НАЧАЛО РАССКАЗА:
Ресторан оказался самым обычным, средненьким и типично провинциальным, хотя для местных жителей, наверное, считался шикарным и престижным заведением. Есения сразу же ощутила на себе множество любопытных, изучающих взглядов. Это давно уже стало привычным делом и нисколько её не смущало. Она сняла пальто при помощи Егора, оставшись в элегантном платье цвета тёмного каштана, взяла со столика маленькую сумочку на длинной цепочке и плавно прошла в зал, указанный в приглашении. Телохранитель незаметно, но надёжно следовал за ней, держась чуть позади.
Стоило Есении появиться перед теми, с кем она когда-то вместе ходила на уроки, как в зале мгновенно стихли все разговоры и голоса.
— Это кто? Метелкина, что ли? Да не может такого быть, наверное, обознались.
— Ничего себе! Выглядит как настоящая суперзвезда.
— Я, кажется, где-то видела её фотографии в модном журнале, — немедленно послышался шёпот со всех сторон.
— Всем добрый вечер, — Есения лучезарно улыбнулась, держа идеальную, выверенную годами тренировок осанку. — Надеюсь, я не слишком опоздала и вы меня простите. Татьяна Фёдоровна, как же я рада вас видеть! Вы замечательно выглядите в этой блузке. Подскажите, где можно присесть?
Бывшая староста Лена первая пришла в себя, приветливо заулыбалась в ответ и указала на свободный стул рядом с собой. Под всё те же изумлённые взгляды одноклассников Егор незаметно скользнул к Есении, галантно помог ей усесться за стол и аккуратно пододвинул тяжёлое кресло. Затем так же ловко отошёл назад к стене и застыл в почти неподвижной позе, сложив руки на груди.
— А почему твой муж не присядет вместе с нами, отчего он там один стоит? — спросила Дарья, слегка запыхавшаяся после возвращения с улицы, и с вызовом посмотрела на Есению.
— Охрана в любой ситуации должна оставаться бдительной, — спокойно ответила Есения, укладывая на колени салфетку. — Егор не мой супруг, он просто сотрудник службы безопасности, который отвечает за мою личную безопасность.
Дарья обалдело покосилась на статного, подтянутого телохранителя и немедленно зашептала что-то на ухо Елене, сидевшей рядом. Ближайший час Есения чувствовала на себе эти взгляды со всех сторон — полные затаённого, злого восхищения, завистливые и липкие, готовые вывернуть её наизнанку, лишь бы узнать главный секрет: «А как? Как ей это удалось?» Кто-то откровенно и бесцеремонно пялился, кто-то вёл себя внешне приветливо и даже пытался поддерживать светскую беседу. Лишь Татьяна Фёдоровна искренне, от всей души хвалила бывшую ученицу и живо, совершенно простодушно и без тени фальши интересовалась её жизнью. Девушка вежливо отвечала на вопросы, но сама не спешила раскрывать подробности своего оглушительного успеха. Она поддерживала тосты, но практически не пила налитое шампанское и почти не прикасалась к угощениям на столе.
— Зажралась совсем в своей Европе, — злобно шипела Дарья, сверкая глазами. — Правильно говорят, что слава портит людей, особенно таких выскочек.
Елена кивала, как механический дятел, но сама при этом внимательно и оценивающе разглядывала надетые на Есению дорогие брендовые вещи, её безупречный макияж, модную стрижку и изящные манеры. Варя грустно и с нескрываемой завистью смотрела на свою знаменитую теперь одноклассницу. Платье Есении сорокового размера Варя натянула бы разве что на одну ногу. Зато Глеб порхал вокруг Есении словно нахальный шмель над самым вкусным цветком: то пытался подлить ей шампанского в бокал, то одно блюдо подсовывал, то другое, то старался фамильярно обнять за плечи, что девушка мягко, но очень решительно и твёрдо пресекала. Лишь бывшая лучшая подруга Полина Таранова упорно молчала и, словно назло, продолжала демонстративно игнорировать присутствие Есении.
— Сожалею, но я вынуждена скоро вас покинуть, — негромко сообщила Есения спустя некоторое время, убирая с колен салфетку и отодвигая стул. — У меня осталось ещё много неотложных дел по работе. Однако прежде чем уйти, я хотела бы вручить вам небольшие подарки в честь нашей встречи.
