таланта, используя головокружительную высоту потолков, четыре с половиной метра, организовал пространство ярусами, благодаря чему увеличилась полезная площадь квартиры и одновременно исчезло неприятное впечатление, будто проживаешь под сводами средневекового замка с привидениями. Больше в нашем городе таких квартир не было. Тем не менее за все три месяца этот мой «эксклюзив» не посетило ни единой души, как мы ни уговаривали состоятельных покупателей, забредающих в наш офис, хотя бы одним глазком взглянуть на чудо. Но нет.
И вот наконец-то явился избавитель, и ясноглазый херувим Белорецкий принес мне эту благую весть, едва не выбив у меня из рук стакан с валерьянкой. Я вылила капли в раковину, и в кухне запахло как в стариковской квартире. Ну и пусть, сегодня мне все можно!
Славик подкарауливал меня на рабочем месте. Его большие круглые глазенки от избытка эмоций стали еще больше и круглее, и весь он просто сверкал, светился и переливался, как рождественская елка.
— А что там с документами? — спросил он с детской непосредственностью.
Подобные вещи опытные риелторы обычно выясняют перед показом, но это ведь был Славик Белорецкий, наш обожаемый сынок, которому мы благодаря юношескому обаянию могли простить любую оплошность. А совершил он их за время работы в агентстве немало.
— Документы, граждане, в порядке, — ответила я со снисхождением.
— Там что, инвест-договор, да?
— Разумеется, — Я погладила его по голове, чем вызвала улыбки умиления у тех, кто стал свидетелем этого акта человеколюбия.
Но мой ответ, похоже, его не совсем устраивал, и Славик уточнил строго:
— А право собственности зарегистрировано?
Тут уж я не выдержала и засмеялась, обращаясь к Эвелине Гизатулиной, которая сидела с Белорецким за одним столом:!
— Кому это, интересно, понадобилась эта квартира? — прозвучало из ее уст.
— Да кто бы он ни был, — вмешалась в разговор Надежда Леонидовна. Она давно подсела на адреналин, получаемый в процессе пререканий с Эвелиной. — Уж я бы на твоем месте, Аллочка, ему свечку поставила во здравие. Хороший, видать, человек. Славка сказал, что это первый вариант, который он посмотрел.
— Значит, по другим агентствам уже насмотрелся, — резюмировал Виктор Сергеевич с видом знатока.
Я села за свой стол и, взглянув на часы в компьютере, нехотя принялась звонить Севе. Набрала номер его мобильного, долго слушала длинные гудки в трубке. Судя по всему, он принципиально не желал вступать со мной в контакт. О’кей. Я положила трубку. Прощай, Всеволод Евгеньевич. Всех благ. Пусть в твои окна смотрит беспечный розовый вечер…
Рассказ "Риэлторша" 12 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