Она коротко кивнула Егору, и тот быстро вышел на улицу. Вернулся мужчина через несколько минут с двумя большими сумками. Внутри них оказалось тринадцать аккуратных, одинаковых коробочек небольшого размера, пять разношёрстных, покрупнее, и одна совсем крохотная. Есения принялась не торопясь обходить длинный праздничный стол и лично раздавать подарки каждому из присутствующих. Девушкам досталось по паре изящных серёжек-гвоздиков, а парням — стильные зажимы для галстуков. Татьяна Фёдоровна получила красивый кулон в виде глобуса, инкрустированный мелкими блестящими камушками — символ предмета, который она преподавала многие годы. Женщина растрогалась до слёз, тепло обняла Есению и тут же извинилась, выйдя ответить на неожиданный звонок в соседний зал.
Без коробочек пока оставались только Дарья, Варя, Елена, Полина и Глеб.
— Нас, как я погляжу, обделили, — нарочито громким голосом, чтобы слышали все, зашептала Дарья своим товаркам, пока остальные с любопытством и удовольствием рассматривали нежданные дары.
— А теперь я хочу вручить подарки самым важным гостям сегодняшнего вечера, — объявила Есения, останавливаясь напротив их маленькой компании.
Дарья мгновенно затихла, да и остальные вперились в Метелкину напряжённым, выжидающим взглядом. Какое-то неясное чутьё подсказывало всем, что сейчас произойдёт что-то необычное. Есения снова кивнула Егору, и он сам, без дополнительных указаний, раздал оставшиеся коробки её бывшим обидчикам. Весь бывший класс заинтересованно уставился на них, предвкушая продолжение. Давящее ожидание заставило компанию открыть подарки. Первым это сделал Глеб. Внутри коробки оказались обычные письменные принадлежности: качественная ручка и добротный ежедневник в кожаном переплёте.
— Тебе, Глеб, я дарю то, что ты постоянно отбирал у меня в школе, — с приятной, но какой-то ледяной улыбкой прокомментировала находку Есения. — Надеюсь, за столько прошедших лет ты наконец научился не просто бездумно копировать чужое, но и хоть что-то понимать между строк.
Глеб несколько секунд глупо радовался подарку, как маленький ребёнок, и лишь потом до него медленно дошёл скрытый смысл намёка дарительницы.
— Елене я с удовольствием вручаю большой флакон антисептика для рук, — продолжала Есения, неторопливо расхаживая перед присутствующими, словно опытная ведущая ток-шоу. — Раз она так панически боится подцепить какую-нибудь заразу от окружающих. Возможно, ограничив с ними тесный контакт, она со временем поймёт, что настоящая зараза находится не снаружи, а глубоко внутри неё самой.
Елена густо покраснела, как варёный рак, и с силой оттолкнула от себя коробку, едва не скинув её на пол.
— А я не будет открывать то, что мне подарили! — выкрикнула, вскакивая с места, Дарья. — Это какая-то глупая провокация!
— Кирина, ты что, испугалась? — неожиданно спросила бывшая староста Лена, которая всегда в школе относилась к Есении лучше остальных. — Что-то я раньше за тобой такой трусости не замечала.
— Здесь вам не школа, — огрызнулась Дарья, но коробку всё же взяла в руки. Выглядеть в глазах собравшихся трусихой, да ещё и испугавшейся бывшей жертвы своих же издевательств, ей совершенно не хотелось.
Однако очередь до неё, как выяснилось, ещё просто не дошла. Есения перевела внимательный взгляд на Варю, которая нервно жевала какой-то лист салата прямо с блюда, боязливо косясь на Дарью.
— Варя, я дарю тебе хорошие солнечные очки, — мягко заговорила девушка. — Надеюсь, они помогут тебе не только надёжно защитить глаза от яркого солнца, но и разглядеть совсем рядом тех людей, кто никогда не щадил твоё самолюбие и не жалел твоих чувств.
Варя неотрывно смотрела в коробку, затем громко всхлипнула, шмыгнула носом и стремительно выбежала из зала в коридор, громко хлопнув дверью.
— Полина получает от меня в подарок красивую брошь со знаком бесконечности, — Есения в упор посмотрела на бывшую подругу, которая так и сидела с опущенной головой, не смея поднять глаз. — Это символ вечности и нерушимости бесконечной дружбы. Спасибо тебе за неё, за ту дружбу, которую ты мне когда-то подарила.
Полина боялась поднять глаза на ту, кого когда-то предала ради повышения собственного статуса в школьной иерархии. Ей казалось, что в горле застрял огромный ледяной осколок, который мешает дышать и говорить. Стало так погано и мерзко на душе от самой себя, будто ей за шиворот вылили ведро ледяной воды.
— А для Дарьи я приготовила особенный подарок — флакон дорогих французских духов, — не давая Дарье, которая уже открыла рот, снова вставить слово, произнесла Есения. — И уж поскольку она в былые школьные времена постоянно их теряла при загадочных обстоятельствах, то теперь этот флакон намертво приклеен к коробке. Ах да, и ещё один маленький нюанс: не сочти за дерзость, Кирина, но запах я выбирала исключительно на свой собственный вкус. Возможно, он тебе не понравится, но какая, в сущности, разница, если духи дорогие, правда?
Дарья злобно вперилась в Есению, но к яркому, блестящему подарку даже не притронулась. Она уже прекрасно поняла, что этого делать нельзя — это будет ловушкой. Однако слова дарительницы почему-то жгли её нутро сильнее раскалённых углей. То ли это был запоздалый, неожиданно проснувшийся стыд, то ли острое чувство собственной никчёмности и ущербности, то ли беспомощная, бессильная зависть, а может быть, всё это вместе взятое. С разных концов зала послышались сдавленные смешки. Дарья затравленно скользнула взглядом по соседям, затем резко вскочила, сорвала со спинки стула свою дорогую сумку, нецензурно выругалась и быстро пошла к выходу, едва не сбив с ног возвращавшуюся в зал Татьяну Фёдоровну.
— Я что-то важное пропустила? — удивилась пожилая учительница, растерянно оглядываясь по сторонам. — Куда это все убежали?
— Возможно, у них появились какие-то срочные, неотложные дела, — улыбнулась Есения, пожимая плечами. — Да и мне, наверное, тоже уже пора собираться.
— Ох, как жалко, что вы так быстро расходитесь, — искренне расстроилась Татьяна Фёдоровна. — Ну ладно, что поделать, раз все занятые такие. Приезжай к нам почаще, Есения. Я тебе всегда несказанно рада.
— Обязательно приеду. Спасибо вам за этот чудесный вечер и за ваши тёплые слова, — ответила девушка, тепло обнимая педагога.
Она попрощалась с остальными одноклассниками, которые провожали её восхищёнными и немного завистливыми взглядами. У гардероба, где Егор помогал ей надеть пальто, к Есении неожиданно подошла заплаканная Варя. Она вытирала мокрые щёки и стыдливо, сбивчиво бормотала, глотая слёзы:
— Прости меня, пожалуйста, прости, если сможешь. Я была такой ужасной дурой, что слушалась во всём эту Кирину. Мне так невыносимо стыдно сейчас перед тобой, ты даже не представляешь.
— Главное, что ты сама это поняла, — мягко ответила Есения, тепло взяв её за руку. — Пусть у тебя всё наладится. Напиши мне, если захочешь, не стесняйся. Я могу посоветовать очень хорошего тренера и грамотного диетолога, если тебе это всё ещё нужно.
Варя неловко, но благодарно улыбнулась сквозь слёзы и снова шмыгнула носом.
Уже на ступеньках ресторана девушка столкнулась ещё с одним человеком из своего прошлого.
— Метелкина, это действительно ты? — рядом застыла высокая, широкая фигура Игоря Громова. В руке он держал телефон, а на лице застыло выражение крайнего удивления. — Ты выглядишь просто как супермодель с обложки!
Есения плотнее закуталась в меховой воротник — к ночи ветер заметно усилился и стал промозглым.
— Привет, Игорь. Спасибо за комплимент, — она заставила себя снова растянуть губы в вежливой, но отстранённой улыбке. — Ты тоже сильно изменился, возмужал.
Игорь оставался всё таким же привлекательным, с белозубой голливудской улыбкой и красивым, правильно вылепленным лицом, но было в нём сейчас что-то фальшивое, ненастоящее, что незримо витало в воздухе, но чувствовалось безошибочно. Мужчина продолжал щедро рассыпать комплименты, а затем перевёл взгляд на Егора и с любопытством оглядел его с ног до головы.
— Это мой личный водитель и телохранитель, — предвосхищая невысказанный вопрос, пояснила девушка.
— Ого, надо же, — уважительно протянул Игорь. — Слушай, может, встретимся как-нибудь? Завтра, например, посидим где-нибудь в более тихом месте, без лишнего народа. Я, между прочим, тоже не бедствую, у меня свой прибыльный бизнес и хорошая машина.
— Извини, но завтра я уже улетаю, — прервала его Есения, не дослушав до конца. — Рада была повидаться.
Не дожидаясь ответа, она плавно спустилась по ступенькам к парковке. Уже через минуту Егор захлопнул за девушкой тяжёлую дверцу автомобиля, и машина плавно тронулась с места.